ему руку:
— Лена.
— Лена, начнём. Охраннику я просто сказал, что ты со мной и у нас игра такая, в магазине мы ничего не брали. Если потом камеры покажут обратное, то я готов компенсировать ущерб. Меня в этом магазине хорошо знают. Теперь твоя очередь.
— Стоп-стоп. С каких пор охранники на воровство знакомых закрывают глаза?
— Так ты всё-таки что-то взяла?
— Да нет. Я сама не знаю, что могло «зазвенеть». Я думала, куклу плохо размагнитили на кассе. Но, когда охранник поднёс пакет с куклой к рамке, он не «зазвенел», а когда я прошла через неё вновь, раздался этот вгоняющий в краску звук.
— Придётся действительно тебя всю осмотреть, чтобы понять, что заставляет тебя краснеть.
— Процедура осмотра заставит меня краснеть ещё больше. Не сто́ит, сама разберусь, — вновь начала обижаться Лена. — Причём здесь бельё? Зачем ты так сказал?
— Даже не знаю, мне жутко захотелось тебя увидеть в нижнем белье. Что ходить вокруг да около? Ты мне понравилась. Да я думаю, ты это уже поняла. Ну, так что, может, переместимся всё-таки в более укромный уголок?
Лена очень не любила современные виды подката, и все эти горе-пикаперы её раздражали.
— Я очень устала и хочу домой. Всего доброго! — безэмоционально сказала Лена и встала со скамейки. Она не наврала, стрессовые ситуации разряжали её быстрее, чем мороз на улице дорогой смартфон. Но она была уверена, что Макс её или окликнет или последует за ней, чего ей очень бы не хотелось. Однако этого не произошло. Лена двигалась не оборачиваясь, завернула на эскалатор и, окончательно убедившись, что продолжения не будет, достала куклу из пакета, чтобы ещё раз ей полюбоваться.
Дома Лена перетрясла свою дамскую сумку и свою одежду, особенно нижнее бельё, а вдруг и правда магнит был где-то вшит. Ничего так и не обнаружив, она записала Тоне голосовое сообщение, рассказав о своём продолжении вечера.
«Лен, так это ж сумка твоя и «звенит», надо подкладку вспороть и уже оторвать этот магнит», — пришло голосовое сообщение в ответ от Тони.
«Блин! Надо купить какие-то пилюли для памяти», — подумала Лена.
— Да, да, знаю, знаю, память можно только натренировать, — вслух сама себе ответила Лена. Свою дамскую сумку, с которой она провела этот долгий, как ей теперь казалось, день, она покупала когда-то вместе с Тоней. Тоня тоже приобрела тогда себе обновку и, «зазвенев» в одном из магазинов, сразу сообразила, что дело в сумке, тут же в магазине вспорола подкладку и вытащила магнит. Магнит срабатывал не в каждом торговом зале, и на выходе из магазина, где продавались эти злосчастные, но очень красивые сумки, как ни странно, противного звука не раздалось ни у Лены, ни у Тони. Лена выгуливала эту сумку всего второй раз, а с момента покупки прошло более полугода, приличный срок для Лениной памяти.
Когда хирург Лена уже штопала свою кожаную пациентку, она немного успокоилась. Давно она не держала нитку с иголкой в руках. Всё-таки умственный труд, которым в последнее время занималась Лена, надо чередовать с физическим.
Наутро она проснулась от звонка в дверь. Это был курьер, который доставил цветы на её имя.
«Два раза начать с начала не предлагают, поэтому предлагаю продолжить начатое, но в другом ключе. Я позвоню вечером» — было написано ручкой на записке, которую Лена нашла в цветах. Лена поняла, от кого цветы, и снова начала раздражаться, пытаясь понять, откуда он узнал её адрес. И, видимо, телефон, раз собрался ещё и звонить.
Весь день Лена убиралась дома, разбирала вещи, попутно что-то кидая в чемодан, который должен был отправиться с ней к её двоюродному дяде. Кукла была вручена соседской девочке, которая пищала от восторга всё то недолгое время, что Лена гостила у соседей.
В шесть вечера раздался вновь звонок в дверь. В глазок Лена увидела Макса.
— «Позвоню» — я думала, это про телефон, — сказала она, открыв дверь.
— Что? Ах, да, просто не хватило места на записке, чтоб дописать «…в дверь». Цветы — это банально или традиционно? Я просто хочу понять, в каком направлении двигаться.
— Знаешь, есть такое выражение: «если надо объяснять, значит, не надо объяснять». Если мужчине надо подсказывать, значит, не сто́ит с таким мужчиной связываться.
— Я понял. Буду сам, на ощупь, — при словах «сам, на ощупь» Макс потирал руки и хитро улыбался. Несмотря на то, что Лене казалось это пошловатым, её заставило это улыбнуться.
— В дом я тебя не пущу, — вновь став серьёзной, сказала Лена.
— Понял, понял. Тогда я жду тебя внизу. Я предлагаю тебе провести совместно вечер… — сказал Макс, — так, как ты хочешь, — добавил он, подумав.
Увидев у Макса торчащие из кармана ключи от машины, Лена сказала, что с ним никуда не поедет.
— Хорошо, давай просто погуляем вокруг твоего дома.
— Если честно, мне некогда. У меня действительно много дел, я не рассчитывала сегодня на прогулку.
— О’кей, я подожду.
— До завтра будешь ждать?
— Могу до послезавтра.
— Не надо жертв, — сыронизировала Лена, закатив глаза, — я скоро спущусь, но у меня полчаса.
— Ладно, — спокойной ответил Макс, развернулся и пошёл по направлению к лифтам. Лена немного задержала взгляд чуть ниже поясницы Макса. Сама себя одёрнув от «дурных» мыслей, закрыла дверь. Окинув взглядом свою комнату, она вспомнила, что на голове у неё сейчас такой же бардак, как и на полу.
«Что ж? Играем на контрасте, — подумала Лена, — вчера — ёлка, сегодня — метёлка. Мой новый товарищ не из скромных, если сегодняшний мой вид его не впечатлил, думаю, мне было бы прямо об этом заявлено».
Лена выбрала из своего многочисленного гардероба самый средний наряд во всех смыслах: и по цветовой гамме, и по длине изделия, и по фасону, и накинула свой служивший верой и правдой пуховичок.
Посмотревшись в зеркало, произнесла:
— Ммм… Мечта… Эм… Кого? Да и не важно. Просто женщина-мечта! — Лена обладала здоровой самоиронией. И это-то её и наводило на мысль, что Максу как раз нужна девушка совсем другого разлива, а с рассудительной Леной ему будет скучновато.
— Тридцать минут, двадцать девять минут пятьдесят девять секунд, двадцать девять минут пятьдесят восемь секунд… — сказала Лена стоящему у подъезда Максу.
— Мне тоже считать? Мало ли собьёшься, а тут я на подхвате? Предлагаю сверить часы.
— Как узнал мой адрес?
— Опять допрос с пристрастием. Вот ты любительница расставить все точки на i. Я просто за тобой следил.
Лену порадовала откровенность, но не понравилась, что она изобличала наглость.
— А номер квартиры?
— С этим сложнее. Подъездную дверь
