Моё неповиновение лишило меня права на вход в Мираль, но и до забвения я не дотянул. Перерождения тоже не заслужил, поэтому лежал, страдал от голода и жажды, а также от многочисленных ран, но не умирал. Тело горело, разум лихорадило, и не было этому ни конца, ни края. И тогда родители, видя, что Бог не принимает мою душу никуда, заставили меня есть и пить, обработали раны, ругали, чтобы я перестал быть безвольной тряпкой и взял себя в крылья.
Пришлось сдаться и… жить. Пусть не полноценно, но существовать в этом измученном теле. И я ожесточился. Ведь когда из тебя уходит любовь, остаются только инстинкты. Драконьи.
К счастью, далеко не всё зажило на мне – остались шрамы на лице и теле, показывавшие всем, что я ненормален. Ибо полноценная драконья регенерация не оставляет следов. Я рад этому, ведь все поняли, что не стоит ожидать от меня чего-то хорошего или хотя бы адекватного. Более того – позволили мне уйти. Зачем отцу наследник, у которого нет половины души? Что он сможет дать своим подданным, когда сам ничего не хочет? Только муки, которые терзают его самого.
Я жажду конца очень давно, настолько, что уже свыкся с его недоступностью. Мне удалось пережить столько опасностей и смертельных битв, сколько не смог бы выдержать ни один дракон даже с самой прочной бронёй. Похоже, все твари нашего мира, способные напасть на меня, это сделали. Ну, или их большая часть. Случайность? Не думаю. Со временем я привык убивать не мешкая, не размышляя, ведь в любой момент по мою шкуру могли прийти. Непробиваемую, но изрядно потрёпанную. Похоже, я сильно прогневил своего Бога.
Задержавшийся – вот как меня все называют. И они правы. Я не должен жить, но почему-то продолжаю. Если выживание в Окраинных горах можно назвать полноценным существованием.
Я не знаю, что происходит за пределами Окраинных гор, лишь иногда встречаю путников, ищущих приключений. Чаще всего держусь в стороне, издалека наблюдая за ними. Лишь один раз я помог спастись от нападения горных виверн – близких сородичей драконов, отличающихся от нас отсутствием человеческой ипостаси, диким разумом и не менее дикими повадками.
Смертоносное жало успело задеть одного из странников – простого человека без капли магии. Он умер, остальные же размышляли, как быть дальше. Я не спрашивал, что они здесь забыли, они сами поведали:
- Мы хотели найти логово легендарного дракона-отшельника, - крепкий мужчина с русой бородой, сейчас слегка обгоревшей от моего пламени, пытался выкопать могилу для своего друга. В горах. Ничего глупее я представить себе не мог. – Говорят, у него сокровищ не счесть!
- Ага, и целый гарем украденных дев, - поддакнул второй, с целой бородой.
Пока целой. Ведь речь шла явно обо мне – других отшельников драконьей породы здесь не имелось. Был один старик – великий маг, ушедший от надоевшего до оскомины короля, с коим ему приходилось работать, но богатство и похищенные девы – это явно не про него. Впрочем, как и не про меня, но стереотипы, чтоб их! Раз дракон, значит много золота, раз без драконицы в паре, значит коллекционер человеческих дев.
Да, встречаются среди нас и такие, правда, весьма редко.
- И как поиски? – сарказм – моё второе имя.
- Пару дней назад мы нашли заброшенную пещеру с грудой костей, но золота не обнаружили.
Логично. Учитывая, что это было логово виверны, у которой нет тяги к драгоценностям, в отличие от нашего брата. Это не говоря уже о человеческих девах, которых они, конечно, охотно украдут, если представится такая возможность, но исключительно в гастрономических целях.
Я закатил глаза – не сдержался – и зацепился взглядом за проплывающее мимо облако. Словно в насмешку оно приняло форму девичьего профиля: красивого, с вздёрнутым носом и копной вьющихся волос. Да, похоже, небеса тоже потешаются над этими искателями приключений.
- Эх, придётся тащить его до самого подножия, - тот, что с подпаленной бородой понял всю тщетность своих попыток продолбить камень, скрывавшийся под тонким слоем земли и дёрна.
- Давай его завалим камнями и пойдём дальше, - логично предложил третий – угрюмый молчаливый мужик, подозрительно косивший на меня зелёным глазом.
Единственным. Второй он, похоже, потерял в какой-то стычке.
- Слушай, это мой побратим, и я не могу его бросить просто так, - огрызнулся первый.
- Потом заберёшь тело, когда найдём пещеру дракона, - резонно предложил одноглазый.
Я не выдержал и хмыкнул. Не из-за предложения, а от той уверенности, что прозвучала в голосе мужика. Словно у него была карта с точными координатами моего логова. Ха, до него не добраться без крыльев! Впрочем, переубеждать их я ни в коем случае не собирался.
Забавно, что они так и не поняли, кто я такой. Разумеется, я не показывал им свою трансформацию. В крылатом виде поборол парочку виверн, которые, к слову, давно меня достали, и то, что они отвлеклись на группу искателей драконьего золота, было мне на руку. Потом я отлетел, перекинулся в человека и вышел к путникам в двуногом виде, словно тоже странствовал и прибежал на огонёк.
Драконий огонёк.
- Слушай, а ты что в горах делаешь? – один из странников наконец-то сообразил задать умный вопрос.
- Как и вы, ищу драконье сокровище, - не знаю почему, но я решил подыграть этим искателям верной смерти. Даже глаза замаскировал лёгкой иллюзией, чтобы не отпугнуть своими вертикальными зрачками. – Все мои спутники погибли в пути, я один остался.
- О, а давай ты к нам присоединишься?! – радостно воскликнул мужик с опаленной бородой. – У нас как раз четвертина освободилась.
Чудно, вроде свояка потерял, но никаких признаков скорби у него не заметно. Драконы больше ценят личные привязанности…
- Давайте, - я кивнул в знак согласия.
Зачем я это сделал? Сам не знаю, просто захотелось проучить этих людей. Особо изощрённым способом. Надо же как-то развлекаться! Хмм, а вот это уже интересно. С каких пор я ищу развлечений?
Мы шли несколько дней, я привёл их к долине, скрытой в горах. Потухшее жерло древнего вулкана, которое заросло дивными садами. В центре из спускавшихся по склонам ручьёв образовалось озеро с пронзительно синей водой. В глубине ледяной, на поверхности же оно казалось вполне тёплым. В нём водилось немного рыбы (та, что смогла жить при таких низких температурах), в лесу росли фрукты, обитали животные и птицы – чем не радость для усталых путников? Они и радовались, пока не добрались до воды. С воплями повыскакивали на берег, принялись кутаться в одежду, пытаясь согреться.
А потом попытались меня убить. Потому что вечером нашли вход в пещеру, где я иногда ночевал и оставил несколько вещей: обглоданные кости горных серн да котелок для заваривания трав, подвешенный над костровищем. А ещё горку с самолично обработанными драгоценными камнями, которые я случайно нашёл и искал успокоение в занятии с ними. Планировал потом отдать их отшельнику-магу – пусть развлекается.
Логично предположив, что вот она – цель их поисков, искатели сокровищ, не сговариваясь, решили, что на троих добычу делить выгоднее, чем на четверых. Предполагаемую добычу, ведь её ещё надо найти. Кучка камней – так себе куш. Странно, что они поспешили, ведь искать и нести сокровища куда легче всем вместе… Видимо, будущие богатства застили им разум. И совесть.
Нет, людей я не ем – слишком жёсткое и невкусное у них мясо, особенно у мужчин. Пропитанное спиртным и прочими миазмами. Поэтому они просто сгорели, предварительно остолбенев от осознания того, в чьей компании всё это время путешествовали. Не то, чтобы я радовался такому исходу…, но и удивлён особо не был. Гнилые душонки.
На следующий день после «расставания» с новыми знакомцами я с наслаждением взлетаю над горами, вспоминая каково это – ветер в крыльях. Ведь для достоверности образа приходилось находиться исключительно в человеческой личине. Потешив перепонки, я решаю вернуться в долину утолить жажду, ведь там самая вкусная вода. Особая, дарующая силы
