Ну, или Финский залив. Я, хоть убей, не помню подробностей.
Бурливые волны его чувств захлёстывают, ввергают в пучину, мешают связно мыслить. Что он там спрашивает?
- Кто ты такая? – его голос такой грозный, но последние интонации – горькие, как полынь, говорят совсем о другом.
Даже не так страшно стало. Ведь способность страдать – признак человечности. Пусть он и дракон. Впрочем, о каком драконе можно рассуждать всерьёз? Всё это сон, навеянный чрезмерным употреблением алкоголя. Но какой занимательный!
- Кхм, - многозначительно кашляю я, намекая, что со свободным горлом говорить куда легче.
Рука разжимается, но лишь слегка, давая вдохнуть поглубже, не освобождая совсем.
- Кто ты такая? – вновь чеканит он слова, сверля змеиным взором.
Впрочем, змей я никогда не боялась, наоборот, меня всегда поражало, насколько они тёплые и гладкие наощупь. Хотя на вид и не скажешь!
Повинуясь внезапному порыву, я провожу пальцем по его шраму. Не тому, что пересекает глаз – вдруг поврежу и без того пострадавший орган, но второй, который на скуле. Мужчина замирает.
- Я – Диана, - губы пересохли, гортань царапает горячий воздух, но я не могу оторваться от него.
Словно от этого разговора зависят наши с ним жизни. Настолько, что даже вода подождёт, пусть именно она – источник жизни на Земле.
И плевать, что это всего лишь сон! Непростой, стоит отметить, ибо от моего прикосновения его лицо каменеет. Взгляд, и без того колючий, застывает серой глыбой льда, а рука вновь сдавливает горло.
- Не играй со мной, - дракон шипит, словно не высшая рептилия, а банальная гадюка.
Или как там правильно их классифицировать? Я не особо разбираюсь в зоологии, тем более навьей.
Мои глаза закатываются от нехватки кислорода, и перед ними вновь бушует буран, подсвеченный звёздами. Красиво, дико и немного больно. Впрочем, последнее довольно быстро отступает, пропуская вперёд чувство дивного наслаждения от горячих прикосновений. Чьих? Кто его знает. Может, того дракона, а может я перехожу в другой сон, тут и не разберёшься, пока не проснёшься.
Аман
Я с изумлением смотрю на эту нахалку и мечтаю свернуть ей шею. За всё: за наглость, за нелепую попытку играть со мной, за красоту, будоражащую мою, казалось бы, мёртвую душу. Да как она смеет прикасаться ко мне так? Никто, кроме Айры не имеет право этого делать!
Но едва эта нахальная девица теряет сознание, меня словно окатывает ледяной водой. Нельзя. Держи себя в руках.
Почему? Потому что она – женщина? Или…
- Нет! – трясу головой, прогоняя дурацкое чувство надежды.
Потому что надежда – это слабость, а я и так тот ещё недобиток. Мне нельзя быть слабым – не хочу потом зализывать раны, ведь от них всё рано не умрёшь, а значит это бессмысленное занятие.
Опускаю её на землю, аккуратно, чтобы не повредить. Сам того не осознавая, провожу рукой от шеи к груди, зацепляюсь пальцами за широкий шнурок, на котором держится странное украшение. Чёрное, с белыми надписями на неизвестном языке, с широкой выпирающей трубкой, прикрытой круглой крышкой. Что это? Я совсем забыл об этой вещи, пока пытался выяснить, что это за дева.
- Странно, - бормочу, вновь вглядываясь в подвеску магическим зрением. – Может, это всё же артефакт неизвестного вида, из-за которого меня к ней так тянет?
Пытаюсь порвать шнурок, но он очень крепок. Не то, чтобы я не смогу его добить, приложив некоторые усилия, но становится жаль хорошую вещь. А ведь в ней никакой магии! В шнурке в смысле. Приподнимаю рыжую голову, аккуратно, отслеживая магические колебания (которых нет), снимаю странное нечто с её шеи.
- Хмм, - озадаченно верчу загадочную штуковину в руках, пытаясь понять, в чём подвох. – А это что за колёсико?
Аккуратно прикасаюсь к нему. Ничего. Рядом ещё и выпуклости какие-то. Нет, их точно не стоит трогать, лучше пока разобраться с устройством.
Щёлк – крышка на трубке легко снимается, открывая мне стеклянную линзу, наподобие людской подзорной трубы.
- Любопытно.
Заглядываю внутрь – непонятные разводы. Магии тоже ноль. Снова кручу, обнаруживаю маленькое окошечко, тоже стеклянное. Заглядываю туда и вижу… незнакомку.
- А, так это сквозное отверстие! Ещё бы понять, что вот это такое.
Тыкаю пальцем в прямоугольник, выделяющийся на общем фоне особым составом материала, похожим на чёрное стекло, но ничего не происходит. Нахожу источник энергии – он находится под маленькой дверцей, которую… открывать или нет?
- Была – не была! Всё равно бессмертный.
Раздаётся хруст. Кажется, что-то сломал. Приглядываюсь к «дверце» - да, что-то я явно оторвал. Сами виноваты – хлипко сделали.
Внутри обнаруживается какая-то пластина, именно от неё идёт энергетическое излучение. Незнакомое, похожее на… молнию? Только слабее. Да, природа у них явно одна.
Неловкое движение пальцев – я нечаянно нажимаю на какой-то бугорок, или как это правильно назвать, и бывшее когда-то чёрным стекло озаряется сиянием.
- Что за шварк?!
Я роняю этот подозрительный предмет, он падает мне на колени, ведь я сижу на земле около незнакомки, и тут мой взгляд улавливает рисунок на светящемся стекле. Она – девушка, озадачившая меня как никто другой – стоит, улыбается, а за её плечами странная… скульптура? Работа очень грубая, примитивная и в то же время завораживающая. Одна её рука тянется вперёд, словно хочет дотронуться до того, кто смотрит миниатюру, а вторая… Пальцем второй руки она будто бы чешет ему нос.
Есть что-то странное в этой картинке. Изучаю ракурс, прикидываю расстояние и понимаю, что палец на самом деле не прикасается к статуе, просто подобрали угол зрения.
- Хм, как точно прописаны детали, - я наклоняюсь ближе, поражаясь чёткости изображения и тут до меня доходит: - Это ловец! Она этой штукой ловит картины из жизни!
Я с благоговением смотрю на теперь уже вовсе не неказистый, как показалось вначале, предмет. Удивительно! Такого в нашем мире точно нет, ведь магии в нём ни на грамм, хотя… за последние сто лет я много пропустил.
- Так кто же ты?
Рука вновь тянется к девушке, гладит тонкую, шелковистую ткань платья, сквозь которую чувствуется тепло тела. Оно греет ладонь, манит прикоснуться сильнее, сдавить, почувствовать мягкость женской плоти.
- И откуда взялась?
Дева, разумеется, молчит. Я откладываю «ловца картинок» в сторону, старательно прикрыв пластину, судя по всему, являющуюся силовым накопителем. Да, «дверца» сломана, но магии моей не достаточно, чтобы её восстановить. Надеваю круглую крышку обратно на конец трубки, поворачиваюсь, подхватываю незнакомку на руки и иду в сторону озерца. Её тело лёгкое, словно я несу ребёнка, хотя ноги вполне длинные. Интересно, какого она роста?
Глава четвёртая, в которой Диана и Аман узнают друг о друге чуть больше
Диана
Я очнулась от того, что моё тело бросили в воду. Ледяную воду!
- А-а! – кричу, судорожно бью руками и ногами, пытаясь спастись от утопления.
Он что, решил меня прикончить? Или вместо удушения придумал новый способ пыток?
Та пелена, что была у меня на сознании, когда мы с этим мужланом «знакомились», спала, и я теперь как никогда осознаю, что никакой это не сон. Брр!
- О, очнулась, - раздаётся довольный голос сверху.
Меня подхватывают сильные руки, сворачивают в рогульку и куда-то несут. Я сопротивляюсь, как могу, но его торс твердокаменный, словно это и не человек вовсе. Точно, он – дракон! Боже, куда меня занесло? И главное – как? Я ведь ничегошеньки не помню…
На берегу меня опускают на землю, причём довольно аккуратно, но я всё равно возмущена. Как так, меня, да в ледяную воду?! Нет, я в курсе о пользе закаливания, и даже какое-то время обливалась, но до того, как поступила в академию. После стало некогда – меня полностью захватило искусство, разве что фитнес я оставила для поддержания формы.
