Стала смотреть, как он ест. Говорят, как человек ест, такой он и в постели…. Тьфу ты, куда понесло меня! Надо было не отказывать тому симпатяге месяц назад в отпуске. Был бы курортный роман. Так, опять не туда. В общем, опрятно он ел, смотреть было приятно. Кстати, пока я его рассматривала — он закончил и тоже на меня уставился. Я кисло улыбнулась, набрала побольше воздуху в грудь и только собралась осчастливить конкретно взятого представителя мужского пола, как меня перебили.
— Вы согласны, но на определенных условиях, — озвучил Вассар мое решение. Я выдохнула и стала как сдувшийся воздушный шарик.
— Это что, у меня на лице написано? — почти сердито спросила я. Вассар кивнул с довольной улыбкой.
— Большими буквами.
— Может, еще и условия озвучите?
— Давайте, сначала вы, — милостиво предложил Вассар. Я снова вздохнула и осторожно начала:
— Мне трудно это объяснить, но я не смогу жить с грузом на совести, что из-за меня убили человека.
Вассар в ответ на мое откровение вытаращил глаза:
— Из-за вас кого-то убили?
А я снова обозлилась.
— Пока нет. Но вы ведь того парня ищите не для того, чтобы премию дать?
— Убивать его тоже никакой нужды нет. Отдаст, то что взял, и пусть гуляет на все четыре стороны.
Врет и не краснеет. Так я и поверила!
— Снежана…
— Не называйте меня так, — перекосило меня. — Зовите Снег.
— Снежана, давайте мы не будем морочить друг другу голову, а?
— Давайте. Я вам честно говорю — я тех парней толком не видела, зрение у меня плохое, освещение было ужасное, и даже под пытками я врядли скажу что-то другое! — с видом Жанны Д'Арк выдала я. Вассар мелко затрясся.
— У вас припадок? — сухо спросила я, подозревая, что надо мной смеются.
— Вы невозможны, Снег!
— Благодарю, — так же сухо ответила я, потому что сомнений не оставалось — он нагло ржет надо мной.
— Снег, где вы наслушались таких глупостей, про пытки?
— А про какие способы вы имели в виду? — живо заинтересовалась я. Раз пытки отменяются, вполне можно жить дальше!
— Ой, я не могу…. В общем, так, Снег. Мозг человека — кладезь информации. И если человек присутствовал при определенном событии, значит, информация в мозге есть, и надо просто ее оттуда достать, раз память не способна это сделать самостоятельно.
Мне резко сплохело. Так, теперь мне мозг вынут, достанут все, что надо, а потом положат обратно. Остановите глобус, я на следующей сойду!
— И как вы собираетесь это сделать? — я старалась не блеять, честно.
— Есть методики, позволяющие человеку сделать самостоятельно, — уклончиво ответил Вассар. — Медитации под определенными препаратами и присмотром специалиста.
Медитации в моем многострадальном мозге прочно ассоциировались с йогой и больше ни с чем.
— А другие варианты?
— Подключить человека к компьютеру, как флешку, скачать всю информацию, потом разобрать, что где.
— А флешка потом не отформатируется?
— А это как повезет, — развел руками Вассар.
— Я за медитацию!
— Я знал, что мы договоримся, — улыбнулся Вассар. Я выдавила ответную улыбку.
— Давайте договариваться дальше, — вздохнула я. Вассар продемонстрировал мне полнейшее внимание. — Мне нужен мой домашний компьютер и личные вещи. И желательно бы мне за ними самой съездить….
— Исключено, — быстро ответил он. — Но все, что вы скажите, привезут.
А бардак потом разгребать, Снег, будешь сама!
— И подруге мне надо позвонить, сказать, что все в порядке.
— Хорошо, но в моем присутствии.
— Ладно, — сторговались, что называется.
— Пойдемте, я покажу вам вашу комнату.
— Пойдемте, — немного растерялась я.
Комната оказалась рядом с той, в которой я проснулась. Ничего особенного — мягкие теплые тона стен, пола и потолка, посередине — кровать из серии «Траходром-8», по количеству посадочных мест…. Шкаф, стол. Как-то безлико все. Гостевая комната, очевидно. Ну, крутить носом я не стала, плюхнула свою сумку на кровать и обернулась к Вассару.
— А теперь давайте поговорим о моей работе. Что желаете?
— В смысле?
— В смысле, какие-то предпочтения, пожелания будут по внешнему виду вашего участка?
— Вы профессионал, вам виднее, — тут же отмазался Вассар.
— Хорошо. Тогда вам нужно заполнить два документа и подписать один договор.
Кажется, от моего напора Вассар растерялся. Я молча злорадствовала. Терпеть не могу, когда меня сбивают с толку, выбивают почву из под ног. А так как Вассару это удалось сделать очень ловко и быстро, то месть моя будет страшна. И ужасна, ага.
В общем, под напором моего трудолюбия, мы довольно быстро определились с масштабами и сроками работы. Масштабы были внушительны, сроки — неопределенны. Не успела я насладиться чувством глубокого морального удовлетворения, как Вассар протянул не планшетник с каким-то документом.
— Что это?
— Это описание методики, которую мы будем практиковать. Ознакомьтесь, и мы начнем.
— Тут много, — я бегло пролистала документ.
— Я вас не тороплю. Но в течение трех дней, не позже, нам надо будет начинать, иначе потом поздно будет.
— Поняла, — проворчала я.
— За вещами ребят отправлю к вечеру, к этому моменту определитесь с тем, что вам действительно необходимо. — Кажется, кто-то тоже не любит, когда бразды правления переходят к другому человеку. — До вечера, Снег.
— До вечера.
Я плюхнулась на кровать и углубилась в изучение документа.
* * *
Уже неделю я честно медитировала — как положено, под препаратами и присмотром Вассара, который и оказался тем самым специалистом. Честно сказать, под рев бульдозера сосредоточиться было сложно, но я старалась, как прилежная ученица.
Бульдозер у Вассара энтузиазма тоже не вызвал, но он пока терпел. Техника надсадно ревела и громыхала — новомодным плазмокопам я перекапывание земли не доверяла. Участок был немаленьким, ушло много контейнеров с черноземом, навозом и удобрениями. Навоз, кстати, вызвал немало положительных эмоций, как ни странно. У меня. Вассар этому немало поспособствовал. Дело было так — привезли контейнер с навозом, разровняли по все площади равномерно, все как надо. Разумеется, на это пиршество тут же слетелись все окрестные вороны и голуби. Идем мы с Вассаром мимо этого великолепия — очередной контейнер встречать, Вассар задумчиво смотрит на это все дело и изрекает:
— Надо же, грачи прилетели…. Сто лет их не видел.
Я старалась ржать не очень громко, только поправила, что это не грачи. Про то, что июнь месяц на дворе упоминать не стала вовсе. Обидится еще….
В общем, опять с медитацией не получалось. Вассар тяжело вздохнул и хлопнул в ладоши. Я встрепенулась и уставилась на него.
— Снег, вы должны вообще ни о чем не думать. А у вас в голове бурная деятельность.
— Вот бы ни за что не поверила, — пробурчала я и принялась расплетать ноги. Ноги расплетаться не хотели, и я завалилась на спину, как жук-навозник. — Что я могу сделать, если у меня есть мысль и я ее думаю!
— Да я бы тоже не поверил, что у вас такой бурный и интенсивный мыслительный процесс может проходить, — хмыкнул Вассар и расплел мои коленки.
— Это, видимо, комплимент, — съязвила я, резко садясь. Столкновение лбами было сокрушительным. Я взвыла белугой, Вассар ругнулся и плюхнулся рядом со мной на диванчик. — Черт, больно-то как!
— Не вам одной! Что ж вы такая резкая!
— А что вы меня нервируете?
— Да я с вами бережнее, чем с новобрачной обращаюсь!
— Чувствуется колоссальный жизненный опыт!
Цапались мы со вкусом — я, уперев руки в боки, наскакивала, чувствуя себя Моськой. Вассар широко взмахивал руками, почти уперевшись своим лбом в мой.
Целоваться начали внезапно, но тоже с удовольствием. Он был совсем рядом — крепкий, плотный, вкусно пахнувший одеколоном и утренним кофе и черт знает чем еще. Только я начала увлекаться, как он отскочил от меня как ошпаренный. Я смерила его задумчивым взглядом, облизнула губы и отвернулась.
