нее дотронуться.
На краю поля зрения тонущей девушки промелькнуло нечто, похожее на длинное гибкое щупальце. В воображении Эрики сразу всплыл образ страшного спрута из рассказов старика-кока, а ее отчаянное положение лишь добавило красок к этой картине. Девушка дернула головой, пытаясь разглядеть угрозу в мутной толще воды, изо рта ее вырвалась длинная цепочка пузырьков — запас драгоценного воздуха.
Сквозь взбаламученную воду, полную пузырьками воздуха, Эрика увидела, как отросток метнулся к ней. Ощутила, как он коснулся ее спины, пополз по голой коже плеч, пытаясь перевить поперек тела и сдавить в своих смертельных объятиях. Из последних сил Эрика рванулась прочь от чудовища, ударила руками по воде, зацепила кулачком твердое, словно корабельная мачта, щупальце. Но удар захлебывающейся в воде девушки был настолько слаб, что страшилище даже не почувствовало его. Медленно, почти ласково, толстое щупальце скользнуло по плечам своей жертвы, потянуло ее в сторону и вверх.
На борьбу с морским монстром Эрика потратила весь свой запас воздуха, и сознание покинуло ее вместе с последним глотком кислорода. Девушка, беспомощно раскинула руки, отдавшись на волю Владыки моря.
* * *
Шторм успокоился столь же стремительно, как и начался. Грозовой фронт быстро уползал в сторону, и на его краю уже светлело небо.
Голова Эрики показалась над волнами. Рядом с нею сразу же показалась вторая голова — темноволосого молодого мужчины. У мужчины было красивое, чуть удлиненное лицо, ярко-бирюзовые глаза, а на левой щеке, от подбородка до виска красовалась затейливая вязь татуировки.
Таура смотрел на вытащенную им из воды девушку. Незнакомка была очень мила и казалась такой хрупкой и беззащитной, словно драгоценная статуэтка, которые его соплеменники порой находили в каютах затонувших кораблей. Лицо ее было очень бледным, девушка не дышала.
Спохватившись, что жители суши не умеют дышать под водой, и море может быть для них губительно, юноша осторожно похлопал девушку по щекам, пытаясь привести в чувство. Она не отреагировала, голова ее безвольно мотнулась набок. Юноша похолодел — если не заставить девушку дышать, она умрет. А ему этого очень бы не хотелось. Таких красивых, таких утонченных, как она, Таура еще не встречал ни в подводном королевстве Мав, ни среди людей во время своих тайных бдений в портах.
Недолго думая, он наклонился к лицу незнакомки и, тронув ее губы своими, выдохнул ей в рот поток теплого воздуха. Лишь мгновение длился этот трепетный контакт. И вот, девушка закашлялась, выплевывая морскую воду, и судорожно вздохнула. Скользнула по Тауре мутным взглядом и снова потеряла сознание.
Юноша не на шутку перепугался. Он потрогал шею девушки под подбородком: жилка билась, а значит, билось и ее сердце. Она была жива. Но ей необходимо было попасть на сушу — в открытом море человеку не выжить. Корабль, с которого ее смыла волна, уже унесло штормом в сторону берега. Догонять его, чтобы вернуть незнакомку на борт, было бессмысленно. К тому же, юный мав [*] не понаслышке знал, каково это иметь дело с людьми суши, и предпочитал избегать непосредственных контактов с ними.
Поэтому Таура, перевив двумя щупальцами плечи девушки и удерживая ее голову над поверхностью воды, быстро поплыл в сторону берега.
* * *
Волны качали Эрику — вверх и вниз. Эта качка была так утомительна, она отзывалась в животе мучительными спазмами, путала верх с низом, и девушка совершенно не понимала, где она, и куда движется. А она, несомненно, двигалась — не сама — что-то тащило ее, и Эрика то и дело проваливалась в забытье, время от времени выныривая из него, словно из морской воды, в которой она плыла.
Эрике снился странный сон. Ей привиделось, что страшное морское чудище, которое похитило ее, вдруг обернулось прекрасным принцем и вместо того, чтобы расплющить своими щупальцами и сожрать, вдруг ласково обняло ее и поцеловало в губы. Никто еще ни разу не целовал Эрику в губы. А еще во сне она слышала голос, чарующий, словно шепот прибоя, словно песня моря в устах раковин. И этот голос звал ее, просил не засыпать насовсем, говорил, что она такая красивая, что не может умереть…
Девушка закашлялась и открыла глаза.
Волны больше не качали ее — она лежала на прибрежном песке, а глаза слепило закатное солнце. Над ней склонялся кто-то, солнце светило ему в спину, а ему не хватало сообразительности повернуться так, чтобы девушка могла рассмотреть его лицо. Она сощурилась. Сквозь мутную искрящуюся пелену Эрика с трудом разглядела темноволосого человека с яркими бирюзовыми глазами. Этот человек звал ее и почему-то просил не уходить. Смешной. Куда ж она могла уйти в таком состоянии? Голова кружилась, в груди болело, и никак не получалось сделать глубокий вдох, горло нещадно драло.
Рука незнакомца лежала на груди Эрики. С его пальцев струилось мягкое тепло, от которого боль в груди понемногу затихала. Наконец, девушке хватило дыхания, чтобы заговорить:
— Кто ты? — Эрике показалось, что она спросила в полный голос, но на самом деле лишь прошептала вопрос. — Что случилось?
— Ты упала в воду, — ей ответил тот самый чарующий голос из ее сна, — а я тебя вытащил. Ты чуть не утонула.
— Спасибо… — девушка проговорила неуверенно, снова сощурилась, пытаясь разглядеть своего спасителя. Глаза слезились от соленой воды и яркого света. — Кто ты? — она повторила вопрос и попыталась приподняться.
Ответом было молчание, и Эрика в изнеможении откинулась на влажный песок. Закрыла воспаленные глаза. Мужчина убрал руку, и тяжесть в груди почти сразу вернулась.
— Мое имя Таура, — после колебания спаситель все-таки назвался. — А как зовут тебя?
— Эрика… — дыхания не хватило, и девушка поперхнулась, — Эрика Вильгефорц, княжна Таэр…Марин…
От столь длинной тирады Эрика задохнулась и закашлялась. В груди стало нестерпимо больно, и она опять потеряла сознание.
А когда девушка очнулась, то вновь увидела над собой два ярко-бирюзовых огонька и услышала голос, но другой, не тот, что звал ее из небытия. Голос был ниже, резче, хоть и не лишен приятности.
— Кто-нибудь, дайте плащ! — голос раздавал указания. — И не смейте пялиться на мою невесту в мокром платье!
Девушка услышала звонкий шлепок и почувствовала прикосновение теплой ткани к плечам.
— Леди Вильгефорц, вы меня слышите? — теперь голос обращался к ней. Жесткая ладонь похлопала ее по щекам, и Эрика хотела было возмутиться подобной фамильярности, но у нее не достало сил.
Сильные руки приподняли ее, и от смены положения Эрика снова закашлялась, выталкивая из себя остатки морской воды. И сразу же стало легче дышать. Девушка вздохнула полной
