втроем забирались с помощью шторы, свисающей с карниза, на подоконник, – Тебя теперь не отличить от скелетов в шкафу самого Генри!
– Ага, – решил отшутиться Алексис, – Мне не страшны теперь никакие даже самые хитрые капканы. Я буду просачиваться, хоть я не кот. Коты – это жидкость, и я теперь как жид…кость…
Глаза его слипались. Совсем не вовремя захотелось спать.
Но они были уже на окне и – слава богам! – прыгнули все вместе, одновременно, на землю. Люцифер, все это время молчавший, теперь решил внести свою лепту:
– Вот что, дорогой мой братец. Теперь во всех авантюрах, которые ты планируешь во время своих путешествий в чужие края, ты будешь посвящать меня. А я уж буду думать, давать мне тебе добро или нет. Ты красив, молод и горяч – не годится, если ты в неожиданный момент погибнешь, не успев как следует пожить. Джеймс согласно кивнул, соглашаясь с таким вердиктом. У Алексиса же не было сил, чтобы спорить, но в глубине души он все же подумал:
«Фыр, а где гарантия, что я стану рассказывать обо ВСЕМ? Ты уж прости, братэлло, но нет». Он усмехнулся в усы и вслух лишь ответил, адресуя благодарность обоим друзьям:
– Спасибо Вам большое, друзья! Не знаю, смог бы ли я найти выход в одиночку.
«Да, друг, я в тебя всегда верю!» – подумал Джеймс.
«Пфф, нет, конечно,» – подумал Люцифер.
Оба вслух не произнесли ничего, зато душевно обняли Алексиса.
– Это, конечно, не мое дело, – добавил Джеймс, сочувствующе поглядев на друга, – Но я бы на твоем месте поел что-нибудь, желательно мясного происхождения.
Люцифер лишь оценивающе поглядел на брата, словно бы рассуждая, сможет ли тот добраться до дома. Алексис покивал. Внезапно он зевнул, потянувшись.
– Знаешь, ты прав, – он снова зевнул, показав ряд острых клычков, – Но я бы, хоть это звучит и абсурдно, с большим удовольствием бы сейчас поспал.
Он не знал, но ощущал: ему было плохо, физическая усталость и голод привели к полной потере сил и даже аппетита. Но надо было идти. Оставаться рядом с домом Генри было опасно – их снова могли найти, уже всех троих в любой момент. Поэтому на помощь пришла идея Люцифера – забраться в фургон встречного грузовика, чтобы отъехать на солидное расстояние, а потом, оказавшись рядом с домом, справляться своими силами. Они вышли на обочину дороги и начали осуществлять план. Долго ждать им не пришлось – как только полоса горизонта окрасилась в багряные полосы заката, за ней появился фургон.
Грузовик остановился неподалеку от куста, за которым они прятались. Дождавшись, пока хозяин начнет менять колесо, друзья прошмыгнули тихо, словно мыши, в фургон и спрятались за огромными мешками, чтобы быть незамеченными. Никто не стал проверять наличие трех неожиданных пассажиров внутри машины. План удался!
Во время пути Люцифер вальяжно лежал на одном из мешков и, как всегда с ним бывало во время долгой дороги, размышлял о жизни. Джеймс сидел и наблюдал, взяв на себя роль стражника. А насытившийся приключением Алексис спал, накрывшись хвостом, свернувшись в калачик, поджав длинные лапы. Даже во сне он выглядел позитивно: улыбка, подрагивание чутких ушей, мерное дыхание, уютная поза – все это выдавало любившего жизнь оптимиста, которого ничто не могло изменить. Даже измучивший его браконьер не сломил Алексиса – он остался тем же жизнерадостным, позитивным красавцем-лисом с пышной шубкой, стройным телом и озорным взглядом.
Во время одной из остановок, когда люди выходили покурить на стоянку и поболтать, Люцифер как-то произнес, обращаясь не то к Джеймсу, не то к самому себе:
– Даа, завидую я Алексису, тут ничего не поделаешь.
Джеймс повел ушами. Он был единственный из всей компании, кто не спал ни разу за всю поездку.
– Завидуешь? – переспросил такс, – Почему?
Люцифер лишь пожал плечами и отвернулся. Но здесь нужно сказать, что контраст обоих братьев бывал заметен, как никогда, в самых трудных ситуациях. Люцифер всегда иронично относился к жизни, с мрачным подозрением встречая каждое событие нового дня. Алексис же мог радоваться любому моменту – он наслаждался им, и часто сиял от радости познания мира и желания с кем-нибудь этим поделиться. Именно поэтому, возможно несмотря на то, что Люцифер был старше, Алексис в их паре первым нашел себе подругу. Но это уже совсем другая история. А пока можно лишь вынести справедливый вердикт о том, что старший брат – чернобурый лис – чаще страдал от одиночества именно благодаря своей закрытости от мира. Рыжий, как рассветное солнце, Алексис мог жить с удовольствием в том же мире и не пресытиться этим. При этом лисьего обаяния и харизмы не были лишены ни тот, ни другой.
Хорошо отдохнув (он спал около трех дней!), Алексис проснулся, прислушиваясь к новым звуками.
Первым стало громкое урчание в животе. «Ой, – внезапно подумал лис, голодно облизнувшись, – Я ж ничего не ел несколько суток…И где это мы?» Он встал. Потянулся. Повел ушами. Заметив, что грузовик стоит на месте, пропуская внутрь фургона, где прятались трое друзей, солнечный свет. Ему внезапно захотелось выскочить отсюда, навстречу свету, теплу и природе. Но тут он почувствовал, как кто-то держит его за хвост, не давая выпрыгнуть наружу. Он возмущенно обернулся, но потом понял, что это был Джеймс.
– А, это ты, – радостно заметил Алексис, – Ты не знаешь, где мы находимся? И отпусти, пожалуйста, мой хвост, – вежливо добавил он. Такс напряженно зашептал:
– Тссс, говори тише! Выходить пока нельзя, я поэтому тебя и останавливаю. Мы ждем, пока люди отойдут на достаточное расстояние. А потом выходим, чтоб нас не заметили…
Заметив возмущение в глазах Алексиса, такс поспешно добавил:
– Я не стал специально сразу тебя будить. Я знаю, что ты любишь рисковать и, узнав первым обо всем, не стал бы никого из нас слушать.
– Аааа, – протянул лис, – понял. Но это не значит, что надо тянуть меня за хвост. Мне вообще-то больно!
Такс выпустил друга, виновато пробурчав:
– Рррр, прости. Но надо же было как-то тебя остановить! Энергии, я смотрю, у тебя сейчас прибавилось.
– Ага! Фыр, – радостно подтвердил Алексис, – Я тааак сладко поспал!
Он потянулся еще раз, прогнув спину, как кот, после продолжительного отдыха, помахав хвостом.
– Мне хочется уже сейчас выйти, – признался лис, – Только подумай, эти мешки такие вонючие и пыльные! Мне такое не нравится, фыр!
– Согласен. Пыль – это не экологично, – произнес, подходя к ним, Люцифер, – Но я позволю себе заметить, что, если б не твои авантюры, мы бы здесь вообще не оказались.
Алексис возмущенно фыркнул и
