Повесть о короле Артуре
Мерлин
В буйные древние времена правил в Англии король по имени Утер Пендрагон, и был он драконом в силе и драконом во гневе. В его королевстве насчитывалось много самостоятельных королевств, которые враждовали друг с другом, и так вышло, что однажды он призвал к своему двору в Винчестере некоего могущественного герцога. Сей вельможа господствовал в Корнуолле и звался герцогом Тинтаджиля[28]; управлял он западными племенами из твердыни своего замка на скалах, смотревшего на свирепое море. Утер Пендрагон просил герцога привезти ко двору супругу, Игрэйну, славившуюся несравненной красотой. Игрэйна была не только красива, но и мудра. Говорили, будто она, лишь глянув на человека, распознает все, что сокрыто в его сердце. Когда герцог с супругой предстали перед королем, Утер поднялся с трона и раскрыл объятия навстречу гостям.
— Придите, — воззвал он, — обнимите меня. Вас дракон не укусит.
И весь двор обходился с ними с отменной учтивостью и честью, но леди Игрэйна заглянула в темное сердце короля и увидела, что он хочет учинить над ней насилие. Он смотрел на нее с похотью и хитростью. Один раз он обхватил герцогиню за плечи и что-то шепнул ей на ухо. Та возмущенно покачала головой и вырвалась из рук короля. Игрэйна тут же поспешила к своему супругу и рассказала ему о том, что произошло между нею и королем. Герцог так разъярился, что ударил кулаком в стену и прорвал гобелен[29] в большом зале.
— Нас пригласили сюда, чтобы обесчестить! — воскликнул он. — На это я никогда не соглашусь. Без чести нет рыцарства.
— Выведем наших лошадей, — посоветовала ему Игрэйна, — и поскачем прочь как можно быстрее. Я готова скакать всю ночь.
И хотя ночь — время дурное, они бежали ночью и направились в Тинтаджиль. Узнав об их бегстве, Пендрагон страшно разгневался, а всем жителям Англии было известно: гнев короля — неотвратимая смерть. Он собрал совет своих вельмож и объявил им, что его обесчестил «ничтожный герцог, который правит ничтожным племенем в Корнуолле». Один из советников предложил ему призвать герцога с герцогиней обратно под страхом сурового королевского наказания, но герцог ответил на этот призыв, не промедлив ни минуты: никогда он не позволит своей жене предстать перед тираном. От такого ответа Пендрагон разъярился пуще прежнего и послал герцогу согнутый меч в знак презрения. «Готовься к войне, — писал он ему. — Созывай своих подданных. Защищай свои замки. Утер Пендрагон идет, чтобы уничтожить тебя, Я сотру тебя в прах. Я вонжу свое копье в твою супругу».
Получив согнутый меч и такое послание, герцог, не теряя времени, созвал войско и подкрепление. Он оставил супругу в замке Тинтаджиль, где ее защищали скалы и волны, и поспешил поставить гарнизон в замке, именуемом Грозным.[30] То был могучий замок из черного гранита и черного мрамора, с множеством хитроумных проходов и потайных дверей, где засада и смерть ждали беспечного.
Пендрагон же вышел из Винчестерского дворца и со своим великим войском двинулся в Корнуолл. Корнуолл был в ту пору пустынной областью, малоизвестной в других частях страны. Говорили, будто господствуют там ведьмы да волшебники. И вот король добрался до замка Грозного, у слияния двух рек, и осаждал его пятьдесят дней и пятьдесят ночей. Пролилось много крови, и много храбрых мужей лишилось жизни в стычках и вылазках в пору этой осады.
А потом Пендрагон заболел. Лицо его сделалось бледным, глаза стали огромными. Он едва дышал, сердце ослабло. Один из его придворных, Ульфиус, приблизился к нему, когда он лежал, воздыхая, на шелковом ложе, отделанном драгоценностями в форме звезд.[31]
— Ах, повелитель! — шепнул он. — Вы страдаете от некоего сильного расстройства. Не знаете ли вы, чем оно может быть вызвано?
— Два величайших врага человека, гнев и любовь, борются ныне во мне. Ненависть к герцогу Корнуэльскому снедает меня. Любовь к его жене Игрэйне губит меня. Куда обратиться? К какому богу взывать? Вижу я, что суждено мне умереть вдали от родных в жестоком краю Корнуолла.
— Есть человек, который в силах спасти вас, сир.
— Кто же это?
— Мерлин, великий волшебник. Это он устроил так, что монастырский храм в Дерби провалился под землю.[32] Он сумеет вас исцелить. Он найдет средство.
— Приведи его ко мне. Пусть сотворит свою магию с моими несчастными костями.
И Ульфиус отправился в путь, все время шепча про себя имя Мерлина: он знал, что волшебник посвящен в тайны всех вещей и расслышит свое имя, подхваченное ветром. Птичьи голоса или пение трав донесут ему. Ульфиус ехал вперед и на пути встретил нищего, стоявшего посреди большой дороги. Нищий стоял спиной к рыцарю, накинув на голову капюшон, и как будто разглядывал что-то на земле.
— Отойди, — велел ему Ульфиус. — Освободи дорогу!
— Вам жаль уделить бедняку немного места на пыльной дороге? — возразил нищий.
— Пошел прочь, не то разрублю тебя надвое мечом! Не пристало рыцарю спорить с таким, как ты.
— А если я знаю, кого вы ищете? Если знаю и ваше имя, Ульфиус?
— Кто ты?
— Я тот, кто тебе нужен. Я — Мерлин! — И он вытянул руки ладонями вверх, и его нищенское рубище преобразилось в одеяние из белого шелка. — Я владыка магии.
— Тогда эта встреча к счастью.
— Скажи Утеру Пендрагону, что я исцелю его от недуга, но с одним условием: он должен отдать мне, чего я пожелаю, без сомнения, без колебаний. Если он согласится, я исполню любые его желания.
— Я скажу это ему, как только к нему вернусь. Уверен, он даст тебе обещание и сдержит его.
— Хорошо. Король получит то, чего он желает. Об этом я позабочусь. А теперь возвращайся к нему. Ты ненамного опередишь меня — я сильно не отстану.
Приободрившись, Ульфиус галопом поскакал обратно и подъехал к королевскому шатру, поставленному в поле перед замком Грозным. Рыцарь вошел и склонился перед Пендрагоном, который все так же лежал в постели, страдая от сердечного недуга.
— Я нашел Мерлина, господин мой король.
— Где он?
— Сказал, что явится вскоре, сир!
Теперь мы поведаем о рождении короля Артура
Послышался шум, как бы трепет птичьих крыльев, и у входа в палатку предстал Мерлин. Еще миг — и волшебник уже стоит возле кровати короля:
— Государь, — сказал Мерлин, — я знаю, что у вас на сердце. Я знаю ваши тайны. Если вы поклянетесь мне честью истинного, помазанного короля, что исполните мое желание, то я исполню ваше.
