их я видел впервые. На обитом кожей красивом стуле задом наперед сидела женщина в точно такой же тюремной робе, как у нас с Бенни. При виде нее почему-то представился ржавый нож рядом с блестящим серебряным. Она мне сразу понравилась. Позже я узнал, что ее зовут Лия.
У второй женщины была точеная фигура и щегольская короткая стрижка. Она стояла у полированного деревянного стола, под вереницей закрытых жалюзи окон. Руки скрестила на почти плоской груди, так, что ткань дорогого пиджака натянулась под мышками. Ее, как мне предстояло узнать, звали Квинт.
Они втроем расположились в комнате по законам собраний криминальных авторитетов: каждый спиной к своей стене. Мне даже заботливо оставили четвертую, с открытой дверью посередине.
Напротив стола Квинт, почти в самом центре кабинета, стоял стул. Я доплелся до него и плюхнулся на шикарное кожаное сиденье.
Квинт некоторое время глядела молча, нацелив на меня острый носик. Потом сказала:
– Вы трое совершили весьма тяжкие преступления. Убийство…
На миг у меня перехватило дыхание. Неужели тот пацан мертв? Но она, сказав это, кивнула не на меня, а на Лию.
– …или попытка убийства очень важной персоны, – закончила Квинт, глядя уже на нас с Бенни.
Значит, я все-таки не убийца. Никогда им не был, не стал и теперь. Выдохнув с облегчением, я покосился на Бенни, но тот смотрел не на меня.
– Ничего мы не совершали, – огрызнулась Лия, вонзив ногти в спинку стула. – И суда еще не было.
– Но он будет, и вам вынесут приговор, – сказала Квинт. – Доказательств против вас более чем достаточно. После оглашения приговора вам предоставят право выбора: пожизненное заключение либо смягчение наказания путем приема на военную службу в добровольном порядке.
Значит, либо провести всю жизнь в тюрьме, либо подохнуть по милости Посланников на какой-нибудь отдаленной захудалой планетке. А еще говорят, будто в Республике отказались от смертной казни.
– В добровольном, как же.
На столе у Квинт стояли старинные часы. Они сияли полированной бронзой и громко тикали. Разглядывать их было однозначно приятнее, чем думать о новой встрече с Посланниками. Я взял часы в руки, чтобы было не слишком заметно, как те трясутся.
– Это же не посланнический суд в Марии Нова, где все куплено, – сдавленно прошептала Лия. – Дайте слово нашим адвокатам.
– У нас с Бенни нет гражданства, – сообщил я. – И вряд ли есть адвокаты.
Я перевернул часы, чтобы рассмотреть их корпус сзади. А точнее, чтобы не встретиться взглядом с Бенни. Не припомню, чтобы видел его когда-нибудь настолько злым.
– Мой босс предлагает вам третий вариант, – сказала Квинт. – Полное помилование. Снятие всех обвинений.
Снятие обвинений? Не смягчение приговора, не сокращение срока или еще какое крючкотворство, ничего в реальности не меняющее, – а самое настоящее помилование? Я снова смогу работать переводчиком и не дергаться каждый раз при виде полиции? Смогу путешествовать, изучать удивительные новые глаголы и найти в конце концов место, где странным, непостижимым образом вдруг почувствую себя дома?
Вот черт. Прошлое никуда не денется, и я бы вряд обрадовался, если бы мне сказали, что это не так.
– И кто же ваш босс?
Наши с Лией вопросы прозвучали одновременно, только она спросила: «В чем подвох?»
– Некий заброшенный космический корабль вращается по орбите звезды, цикл жизни которой заканчивается. По мнению наших экспертов, взрыв сверхновой произойдет в течение ближайшего месяца, вероятнее даже, двух недель. Мой босс хочет, чтобы вы забрали с этого корабля некие данные до того, как его уничтожит взрывом.
Легкое и простое задание. До того простое, что непонятно, зачем понадобились трое заключенных и тайный кабинет без камер. Старинные часы тяжело лежали у меня на коленях, громко отсчитывая секунды. Я подцепил ногтем крышку на обратной стороне их корпуса и начал аккуратно ее отжимать.
– У каждого из вас есть опыт работы на погибших кораблях… и обхода таможенного контроля, – добавила Квинт, глядя, как я откручиваю крышку часов. – А профессионализм и секретность – как раз то, что нужно моему боссу.
Внутри оказалось множество колесиков и шестеренок, которые крутились вместе, цепляясь друг за друга, и составляли единый, ровно работающий механизм.
– Зачем же ему нужна такая секретность?
– Данные, которые он хочет получить, носят конфиденциальный характер.
Я вынул из часов одну шестеренку.
– Кто же он такой, что хочет тайно получить засекреченные данные?
– Вас это не должно волновать. Важно то, что он в силах вам помочь.
– И где эта звезда, – спросила Лия, – которая вот-вот взорвется? Хотите, чтобы мы что-то украли? А потом нам еще и это припаяют? Нет, на Марию Нова мы не летим. – Она наставила на Квинт палец, словно дуло пистолета. – Воровать у Посланников… спасибо, но лучше мы сразу вернемся за решетку.
– Факт, – согласился я, – я бы тоже предпочел Посланникам тюремную камеру.
Или иголки под ногти, или любую другую пытку.
Шестеренки, которые я извлек из часов, больно врезались в ладонь.
– Корабль находится в нейтральной зоне, точные координаты знает только мой босс. Кроме вас, там никого не будет.
– Что конкретно мы должны там найти?
– Данные. Подробную информацию получите перед вылетом. Корабль и все необходимые припасы – тоже.
– Припасы! – фыркнула Лия. – Да откуда вы знаете, что нам может понадобиться?
– Вы сами сможете выбрать, что вам нужно. Бюджет практически не ограничен.
– Понадобится быстроходный корабль, – сказал я. Шестеренок набралась уже полная горсть, корпус почти опустел. – Если звезда в нейтральной зоне и у нас меньше четырнадцати дней до того, как она взорвется, долететь нужно за несколько часов. Нужно что-то с новейшим ССД.
Я разжал ладонь, высыпал шестеренки от часов на стол. Они сверкали и звенели, словно монетки.
Сверхсветовой двигатель, или ССД, изобрели совсем недавно, меньше сотни лет назад, как и родственную ему технологию искусственной гравитации. В Республике, где их придумали, ССД были широко распространены и постоянно совершенствовались в процессе гонки вооружений между двумя Системами-Сестрами. Никто не знал, насколько они в ходу во второй системе, Марии Нова. Страшные Посланники – жестокая, злобная раса пришельцев, под гнетом которых веками томилось человечество, – все еще повелевали людьми в Марии Нова. И держали в строгой тайне все, что там происходило. Известно было только, что сами Посланники тоже летают на сверхсветовиках.
Разумеется, новейшие, самые быстроходные корабли стоили очень дорого. Цена некоторых могла превышать денежный эквивалент стоимости какой-нибудь внешней колонии. Вроде Кийстрома, моей родной планеты.
– Получите все необходимое, – повторила Квинт.
Часы больше не тикали, слишком много деталей я из них вынул. В кабинете воцарилась полная тишина. Квинт снова скрестила руки на груди, будто в подтверждение своих слов.
Мы с Лией переглянулись. Бенни все так же отводил взгляд, но мы с ним бок о бок работали целых восемь лет, и мне не
