не покупают себе специальной одежды для прогулок, они и так знают, как справиться со стихией. Они одеваются так, как если бы они собрались на зимнюю рыбалку, у лунки посидеть. Эти самые стойкие, могут гулять часами.
Самая важная часть экипировки человека с коляской – это обувь. Никакая шуба и никакие штаны для сноуборда тебя не спасут, если замерзнут ноги. И вот тут рулит импортозамещение. Каких только валенок теперь не делают наши отечественные производители: с вышивкой, с мехом, с галошами, на подошве и всех цветов радуги!
Заканчивая лирическое отступление о жизни людей с детскими колясками, нельзя не сказать об особом этикете этих товарищей. Они необычайно вежливы и предупредительны между собой. Человек с коляской никогда не толкнет собрата, не нахамит другому человеку с коляской. Человек с коляской всегда уважает чужое личное пространство, всегда держит дистанцию. Он всегда уступает дорогу. А если вдруг из его коляски раздался вопль, он отбежит подальше, чтобы не потревожить твою коляску.
Возвращаюсь к первому дню внучки на белом свете.
Когда я родила свою дочь, мне ее показали на одну минуту и тут же унесли. Видела я как в тумане, успела только понять, что это девочка. Принесли на следующий день покормить и опять унесли. Она мне улыбнулась, но доктор тут же меня осекла: «Они еще не умеют улыбаться в таком возрасте, это послеродовая гримаса». Так что у меня не было шансов разглядеть в дочке то, что мне повезло увидеть во внучкиных глазах.
Внучке было ещё только пару часов от роду, а у меня уже была её фотография. Во взгляде новорожденной было столько мудрости, что я, никогда особенно не верившая в перерождение душ, невольно задумалась о том, кто из нас старше. В этом взгляде было общее понимание мира, а теперь крохе предстояла его детализация.
Девочка взрослеет день ото дня, того её всеохватывающего взгляда как на первой фотографии больше не наблюдается, появился другой взгляд, очень выразительный. Как только попадаешь в поле зрения Натальи, она впивается в тебя взглядом: «Ты кто?». Словно компьютер, к которому подключаешь новый девайс.
Был момент, я проболела две недели. Иду в гости к внучке спустя это время. «Воздух синь, как узелок с бельем у выписавшегося из больницы».
«Она наверное меня забыла, – думаю я, – придется заново знакомиться». Прихожу, склоняюсь над её кроваткой и опять ловлю на себе этот пронзительный сканирующий взгляд «Ты кто?».
Слава всем небесным покровителям новорождённых, аутентификация прошла успешно, но во взгляде внучки всё же прочлось:
«Какого черта, бабуля, тебя так долго не было, где ты шлялась?».
Напросилась ещё одна инструкция для начинающих бабушек. (Но она уже «уровень «Бог»).
Не беспокойся. Никогда не беспокойся за чадо по большому счёту.
У маленького ещё человека жизненной силы не меньше чем у тебя. Все что с ним должно произойти, то и произойдёт. А все эти бабушкины беспокойства – всё это суета и потакание собственной распущенности, в них нет никакого практического смысла. Если беспокойство и может принести какую-то пользу на бытовом уровне – то это сделают родители.
Хочу рассказать о нашем первом с внучкой общении не просто в режиме телепатии. Случилось это, когда ей стукнуло полгода. Похоже, могло произойти и раньше, просто ей не удавалось до меня достучаться.
Дело в том, что до этого дня во время прогулок с внучкой я слушала музыку в наушниках. Музыка не мешала мне слышать её мурлыканье, я ей улыбалась, мурлыкала в ответ и ждала пока она заснёт.
В тот день я забыла дома наушники.
Выходим мы из подъезда, проходим мимо машины, которая заводится. Наталья начинает вибрировать губами, издавая что-то похожее на «брр-рррум». И я вдруг понимаю, что она передразнивает звук автомобильного двигателя.
Я впервые поставила себя на её место. Лежишь ты в коляске, видишь только небо, деревья и бабушку перед собой. А весь остальной мир – это звуки.
Я говорю: «Наталья, это машина».
Она посмотрела на меня с интересом.
Едем дальше. Над нами пролетает ворона и громко каркает. Наталья говорит: «Гыыы» и переводит взгляд на меня.
Я: «Это ворона».
Идем дальше, подходим к переходу через улицу. Наталья произносит со значением и с уважением: «ОООО».
«Да, – говорю, – много машин».
Позже я заметила, что Наталья всегда затихает на этом переходе, слушает шум улицы.
С того дня я стала надевать наушники, только когда внучка уже крепко засыпает, да и то не всегда.
Ну и под финал первой главы выдержки из моих разговоров с Натальей. Это уже скорее беллетристика, чем реальные разговоры. Вдохновлены они моментами, когда внучке просто нравится слушать звук моего голоса. (А мне в это время надо же о чем-то говорить).
– Чего ты орёшь? Привыкла кушать в это время? А ты переверни мир. Вот мы с дедушкой, когда на час раньше встаём – мир переворачивается. Это уже не просто утро, а утро из параллельного мира. И мы в этом мире немного другие. И дела какие-то другие подворачиваются. И эмоции у нас другие.
– Слушай, Наталья. Жила-была девушка в деревне. Однажды к ней в деревню заехал принц. Она в принца влюбилась, а он не ответил ей взаимностью. Потом девушка подросла, уехала в город и стала королевой. Принц увидел её и полюбил. А девушке хоть бы хны. Вот ты, Наталья, подрастёшь и дедушка почитает тебе вслух «Евгения Онегина».
– Ты, Наташка, будешь теперь расти и расти. Выращивают тебя твои родители. Мы с тобой видимся только время от времени. Кем я могу быть для тебя? Я могу быть феей. Хорошее дело для бабушки. Вот ты подрастёшь и пойдешь в детский сад. Однажды прибежишь ко мне и скажешь: «Бабуль, я влюбилась!». Ну что мы тогда сделаем? Наверное купим красивое платье с оборочками и бантиками. А потом ты еще подрастёшь и пойдешь в школу. И однажды прибежишь ко мне и скажешь: «Бабуль, я влюбилась!». И что мы сделаем? Наверное купим тебе туфли на каблуках. А потом ты еще вырастешь, забежишь ко мне и скажешь: «Бабуль, я замуж собралась!». А я скажу: «Показывай, посмотрим, что за принц».
– Интересно, Натус, кем ты станешь, когда вырастешь? Вот одна из твоих прабабушек, та, что живёт в соседней стране, считает, что ты будешь певицей. Если учесть, что эта прабабушка тебя во сне увидела еще до того, как на УЗИ стало видно, что ты – девочка, то ей можно верить. У
