На миг в голове мальчика мелькнуло страшное предположение, не является ли его спаситель членом одной из разбойничьих шаек, орудующих в этом лесу, но он не мог представить себе, чтобы разбойник спас от клыков вепря такое ничтожное существо, как он, да еще повел бы его ночевать в свое жилище.
Вспомнив, что незнакомец пригласил его на ночлег от имени своего хозяина, Паг смекнул, что перед ним скорее всего франклин, живущий на земле своего господина и подчиняющийся ему, но в то же время сохраняющий личную свободу. Этот меткий стрелок никак не мог оказаться крепостным вилланом, ведь носить при себе такое дорогое и опасное оружие, как большой лук, могли только свободнорожденные. Но куда же в таком случае они идут?
Паг наморщил лоб, но не смог, сколько ни старался, припомнить хоть одно крупное землевладение поблизости от этих мест. Во всем происходящем таилась какая-то загадка, но мальчик был слишком изнурен, чтобы пытаться разгадать ее.
После бесконечно долгого пути незнакомец свернул в чащу, казавшуюся непроходимой, и однако Паг, немного отставший от него, чувствовал под ногами хорошо утоптанную землю, которую не покрывали ни трава, ни опавшие листья. Выходит, они шли по какой-то тайной тропинке, столь надежно скрытой от человеческих глаз, что отыскать ее в этой глуши было бы невозможно не только в вечернем мраке, но и среди бела дня. Вскоре тропинка вывела их к небольшой поляне, посреди которой стоял маленький домик, сложенный из тесаных камней. Его единственное окошко приветливо светилось навстречу путникам, а над трубой вился легкий дымок.
Стоило им выйти на поляну, как буря стихла словно по волшебству.
Кивнув в сторону входной двери, франклин проговорил:
- Заходи, паренек. А я должен заняться вепрем.
Паг кивнул и, толкнув деревянную дверь, несмело вошел в домик.
- Скорее захлопни дверь, мальчик! А не то я схвачу простуду, которая сведет меня в могилу!
Паг повиновался с такой поспешностью, что дверь хлопнула гораздо сильнее, чем он рассчитывал. Вздрогнув от резкого звука, он повернулся и принялся разглядывать комнату, единственную в маленьком домике. В одной из стен был устроен просторный очаг, где весело и дружно горели толстые поленья.
Близ очага стоял массивный стол, за которым восседал высокий и тучный старец, облаченный в желтые одежды. Густые, волнистые седые волосы покрывали почти все его лицо, на котором выделялись ярко-голубые глаза, сверкавшие и, казалось, загадочно искрившиеся в отблесках пламени. Откуда-то из середины бороды старца торчала длинная трубка, то и дело исторгавшая из себя огромные клубы светло-серого дыма.
Паг мгновенно узнал старика.
- Мастер Кулган, - начал он, ибо хозяином домика оказался не кто иной, как придворный чародей и советник герцога, хорошо известный всем обитателям замка.
Кулган перевел взгляд на Пага ч проговорил глубоким и низким голосом, в котором звучали властные нотки:
- Так ты, выходит, знаешь, кто я такой?
- Да, сэр. Я не раз видел вас в замке.
- Как твое имя, мальчик из замка?
- Паг, мастер Кулган.
- Теперь и я вспомнил тебя. - Чародей сделал неопределенный жест рукой. - Но не называй меня мастером, Паг, хотя, возможно, я и заслужил это звание кое-какими успехами в моем ремесле. - В его синих глазах блеснул насмешливый огонек. - Иди-ка к очагу и повесь свою одежду просушиться. Там на крюке висит одеяло. Ты можешь пока завернуться в него. А потом присядь вот сюда. - И он указал на скамью напротив своей.
Паг сделал все как ему велели, при этом не сводя пристального, настороженного взгляда с лица чародея. Хотя тот и был придворным самого герцога, но род его занятий не мог не возбуждать суеверной неприязни к нему в сердцах большинства жителей города. В прежние времена они наверняка забросали бы его камнями или в лучшем случае изгнали за пределы Крайди.
Нынче же защитой ему служило имя герцога, но даже оно не могло победить глубоко укоренившихся страхов и суеверий горожан.
Развесив свою одежду у очага, Паг сел на скамью. Лишь теперь он заметил пару ярко-красных глаз, следивших за ним из дальнего угла комнаты. Вот над столом чародея показалась узкая голова на длинной чешуйчатой шее.
Увидев замешательство мальчика, Кулган рассмеялся:
- Не бойся, Паг! Фантус не сделает тебе ничего дурного! - Протянув руку, он легонько почесал выпуклые надбровные дуги необыкновенного создания, которое тотчас же уселось возле него на скамью, смежило веки и издало довольное ворчание, слегка напоминавшее мурлыканье сытого кота.
Паг захлопнул открывшийся от удивления рот и, набравшись смелости, негромко спросил:
- Неужто это и в самом деле дракон, сэр?
Кулган добродушно усмехнулся:
- Похоже, он считает себя таковым, мой мальчик. В действительности же Фантус - это всего лишь карликовый огнедышащий дракончик. Он сродни настоящим драконам и доводится им, если не ошибаюсь, кузеном. - Зверь приоткрыл один глаз и с упреком воззрился на хозяина. - Но он ничуть не менее отважен, чем самые крупные из его сородичей, - поспешил добавить чародей. Глаз дракончика закрылся. - Он очень умен, чувствителен и самолюбив, поэтому его легко обидеть.
Паг кивнул.
- А он и вправду может выдыхать огонь? - Он разглядывал Фантуса с опаской и восхищением. Для тринадцатилетнего мальчишки встреча даже с дальним родственником настоящего дракона была целым событием.
- Да, когда Фантус в настроении, он может плеваться и отрыгивать огнем и дымом, но подобное случается редко. Думаю, причиной тому обильная пища, которую он получает в моем доме.
Ему уже много лет не приходилось охотиться ради пропитания, вот он и утратил многие из драконьих повадок. Боюсь, я чудовищно избаловал его!
Губы Пага тронула легкая улыбка. Кулган, с такой любовью говоривший о своем питомце, уже не казался мальчику таинственным и загадочным колдуном, каким он привык считать его. Сейчас он скорее походил на доброго старца, рассказывающего о шалостях любимого внука. Паг принялся с интересом разглядывать Фантуса, невольно залюбовавшись игрой света на его блестящей изумрудно-зеленой чешуе. Дракончик был размером с небольшого пса. Его длинную изогнутую шею увенчивала узкая, как у ящерицы или аллигатора, голова. Он продолжал мурлыкать и жмуриться, сложив крылья за спиной и сжимая и разжимая лапы с острыми когтями, которые слегка царапали поверхность скамьи. Кулган задумчиво почесывал его широкие надбровные дуги, и Фантус размахивал в такт его движениям длинным хвостом, почти касавшимся пола.
Дверь распахнулась, и широкоплечий лучник внес в комнату освежеванную и разделанную тушу вепря. Он молча поместил жаркое в очаг, и Фантус, широко раскрыв красно-оранжевые глаза и облизнувшись раздвоенным языком, спрыгнул со скамьи, важно прошествовал к очагу и свернулся калачиком на меховом коврике.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
