с каждым днем. Но, наверное, это невозможно. Невозможно для меня. Я убеждалась в этом каждый раз, когда после красочного полёта падала на землю, больно ушибившись. Я вставала, стирала чувства, зализывала раны и шла дальше. С каждым разом это была уже другая девушка: более холодная и расчётливая, вся нежность и наивность улетучивалась.
Когда я решила остановиться на Денисе, то знала уже наперёд чем закончатся наши отношения, но дала ему шанс. Даже если и на короткий период, но сделала его счастливым: я позволила себя любить. При виде меня его добрые глаза загорались зелёным огнём, и я знала, что он счастлив. Что я к нему чувствовала? Мои чувства были далеки от любви, и я знала точно, что никогда не смогу его полюбить. С ним было хорошо и спокойно. Я знала, что он есть и никуда не денется. Знала, что простит меня, чтобы я не сделала. Знала, знала всё наперед, я могла спокойно управлять его судьбой, между нами не было той искры и перца, который не даёт спать по ночам.
Я часто видела Славу, когда была с Денисом — он был одним из его друзей: высокий, черноволосый, невозмутимый парень. Он редко кому дарил улыбку, от чего казался всегда серьёзным. Когда наши отношения с Денисом зашли в тупик, я не хотела над ними работать и что-то менять, мне это не нужно было. Я поплыла по течению, давая Денису время самому всё понять, но он упорно не хотел замечать очевидных вещей. Я смотрела на него и в который раз убеждалась, что любовь бывает настолько слепой и глупой. Я не хотела или не могла уйти от него сразу, может, потому что желала остаться в его памяти светлым воспоминанием, но стала оглядываться по сторонам и увидела Его. Я посмотрела на Вячеслава другими глазами: глазами женщины-охотницы, глазами, которые ищут…
Глава 2
Помню, как в один из летних дней я в первый раз оказала ему знаки внимания — сделала какой-то незначительный комплимент. Но незначительным он показался лишь для людей, но никак не для Славы… От неожиданности он смущенно улыбнулся, ведь я раньше не говорила ничего подобного. Да вообще с ним не разговаривала можно сказать. Мы всегда здоровались, но никогда не общались. Он не проявлял инициативу, а я боялась, что если узнаю его лучше, то влюблюсь или наоборот, разочаруюсь. Потому что жить с выдуманной фантазией в голове было проще: я придумала себе его образ и мне он нравился, но что будет потом, если узнаю Славу лучше? Образ может рассыпаться на мелкие кусочки, или наоборот, расцвести во всей красе. И то, и другое меня пугало.
Я влюбилась в этот придуманный облик неожиданно для самой себя. Видимо, потому что хотела чего-то нового, моя душа жаждала чувств и эмоций. Что ж, кто ищет, тот находит и не нужно идти далеко, достаточно оглянуться по сторонам. Теперь я жила с тайной. Я встречалась с Денисом лишь для того, чтобы увидеть Его. Уговаривала Дениса видеться чаще с друзьями, придумывала поводы, потому что среди них обязательно будет Он.
На Дениса мне было уже всё равно, наши отношения доживали последние дни. Если раньше я хоть как-то тянула их, то теперь желала окончательно освободиться. Он был слишком приторным. Его было много, и я начинала задыхаться. Я была с ним и с каждой минутой понимала, что он мне не нужен. Что всё, больше ничего нет и не будет. Я притворялась. Улыбалась ему в ответ, слушала, но думала о своем. Да, я обманывала его, использовала, поступала нечестно, но не могла иначе… Моё сердце не могло. Мне необходимо было видеть Славу, разговаривать с ним, слышать его низкий негромкий голос, заглядывать в такие прекрасные, но непроницаемые агатовые глаза и могла я всё это сделать лишь через Дениса. Если оборву концы с ним, то и Славу не увижу. Я боялась мысли, что никогда больше его не увижу, так и не узнав хорошо, поэтому держала Дениса на коротком поводке.
Говорят, не испытывай судьбу, но, я всегда любила её испытывать на прочность или порочность. Мне было интересно, какие ещё подарки она мне готовит, я не боялась обжечься и потерять то, что имею. Может, потому что мне нечего было терять, и я до конца не понимала, какие могут быть последствия моей несерьёзной игры…
— Хочешь провести выходные в загородном доме? — невзначай предлагает Денис, надевая поводок на Цезаря. Тот радуется, резво махает хвостиком, и мы выходим.
— Что собираемся отмечать и кто там будет? — на самом деле всё это было не важно, мне интересен всего лишь один человек.
— Нам повод не нужен. Будем отдыхать, жарить мясо, танцевать. Будут все из нашей компании.
— Прямо все? — небрежно спрашиваю я, не поворачиваясь в его сторону и стараясь не встречаться взглядами.
— Все. Или тебя интересует кто-то конкретно? — Денис поднимает на меня голову и его взгляд темнеет.
На мгновение мне кажется, что он знает о моих скрытых чувствах к Славе. Но затем он смеется, и я понимаю, что нет, не знает. С облегчением выдыхаю. Мне же всё равно на него, тогда почему я так напряглась? Иногда я сама себя не понимаю. Денис продолжает шутить и, похоже, что даже если всё будет проходить перед его носом, он не заметит. Или не захочет замечать.
— Нет, — ухмыляюсь я его несмешным шуткам, — просто пыталась прикинуть сколько будет пар, а сколько одиноких. Если вы захотите играть в «бутылочку», будет очень весело. — Денис закатывает глаза и подтягивает Цезаря к себе поближе.
— Мне не нравится эта игра. Она глупая.
— А, по-моему, очень даже весёлая и разряжает обстановку. Мне кажется, ты просто ревнуешь, — он не отвечает, но я знаю, что это так.
— Рита, ты останешься сегодня у меня? — мы доходим до его дома и Денис смотрит на меня тем самым взглядом, каким смотрел в первый день нашего знакомства: полным обожания и надежды.
— В следующий раз, — качаю головой, потому что сегодня я не в духе. Этим вечером мне хочется в гордом одиночестве одеть любимую пижаму и смотреть фильм. Желательно драму.
— В следующий раз мы поедем загород, забыла?
— Вот и отлично. Значит там и переночуем, — подмигиваю я.
— Да, — Денис ласково обнимает меня за плечи, — я выберу нам самую красивую комнату.
Утвердительно киваю, хоть в душе и понимаю, что его планам не суждено будет сбыться.
Следующим утром на рабочем месте
