что вспоминаю, чем это может закончиться.
От судьбы не уйдёшь. Иногда мне кажется, что я устала бороться. Этот период слишком затянулся. Прошло каких-то пару месяцев, но я была сама не своя: исхудавшая, опустошённая, усталая и вечно грустная. Я не могу больше так жить. Не могу и не хочу. Уверена, Юнадий сдержит своё слово, и мы действительно поженимся через пару дней, ведь у него всё везде схвачено. А потом мы уедем, и я никогда больше не увижу Славу и не буду жить ту жизнь, что жила ДО появления Юнадия.
Внутренний диалог не даёт мне покоя. Он говорит и говорит, переходя на крик. Он осуждает меня и мои поступки, мою доверчивость, но я не хочу его слушать. Хочу, чтобы он замолчал и оставил меня в покое. Я прислушиваюсь к себе, но в ответ лишь тишина. Возможно, это защитная реакция организма, потому что мне сейчас очень плохо и тоскливо. Я тоскую по Славе и от той мысли, что у нас ничего не получилось. Автомобиль несёт меня в неизвестном направлении, и я знаю, что там меня ждёт конец. Конец всему: моим мечтам и надеждам, а значит конец мне.
Уже скучаю по Славе, этим вечером он был таким родным, когда его объятия трепетно меня обнимали, а страстные губы обжигали кожу поцелуями. Я таяла в его руках и стекала к ногам. И сейчас я чувствую дыру в душе. Да, да, именно так. Словно в меня выстрели и теперь так сквозит пустотой. Хочется плакать от того, что происходит. Хочу раскричаться, наброситься на Юнадия кулаками и высказать всё, что накопилось. Но где все эти слова? Они застревают где-то глубоко внутри. Мне трудно, и я молчу.
Дни, когда я жила мыслями о Славе, словно разделились на До и После. Было ужасно ждать и сдерживать свои чувства и эмоции, которые били через край. Это было ДО. Время тянулось медленно как жвачка, дни проходили серые как в тумане. Я чувствовала себя подстреленной птицей, где я билась в надежде найти выход, но его всё не было. Заставляла себя не думать о нём, отвлекалась, молчала и терпела. Это тяжело, но не невозможно. «Нет ничего невозможного» — говорил ты мне, взяв мою маленькую ладонь в свои крепкие сильные руки. Ты улыбался, в последний период так часто, твоя улыбка была сладкой, зазывающей и многообещающей.
А после я встретила Юнадия. Оказалось, что под маской беззаботности скрывался совершенно другой человек: жестокий и холодный, способный с лёгкостью ранить и не сожалеть ни о чём. Отключить чувства, разум и эмоции. Хладнокровный и беспощадный.
Юнадий оказался обманчивым образом, на который я клюнула, будучи в смятённом положении, который лопнул в одночасье, когда он предстал передо мной настоящим. Его взгляд больше не будоражил сознание, а наоборот обжигал своей жестокостью и яростью, и я не понимала, как раньше не могла в нём этого разглядеть. Улыбка, которая когда-то казалась мне зазывающей, больше не интриговала чувства, а напоминала злой оскал. Его волосы хаотично спадали на лоб и были жёсткими, сухими и растрёпанными. Это был совсем другой человек и это есть настоящий Юнадий, а не тот, которого я повстречала в клубе.
Короткая вибрация телефона привела ясность уму. Моё сердце глухо стучало в ушах и пульсировало на кончиках пальцев, когда я вновь взяла телефон и в этот раз с лёгкостью его разблокировала. Душа трепетала, но разум оставался ясным. Утром ничего не поменяется, утром будет всё, как всегда. Нет, чудес не бывает, мы никогда больше не сможем быть вместе, никогда. Безысходность этого слова убивала. Так что бесполезно ждать каких-либо изменений, что Юнадий передумает, отпустит меня и я наконец-то обрету своё счастье с другим. Я открываю пришедшее сообщение от Славы.
«Рита, ты где? Я буду ждать тебя у фонтана в шесть утра, у набережной. Я видел, что ты уехала».
«Слава, мне жаль, что всё так получилось. Если я не приеду к назначенному времени, значит, меня больше нет…»
Сообщение отправлено.
Вячеслав.
По щеками хлестал ветер, река выплёскивалась через берега яростно и беспощадно. Её синева пугала, но в то же время зазывала. Пробивался рассвет. Я сел на холодный кафель фонтана, который всё ещё спал беспробудным сном, осунувшись и замёрзнув на ветру. Время давно перевалило за шесть. Я не знаю сколько просидел так, но уже выглянуло робкое солнце, и первые пешеходы начали проходить мимо меня. Пару раз ко мне подходили случайные прохожие, спросив всё ли нормально. Видимо, я выглядел ужасно и изнурённо, но я лишь молча мотал головой. Нормально больше не будет. Никогда. Потому что она не придёт. Я ненавижу себя за свои поступки и виню за то, что не смог уберечь Риту. Мою Риту, которой больше нет.
The end 2022.
