закончился, а не завис на середине. Но обход с осмотром оборудования позже, сначала надо сделать всё что можно удалённо. Да, в дополнение к прочим недостаткам я ещё и ленивый. Теперь Двадцать первая. Кстати, где этот интик с моим кофе?
Интик приволокся, когда ежедневная маета с перезагрузками подходит к концу. Двадцать первая капризная, то и дело теряет сеть, поэтому, хотя глючок у неё ерундовый, но перезапустить каждый раз проблема. Интерфейс то не прогружается, то прогружается частично, то грузится весь, но кнопки неактивны. Приходится долбить через командную строку в режиме терминала, но даже там надо три-четыре раза набирать, потому что коннект отваливается, и всё заново. Давно уже собираюсь ей сетевой модуль перепрошить на другой канал, но всё никак руки не доходят. Вечно находятся дела посрочнее. Ладно, может, в следующий раз. Перезапустилась же? Дальше с ней проблем быть не должно, клиент-серверный канал рабочий, только телеметрия говнит. Да, это строго запрещено, бла-бла-бла, но разве кому-то не плевать? Мне так да. Лог наружу не пишется, а что не пишется, того и не существует.
— Не понял, где мой кофе?
— Боз Гарт…
— Да, это я. Работаю, как видишь. Без кофе. Где он?
— Боз Гарт, — вздыхает интик, — у меня отняли карту… Встретили у автомата, побили…
Я внимательно посмотрел на парня и скептически уточнил:
— Не вижу следов активного сопротивления изъятию моего имущества.
— Ну… почти побили. Но карту отняли! Это были…
— Я знаю, кто это был. Откуда ты высрался на мою голову такой убогий? Нет, не отвечай, это был риторический вопрос. Пошли.
— Куда, боз?
— Куда скажу. Теперь ты мне ещё и денег торчишь, понимаешь? Лично мне и лично ты.
— Да, боз, — загрустил интик. — Понимаю…
* * *
У автомата их нет, но это не проблема, по любому где-то рядом шакалят. Я купил себе, наконец, кофе и сэндвич и сел неподалёку на лавочку.
Интик, нервно оглядываясь, осторожно присел на краешек рядом, готовый в любой момент вскочить и удрать. Раннее утро, но ещё темно, мелкий дождик. Уборщики таскаются взад-вперёд по тротуарам, кафе и бары закрыты. Рендовый грузчик-киб с плечами шире, чем жопа у Груши, таскает ящики в подсобку небольшого ресторанчика, загружая запас на вечер. Сейчас Средка не впечатляет, то ли дело в ночи… Но зато безлюдно и тихо. Из десяти заведений открыты одно-два, и наше среди них. Мы закрываемся позже других, и это тоже часть бизнес-схемы Киралика — в это время конкурентов почти нет. Клиентов, правда, тоже немного, но есть те, кто приходит специально на утреннюю скидку. Нищеброды, которым не по карману ночная цена. При дешёвом ренде за бракованное оборудование босс может себе позволить делать ставку на них. Тем более, что шлоки не капризны, третий сорт сойдёт. Они уже промотали рендные выплаты в заведениях получше, теперь сливают остатки у нас, понимая, что новый ренд подпирает. Торопятся получить от жизни всё, прежде чем её придётся снова продать.
О, вот и те, кого я искал. Так и знал, что появятся.
— Эй, шпана, сюда бегом! — сказал я громко. — Кому сказано? Я вас вижу.
Идут. Неохотно, переглядываясь, но идут. Увидели интика рядом, поняли, что косякнули. Пятеро. Три пацана, две девчонки, всем по пятнадцать-шестнадцать. Ребятки из низовой крайм-корпы, вылезают на Средку пощипать мелочь, потырить что плохо лежит, просто развлечься. Соцаванс даёт им бесплатную еду и одежду, но что-то сверх того приходится краймить. Для ренда они не доросли, а нет ренда — нет токов.
— Дрась, боз Гарт, — сказал их прем.
— И тебе не хворать, Хлось. Предъява к вам, краймовые, надо бы ответить.
Хлось постарше остальных, почти семнадцать, скоро в ренд. Парнишка не самый сильный, двое при нём и крупнее, и шире в плечах, но зато сообразительный. Уйдёт в кибы — и сольётся корпа, остальные не тянут. Девчонки так и косят в стороны, готовы сваливать, но прем понимает, что лучше со мной договориться, чем хлебное место терять.
— Это ж интик, боз Гарт! Интик с токами! Ну как такого не краймануть?
— Интики — позорное говнючьё! — презрительно оглашает лозунг низов одна из девчонок.
Моего интика аж перекашивает — девица симпатичная, с отменной фигуркой, в узком топе и экстремально коротких шортиках, от такой огрести обидно. Впрочем, интикам не привыкать, на низах не любят умников. Нигде не любят.
Начальное, оно же среднее, оно же (если ты с низов) и последнее, образование бесплатно и доступно всем. Иди в школу, учись, никто не запрещает. Но ходит один из ста, наверное. Учиться скучно. Учиться тяжело. Учиться, если честно, незачем. После школы устроиться куда-то мимо ренда почти нереально, а учиться дальше уже платно. Кредит будешь выплачивать до конца дней своих, работы всё равно почти нет, так и сдохнешь нищим шлоком. Почти все интики, не найдя себе места, в конце концов рендятся, и смысл? Что ты учился, что нет — на ренд это никак не влияет. Только везение и природные данные. Поэтому интики, то есть те, кто выбрал учёбу, среди низовых считаются за фуфло. За придурков, которые вместо того, чтобы оттягиваться или краймить, впустую сушат мозг, считая себя умнее остальных. Прав Хлось, такого при случае не краймануть — себя не уважать. Но есть нюанс.
— Это мой интик, — сказал я. — И мои токи.
— Эй, боз Гарт, — запротестовал он, — мы его в первый раз видели!
— А вы спросили, под кем он ходит, краймовые?
— Ну… — отвёл глаза парень.
— Если не спросили, — жёстко продолжаю я, — ваш косяк. Это Средка, тут есть понятия. Если спросили, и он ответил — это тем более ваш косяк, потому что выходит, что вы не интика крайманули, а меня. Итак, он ответил?
— Ну… — совсем поскучнел Хлось.
