– Советник Викириа, вам первое предупреждение за нанесение личных оскорблений советнику Тукангу Джуалану! – рявкнул он. – Давайте не будем отвлекаться по таким незначительным поводам, как жалобы на какого-то хомо, только прибывшего на Сидус! Между нами: да, все мы испытываем неприязнь к расе хомо, у них тяга к нарушению правил. Очевидно, некий эволюционный дефект. Но я повторяю: раса признана Разумом и является частью Коалиции Сидуса. Смиритесь.
Туканг Джуалан подумал, что стал участником небольшой постановки. Изображая гнев, он всего лишь следовал той линии поведения, которую в этой ситуации признал наиболее соответствующей своим целям. Высшие расы, к коим он помимо рапторианцев относил огья и вольтронов, на то и высшие, что легко контролируют свои эмоции.
– С этими хомо точно что-то не так, – подал голос кур’лык Анак Чекби, который сегодня вел себя менее активно, чем всегда. – Вы знаете, что я, как торговец с самым высоким рейтингом на Сидусе, лично подбираю редчайшие артефакты для моей лавки. Естественно, что в поисках таковых я периодически навещаю своих поставщиков в колониях и родных мирах почти каждой расы Сидуса. Заметьте, я сказал «почти». Даже Рой каккерлаков всегда находит, что предложить мне в обмен на новейшие модификации и редкие ресурсы. Но мир хомо? По какому праву они закрыли Солнечную систему от нас? Да и как, скорлупу вашу вдребезги, им это удалось?
Слова кур’лыка напомнили всем членам совета еще об одной мистической загадке, связанной с хомо. С недавнего времени их родная Солнечная система закрылась для гиперпрыжков извне для всех разумных, кроме самих людей. То есть не сама система закрылась, а словно что-то невообразимо могущественное запретило любые гиперпрыжки в мир хомо.
Если на борту был хоть один разумный нечеловек, гипердвигатели отказывали, а их процессоры тратили вычислительные ресурсы впустую. Но стоило нечеловеку покинуть борт, как все сразу налаживалось.
Удивительно, но сами хомо понятия не имели, почему так происходит. Разум Сидуса ответов на этот вопрос не имел, а высокопоставленные хомо, сознание которых сканировалось (не очень легально, разумеется, и скрытно), в лучшем случае предполагали, что запрет на появление инопланетян в Солнечной системе связан с секретными действиями правительства Земли.
– Как удалось провернуть подобное, непонятно, – ответил кур’лыку Туканг Джуалан. – Но очевидно, что это произошло недавно. Мало кто знает, но цивилизацию хомо во время войны Первого контакта открыл рапторианец Сатонг Накам. Он был великий буфо, мыслитель и прорицатель, а стал беженцем, как и мы все. После открытия Сидуса буфо Сатонг Накам оборудовал свой шаттл гипердвигателем и прыгнул наудачу – и оказался в системе хомо. Хвала его находчивости, универсальному переводчику и моду метаболизма – проникнув в планетарную информационную сеть, Сатонг Накам «изобрел» децентрализованную финансовую систему, чтобы, используя слабосильные вычислительные мощности хомо, вернуться на Сидус.
– Слышал, хомо по сей день используют ее, – прокомментировал кур’лык Анак Чекби. – Наравне с монетами Сидуса.
– Так и есть, – выпустив зеленоватый пар, согласился Туканг Джуалан. – А что касается хомо, вероятно, их истинные возможности нам только предстоит узнать. Да, они сейчас самые отстающие из всех рас Сидуса. Сами посудите: не считая родной Земли, у них пара недоразвитых колоний под примитивными куполами и несколько убогих станций в системе. Пара занятых ими планет в системах Крац и Спика не являются полноценными колониями хомо – на них выкуплены права, там начата добыча ресурсов, а совокупное население составляет менее тысячи особей. На том злополучном лайнере прилетело и то больше.
– Их технологии отстают от наших, – злорадно встрял огья Викириа. – Их плоть крайне уязвима. Даже диапазон комфортных для них температур ужасно узок.
– Да, да и да, – ответил Туканг Джуалан. – И все же только их родная система абсолютно защищена от всех внешних вторжений.
– Уверен, дело в какой-то аномалии, – возразил наоту Ги. – Нет технологий, которые сводили бы с ума гипердвигатель, потому что в расчетной массе присутствует нечеловеческая ДНК. Это вне любой логики! Разум уже работает над решением этой задачи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Рапторианец опустил взгляд, скрывая досаду. Для него любые случайности, загадки и совпадения сигнализировали: внимание, опасность! Для огья, вольтрона, да’ари и кур’лыка было унизительно думать, что хомо хоть в чем-то превосходят их народы. Нет, такого не может быть! Это какая-то аномалия! Да, конечно.
– Советники, думаю, мы уделили достаточно времени хомо, – объявил вольтрон Слахфиир. – Сегодня на повестке еще два вопроса, кои я предлагаю рассмотреть.
Первый вопрос касался подключения Ксенны к Вратам Сидуса. Колонии, развиваясь, могут подать в Совет заявку о подключении своего мира к гиперпространственным Вратам – это удешевляет логистику на два порядка.
Однако Ксенна была не колонией, а родным миром расы ксеннианок – разумных гуманоидов, по физиологии схожих с хомо. Планету постигла страшная участь, она столкнулась с астероидом. Выжили лишь те, кто на тот момент обитал на орбитальной станции или успел эвакуироваться с поверхности.
На соседней планете эти выжившие нашли Куб Предтеч, прошли все испытания и вступили в контакт с Верховным советом. Однако еще ни одна ксеннианка не достигла Сидуса, а потому раса официально не числилась в Кодексе.
Даже вопрос с гиперпространственными Вратами, которые подключат Ксенну к Сидусу, поднял кто-то из советников, а не ксеннианки. Причина очень проста: уникальные ценные ресурсы, появившиеся на планете после катаклизма. Постройка Врат окупилась бы довольно быстро, но Туканг Джуалан проголосовал против, как и еще два советника. Мир был опасен даже для ксеннианок из-за аномальных мутагенов, вызывающих необратимые, часто летальные изменения в организме любого живого существа. Не хватало еще занести их на Сидус!
Проголосовавшие за подключение Врат да’ари Ша’зер и огья Викириа остались в меньшинстве.
Как и на предыдущих заседаниях, последний вопрос снова был о космических пиратах. Планета Ингус в системе Тиру, которую почти все называли просто Базаром, стала прибежищем для всех тех, кого отверг Сидус. Конечно же, изгои – разумные самых разных рас – не питали теплых чувств к гражданам станции. Пираты совершали рейды на обитаемые миры, брали на абордаж и угоняли грузовые корабли, взимали «налог на спокойствие» с колоний, а если те отказывались платить, сжигали их дотла.
– Не в функциях совета бороться с пиратами и охранять колонизированные миры, – напомнил всем известный факт Туканг Джуалан. – Колонии и торговые корпорации должны сами учитывать эти риски и вкладываться в собственные защитные орбитальные станции или нанимать охранные корабли.
Да’ари Ша’зер, в своем мире сделавший карьеру космического адмирала, спал и видел подобный флот в собственном распоряжении, только на Сидусе. После очередных тревожных новостей с окраин он и поднял вопрос противодействия пиратам. Председатель совета предложил рассмотреть вопрос создания Объединенного флота Коалиции Сидуса, который бы финансировался не только советом, но и колониями, и предложение неожиданно было принято.
– Колонии и так платят пиратам «налог на спокойствие», – вынес вердикт вольтрон Слахфиир. – Пусть лучше платят Сидусу, а мы их защитим. Голосуем.
Каждый советник увидел в интерфейсе два варианта: за и против. Бережливый во всем Туканг Джуалан всегда был против любых действий, связанных с экспансией Сидуса. Пусть Верховный совет отвечает только за Сидус, а колонии сами разберутся. А то сегодня – свой флот, завтра – армия, а закончится все большой войной с колониями, которые захотят чуть больше независимости. Да, Верховный совет, по сути, контролировал все происходящее на Сидусе – во что вложить ресурсы и по какой цене их скупать, куда открыть гиперпространственные Врата, какими привилегиями наделить граждан, а какие, напротив, отнять, да много всего.
