– Тебя не ранили?
– Я бегал… Быстро…
– Где ты научился так бегать?
– Южная Ацера…
Оказывается, урод перешел границу в регионе Гая. Леса и болота Ацеры острием гигантского клина входят в скалистые равнины Камышового плато. Неожиданная информация изменила мысли биоэтика.
– Ты хорошо знаешь Юг?
– Только там, где болота…
– Ты встречал женщин?
– В Ацере нет женщин…
– Я говорю о похищенных.
– Нет… Я не знаю…
– Ладно.
Гай умело ввел флип в сумеречную нишу, от которой к террасам высокого каменного квартала вела металлическая лесенка, обвитая поблескивающей спиралью перил.
– Запомни. Это частный причал. Если ты сойдешь на набережную, тебя сразу схватят. Если ты поднимешься по лесенке, тебя тем более схватят. – Гай многозначительно позвенел цепью. – Голым здесь не ступишь и шагу. Да и одетый ты не скроешься, нос выдаст. Дождись меня. Позже я переправлю тебя в Нацбез. Ничего страшного, – успокоил он вздрогнувшего урода. – Тебя просто вышлют из Экополиса А перед этим покормят. Ты пробовал жареное зерно?
– Не знаю.
3
-О, Гай!
Мутти округлилась.
Цветистый халатик подчеркивал размытую талию, зеленые глаза смеялись.
Мутти чувствовала свое обаяние. «Мы учились у Мутти», – молодые художники гордились этим. Декоративная каллиграфия – не полеты в Космос, имя Мутти знали, а вот Гай ни разу не выходил на орбиту. Когда-то в паре с его сестрой Мутти лихо возмущала чопорную верхушку Экополиса, но теперь она – мать пятерых детей, уважаемая гражданка.
– Я столкнулся на лестнице с женщиной…
– О, Гай, это Елин. Вы понравитесь друг другу. Офицеры с разделительных линий пишут ей длинные письма. Она видела тебя на пресс-конференции. Она как ртуть. Она везде. Настоящая молекулярная машина!
Любовь Мутти к непонятным словам была общеизвестна, но Гай чувствовал, что Мутти действительно ему рада. Она горела, так ей хотелось поделиться какой-то важной новостью. На секунду он решил, что она каким-то образом добралась до результатов его тестирования, но тут же выбросил это из головы.
– Я видела списки, Гай!
– Списки?
Она счастливо кивнула.
Гинф шелестел в углу. На плоском подиуме тряс крупными кудрями пучеглазый Гаммельнский Дудочник. В «Торжестве», о котором он говорил, порок был изображен с таким реалистическим вкусом, что возникало сомнение в искренности писателя.
Мутти счастливо погладила Гая по рукаву:
– Я так хотела этого!
Гай все еще не понимал.
Он даже обвел взглядом комнату.
Стильная мебель (вкус Мутти формировала Южная школа), рассеивающие свет шторы (мечта молодых матерей), мощный гинф (новая модель голографических информаторов перехватывает даже нелепые передачи уродов), новомодная приставка для гинф-альманахов. Не обязательно выходить на тесные набережные, толкаться на переполненных площадях, дышать испарениями многих и многих человеческих тел – все можно прочувствовать, не выходя из комнаты.
– Ты знаешь, Гай, что если копить Заслуги, то долго не умрешь?
Он так не думал:
– Покажи список.
– Но я еще не сделала выбор.
Мутти покраснела. Осторожно и нежно провела рукой Гая по своему животу. Сквозь тонкую ткань чудесно ощущалась кожа. Весь вид Мутти подчеркивал: разве я случайно вхожу в список самых здоровых, самых красивых граждан Экополиса?
– Я получила Подарок!
Странно, он почувствовал разочарование.
Ну да, все верно. Мутти не могла знать о результатах его тестирования. Но, как все добропорядочные граждане, она внимательно следила за списками. Их ведь изучают и из чистого любопытства. Тебя нет в списках, но есть о чем поговорить. Все равно, целуя Мутти, Гай чувствовал разочарование. Наверное, я плохой друг. Он представить не мог, какая за Мутти может стоять Заслуга. Есен-Гу – замкнутая система. Это почти миллиард всегда на что-то претендующих красивых и здоровых граждан. Мутти носит шестого ребенка, но есть матери и более известные. Гай никогда не слыхал, чтобы шестая беременность расценивалась как Заслуга.
Мутти еще раз нежно провела его рукой по животу.
– Это Елин увидела мое имя! Она даже не сразу сказала, боялась меня напугать. Я ее люблю. Она уже три месяца слушает лекции в Ген-центре. Не каждый поймет. Мембраны, митохондрии, ядра. С ума сойти! Лизосомы, пластиды. – Непонятные слова Мутти выговаривала с наслаждением. – В прошлом месяце лекции начал посещать Отто Цаальхаген! Он сильно потучнел. Ему отказали в праве на ребенка. И поделом. Дельта-псих! У него все герои уроды. Он говорит, что в Экополисе хотят учредить представительство уродов. Один е го герой утопился в море, будто для этого обязательно надо Покидать Экополис. У нас столько колодцев и каналов, правда, Гай? А в другом романе у него живая собака.
Мутти передернуло от отвращения.
Но Гай знал: Мутти – это легкая болтовня. Мутти – это занятные слухи, непонятные термины. Это культ здоровья, тысячи полезных советов. Это салоны красоты и странные заведения, в которых собираются ее подружки. Клуб любителей гинф-альманахов? Это все тоже она.
И декоративная каллиграфия.
– У Гаммельнского Дудочника, Гай, фальшивая ген-карта!
Мутти сразу увлеклась, зеленые глаза восторженно распахнулись:
– Елин так утверждает. Я ей верю. Помнишь, Гайя изобрела бульон с протертыми овощами? Трансгенные продукты. Отто смеялся, что их даже крысы не жрут. А я до сих заказываю такой бульон. И к нему коричневый рис. – (Видимо, этого было достаточно, чтобы наслаждаться без перерыва). – А этот дельта-псих поссорился с Гайей. Отто никогда не любил Гайю! – Нежные капельки пота легкими жемчужинками выступили над левой бровью Мутти. – У Отто фальшивая ген-карта. Представляешь, он утверждал, что Носителей не существует, что они придуманы пропагандой. – Она ужаснулась. – В салоне «Завтра» он перед всеми нес эту чушь. Все знают, что Носители соберутся в Экополисе. Референдум состоится, когда все Носители прибудут в Экополис. Это совсем особенные люди, Гай. Они не знают, какая информация вложена в их подсознание, но в день Референдума они все по команде, по некоему ключевому слову как бы проснутся. – Зеленые глаза Мутти расширились, в них мерцали яркие искры. – А Отто урод. Он думает, что все это пропаганда. И утверждает, что близок конец света. Понимаешь? Уроды об этом говорят, и Цаальхаген это подхватывает.
– Забудь о Дудочнике.
– И правда. Ну его! Существует столько чудес! Вот одно, – она снова провела его рукой по теплому выпуклому животу. – Всего лишь несколько аминокислот. Елин мне растолковала. Эссенциальные жирные кислоты. То, что мы называем витаминами. Вода, кислород. – («В его молекулярной форме», – улыбнувшись помог Гай). – Нуда, в молекулярной. Усвояемые углеводы. Вот все. Из такого простого набора, Гай, я сама синтезирую настоящего здорового человека!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
