После формального провозглашения независимой Республики в августе 1948 года, Корея в течение некоторого времени продолжала использовать монеты, оставшиеся в наследство от колониального периода. Собственно корейские деньги были впервые введены в обращение во время Корейской войны, но свирепствовавшая в стране неистовая инфляция сделала их очень недолговечными. Поэтому сразу после войны, в 1953 году, была проведена новая денежная реформа. Название денежной единицы сменили на хвану (вместо воны) и отчеканили первые монеты достоинством в 10, 50 и 100 хван, с надписями на английском и корейском языке (корейскими буквами, а не китайскими иероглифами, которые использовались на более ранних монетах). Любопытно, кстати, что на монете достоинством 100 хван был изображен тогдашний президент (фактически — диктатор) Южной Кореи Ли Сын Ман. За всю историю Кореи это был единственный случай, когда изображение здравствующего руководителя попало на денежные знаки или монеты. В старой Корее королей, как вы помните, на монетах никогда не изображали.
Однако эти монеты просуществовали не очень-то долго. В 1962 году, вскоре после того, как Ли Сын Ман был свергнут народным восстанием, новое правительство провело денежную реформу, и установило ту систему, которая, в общем и целом, существует и в наши дни. Сейчас в Корее существуют монеты достоинством в 1, 5, 10, 50, 100 и 500 вон. Самые маленькие монеты в 1 и 5 вон сначала изготовляли из меди, а потом — из легкого алюминиевого сплава. На одновоновой монетке изображен символ Кореи — роза Шарона (один из видов дикой розы, в изобилии встречающийся в корейских горах). На 5-воновой монетке изображен знаменитый корабль-черепаха, первое в мире бронированный боевой корабль, который отличился в войне с японцами в конце XVI века. Однако из-за инфляции со временем обе эти монеты (и одновоновая, и пятивоновая) вышли из употребления, ведь по нынешнему курсу 1 вона — это примерно 1/10 американского цента. Тем не менее, эти монетки в минимальных количествах чеканят и сейчас, и некоторые банки по закону обязаны их иметь. Я сам этим иногда пользуюсь: прихожу в банк и прошу обменять мне 50 вон одновоновыми монетами. Девушки операторы, давясь от смеха, проводят эту операцию, а пока они отсчитывают мне все эти деньги, я объясняю им, в чем дело. Эти монетки — замечательные сувениры для России!
Сейчас реально в обращении находятся монеты в 10, 50, 100 и 500 вон, хотя, похоже, и 10-воновая монетка потихоньку выходит из употребления. Инфляция… 10-воновая монета — медная, остальные — из никелевого сплава. На 10-воновой монете изображено самое старое сохранившееся архитектурное сооружение Кореи — пагода храма Пульгукса (построена в седьмом веке). На 100-воновой монетке можно увидеть изображение знаменитого полководца Ли Сун Сина, а на 500-воновой красуется летящий в небе журавль.
Форма монеток не оставалась неизменной. В начале восьмидесятых их внешний вид слегка изменился, и, в частности, с них исчезли надписи на английском, что, наверное, правильно. Иностранец разберется и с помощью одних цифр, а писать название национального банка на иностранном языке несколько странно. Изменился и их дизайн в целом, но не очень значительно. Старые монетки с надписями на английском языке изредка попадаются и сейчас, ведь из обращения их формально не изымали.
Кстати сказать, только что исполнилась тысяча лет с момента первого выпуска корейских монет в 996–998 годах. Корейским монетам — тысяча лет.
1.3 КОРЕЙСКАЯ СЕМЬЯ И КОРЕЙСКАЯ ЭКОНОМИКА
Среди многих факторов, которые сделали возможным «корейское экономическое чудо», не следует забывать об одном — о корейской семье. Действительно, корейская семья сыграла огромную роль в превращении одной из самых отсталых стран нашей планеты в великую индустриальную державу. Когда экономисты и историки говорят о причинах экономического рывка, совершенного Кореей и ее соседями в последние два-три десятилетия, они предпочитают рассуждать о правильно выбранной стратегии, оценивать роль щедрых иностранных кредитов и влияние международного окружения. Конечно, они правы, но — только отчасти. Я уверен, что своими успехами Корея в большой степени обязана своим традициям, которые формировались здесь тысячелетиями. Среди этих традиций немалую роль играют и те, которые определяют корейский семейный уклад.
Надо сказать, что корейская семья во многом отличается как от западной, так и от российской. В Корее, как и в других государствах Дальнего Востока, традиционная патриархальная семья, исчезнувшая на Западе более столетия назад, благополучно сохранилась до наших дней. В брак люди вступают раз и навсегда. Развод редок, и чаще всего воспринимается как позор — достаточно сказать, что по количеству разводов Корея уступает США или бывшему СССР примерно в три раза. Дети живут со своими родителями по крайней мере до того, как сами женятся или выйдут замуж, причем кто-то из детей (обычно старший сын) остается с родителями и после того, как вступит в брак. Его задача — заботиться о родителях. Дети воспитываются в духе абсолютного повиновения родителям, отцовское или материнское слово остается для них законом на всю жизнь. На детей возлагается и обязанность содержать престарелых родителей.
Казалось бы, какое отношение имеют все эти обычаи к экономическому росту? Самое прямое. Начнем с того, что если сравнивать Корею с другими государствами примерно такого же экономического уровня, то здесь на государство ложится куда меньшее бремя разнообразных социальных выплат пенсий, стипендий, пособий. Иностранцам, приехавшим в Корею с Запада, бросается в глаза, насколько низок здесь уровень налогов. В странах Европы или Америки в последние десятилетия стало нормой, что в налоги у среднего гражданина уходит от 35 до 50 процентов зарплаты! Поскольку налоговая шкала сейчас везде прогрессивная, то более обеспеченным приходиться платить еще больше, и порою они вынуждены расставаться с 70–80 % всех своих доходов. Понятно, что при таких налогах зачастую нет смысла особо напрягаться сколько не работай, все отберет налоговое управление. Куда же уходят эти огромные налоги? Не на армию, как часто думают в России, и не на государственный аппарат. Давно уже прошли те времена, когда вооруженные силы или полиция были главными потребителями государственных денег на развитом Западе. В наши дни основная часть отобранных в виде налогов средств идет на социальную сферу, и, в первую очередь, на всяческие пособия. Поскольку в странах Запада много разводов и, как результат, одиноких женщин с детьми им приходиться платить немалые суммы в качестве пособий. Поскольку на Западе принято, что дети не только не живут с родителями, но и не оказывают им никакой помощи — правительствам приходиться выделять немало средств на выплату пенсий или содержание домов престарелых (а в той же Америке старость в доме престарелых — давно уже не просто частая, но обычная ситуация!). Поскольку на Западе дети обычно уходят их дома в 18–19 лет и более не могут рассчитывать на поддержку со стороны родителей, государству приходиться выдумывать всякие финансовые схемы, чтобы дать им возможность получить образование.
