– Боже мой, это ещё кто? Откуда она здесь взялась?
– Бедное дитя, что с ней произошло?
Голоса раздавались прямо над ней, а затем Миранда почувствовала, как чьи-то пальцы коснулись ее головы, чтобы откинуть волосы с лица. В глазах все расплывалось, а ощущения притупились.
– Она ранена?
– Пока непонятно, мэм. Надо бы врача позвать…
– Врача какой-то бродяжке? Посмотрите, во что она одета! А ну, пошла прочь!
– Томас!
Окончательно осознав, что взрыв почему-то не разорвал ее на части, Миранда подвигала руками и ногами, а затем осторожно перевернулась на спину и сразу зажмурилась, когда в глаза ударил яркий солнечный свет. Голоса встревоженно смолкли.
– Вот видите, ни черта она не ранена! Просто какая-то нищенка решила поваляться у нас под забором!
– Я не нищенка, – с трудом возразила Миранда и закашлялась. Голос звучал хрипло, будто она наглоталась земли при падении. На зубах заскрипело что-то, похожее на песок.
– Да? А как тогда очутилась здесь? – осведомился язвительно мужской голос, очевидно, принадлежавший некому Томасу.
Дать на этот вопрос внятный ответ она не могла и вместо этого попыталась подняться. Перед глазами немедленно все закружилось, ноги сделали попытку подогнуться, но Миранда все же устояла, ухватившись в последний момент за человека рядом. Лицо мужчины скривилось от отвращения, и он сделал попытку вырваться.
– Да не похожа она на бродяжку, – сказал женский голос задумчиво. – Слишком чистая и ухоженная. Как ты сюда попала, девочка? И чего ты вцепилась в эту деревяшку как в последнюю соломинку?
В голове наконец-то прояснилось, и теперь Миранда могла рассмотреть людей перед собой. Напротив нее стояла пожилая дама в старомодном шелковом платье, которые носили лет пятьдесят назад. Под воротником была приколота брошь. Другая женщина рядом была помоложе, похудее, а наряд на ней был победнее – простое коричневое платье с передником, а на голове был чепец. Последним ее внимание привлек темноволосый со слабой проседью мужчина, обозвавший ее бродяжкой. Он был средних лет и весьма хорош собой – будь он лет на двадцать помоложе, и от него глаз, наверное, было бы не оторвать. На мужчине были добротные сюртук и брюки, но тоже какого-то непривычного покроя. Создавалось странное впечатление, что вся компания перенеслась сюда с костюмированной вечеринки. И, возможно, это даже смогло бы позабавить Миранду, если бы она не осмотрелась по сторонам и не обнаружила, что понятия не имеет, где очутилась.
Сейчас она стояла у увитой плющом ограды, вокруг буйно цвели розы, радуя глаз яркими красками. Ослепительно светило летнее солнце, в куртке становилось жарко. Неподалеку стоял красивый трехэтажный особняк с открытой настежь дверью – кажется, когда Миранду перебросило сюда, ее появление не осталось незамеченным, и эти люди сразу выбежали наружу. За оградой простирался вид на округу: дом находился на холме, и окрестности далеко просматривались. Вокруг расстилалась самая обыкновенная английская сельская местность, в отдалении мирно щипали траву овцы, ничего особенного.
И все это не имело никакого отношения к фамильному имению Фростов, где небо было затянуто плотными облаками, а промозглый ветер с легкостью забирался под одежду. Мерлин, куда же ее забросило? Она что, неосознанно трансгрессировала, сама того не заметив?
– Где я? – выдавила она с трудом. – Что это за место?
Повисло красноречивое молчание, вынудившее ее обернуться. Мужчина и женщины выразительно переглядывались, причем на лице Томаса все сильнее проступало отвращение. Дамы, кажется, были настроены более миролюбиво, и Миранда сочла нужным добавить:
– Я не пьяна и не сумасшедшая. Но я… не помню.
– Вы в Литтл-Хэнглтоне, милочка, – сообщила дама с брошью, разглядывая ее все более пристально. Заслышав знакомое название, Миранда вздохнула свободнее. Ее закинуло не так далеко от дома, до Грейт-Хэнглтона отсюда всего несколько миль. Значит, просто неудачная трансгрессия… – Вы беженка?
– Прошу прощения?
– Вы беженка? – повторила дама нетерпеливо. – Впрочем, и так видно, что да. Никогда не видела такой странной одежды. Вам бы умыться и одеться по-человечески. Откуда вы идете? Из Лондона?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мужчина, уловив в голосе дамы сочувствующие нотки, презрительно скривился. Ничего не понимая, Миранда на всякий случай кивнула, а потом быстро оглядела себя. Обычные маггловские куртка и джинсы, ничего особенного! Да и перед ней совершенно точно стояли магглы – а кем они еще могли быть, раз не поняли, что в руке у нее волшебная палочка?
– Эбби, дай девочке умыться и поесть, – распорядилась дама властным голосом, а затем обратилась к ней. – Но потом ты должна уйти, ясно? Нам больше нечего предложить тебе!
– Да, миссис Реддл, – склонила голову женщина в чепце.
Даже не собираясь спорить, Миранда только кивнула. Красивый мужчина раздраженно махнул рукой, проворчал себе под нос что-то, похожее на: «Тащат в дом всякую шваль», и молча пошел обратно к особняку. Дама величественно поплыла следом, не глядя более на нее, а горничная – теперь было понятно, что в доме она занимала именно эту должность – внезапно улыбнулась Миранде вполне по-человечески.
– Идем, я дам тебе воды и что-нибудь перекусить. Давно ты в дороге?
– Не очень.
– И все же ты очень странно одета, – сказала она недоуменно, рассматривая ее кроссовки. – Никогда не видела таких странных тканей… Откуда они?
– Из Лондона, – максимально лаконично отозвалась Миранда, испытывая все большее смятение. Да что происходит-то?! Интуиция упорно нашептывала, что, кажется, простой трансгрессией дело не ограничилось, и произошло что-то куда более глобальное, но что именно, черт подери?
Она двинулась было следом за хозяевами дома, но Эбби проворно схватила ее за руку и указала кивком куда-то вбок. Миранда послушно пошла следом, и вместе они обошли дом и шагнули на маленькое крылечко, за которым начинался короткий темный коридор без окон, через который они очутились сразу на кухне. Осмотревшись внутри, Миранда мысленно усмехнулась. Еще никогда ее не приводили в дом через черный ход, принимая за бродяжку с улицы! Что бы сказал отец?
– Так, в этом кувшине вода, умоешься над тазом, – распорядилась Эбби, хлопотавшая на кухне, открывая какие-то шкафы. – Вот тебе кусок хлеба с сыром, перекуси. А я пока… – она остановилась и критически оглядела ее с ног до головы. – Поищу тебе что-нибудь переодеться. Не дело юной девушке разгуливать в таком виде по улицам.
– Вы вовсе не обязаны…
Но деятельная Эбби только махнула рукой и скрылась с глаз. Решив, что спорить бесполезно, Миранда быстро сунула палочку в рукав и умылась, а затем взялась за импровизированный бутерброд, думая о том, как вернется домой и там расскажет эту историю о встрече со странными магглами. Может, мама сможет объяснить, почему эти люди так необычно себя ведут?..
Ее взгляд скользнул по стенам кухни и остановился на небольшом отрывном календаре, кривовато висевшем справа от окна. Увиденная дата заставила ее усмехнуться. Первое августа 1944 года. Давненько этот календарик тут висит… Какая-то семейная реликвия, что ли, что его больше пятидесяти лет никто не снимает со стены?..
Смешок почти сорвался с ее губ, но в последний момент перерос во что-то, похожее на судорожный кашель. Миранда растерянно осмотрелась по сторонам, теперь по-новому отмечая обстановку кухни. Привычной, знакомой маггловской техники нет и в помине, все какое-то совершенно допотопное, точно прямиком из музея. Телефона нет, как и телевизора, электрическая лампочка под потолком еле горит… Да еще реакция всех этих людей на ее одежду…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но… как такое может быть возможно? У нее не было Маховика времени, а если бы и был, подобное путешествие попросту невозможно…
Миранда изо всех сил вцепилась в столешницу, чувствуя, что пол уходит у нее из-под ног, и зажмурилась. Вдалеке послышались шаги, кто-то приблизился, и Миранда от всей души надеялась услышать голос кого-то из своих родных, однако это была вернувшаяся Эбби:
