серпанса и помчался на верхушку горы. А там замер надолго, поражённый открывшимся зрелищем.
Сразу глянешь на такое, впадаешь в какой-то ступор. И только подсознание пытается отыскать какое-то сравнение, что-то измерить, как-то сопоставить и уже потом соединить увиденное в одно целое понятие. Наверное, это понятие всё-таки соответствовало одному слову: каньон.
Гигантский каньон!
Мне довелось не раз видеть фотографии Большого каньона на Земле, который прогрызла за миллионы лет река Колорадо. Нечто подобное Большому, я с девчонками видел в мире Козла. Мы там выходили сразу в горах и с высочайшей скалы рассматривали долины, и внизу две огромные статуи тамошних божеств, и руины какого-то города.
Но здесь… Наверное раза в два каньон выглядел величественнее, шире и глубже. Только в глубину он опускался на три километра, или всего лишь чуть меньше и местами не просматривался из-за клубящегося на дне тумана. Или это чуть выше зависали облака? Ширина – километров десять, но вдали, направо, провал в земной коре расходился гораздо больше, чем на двадцать километров. И если присмотреться, да подумать, то всё-таки правильнее было бы считать это место именно провалом. Уж слишком круты и отвесны оказались его склоны. Порой виднелись минусовые траверсы, но чаще они вели перпендикулярно вниз. И нигде не просматривались террасы, образующиеся вследствие речных потоков.
Например, с точки моего осмотра, данный склон опускался круто, градусов в семьдесят. Да и обрывался ломаной кромкой на расстоянии метров ста пятидесяти от меня. Высоты я не боюсь, но удовлетворённо вздохнул, понимая, что стою сравнительно далеко от краешка над пропастью. Опять-таки, не факт, что половина (а то и вся!) верхушка горы вдруг не отвалится и не рухнет в пропасть. Кое-где, по стенам провала, последствия подобных обвалов наблюдались во всей красе. Жаль я не геолог, чтобы вот так слёту, хотя бы примерно, определить возраст случившегося здесь апокалипсиса. Но наверняка всё это являлось следствием невероятного по силе землетрясения.
Внизу провала виднелась узкая лента коричневой реки. Кое-где сверкали синие зеркала озёр. Что порадовало: просматривались и небольшие рощи, густые заросли кустарников и даже одиночные деревья-великаны. Неужели секвойи?
Глава 2
Внизу провала виднелась узкая лента коричневой реки. Кое-где сверкали синие зеркала озёр. Что порадовало: просматривались и небольшие рощи, густые заросли кустарников и даже одиночные деревья-великаны. Неужели секвойи? На фото я их рассматривал не раз, а сейчас опознать никак не удавалось, даже пользуясь своим феноменальным зрением.
Что огорчило: отсутствие каких-либо поселений.
Но! Невероятно порадовало всё-таки хоть какое-то наличие объектов, свидетельствующих о пребывании здесь разумных существ. Мост. Именно так, с большой буквы. Да и всё это слово следовало написать только заглавными буквами. Этот мост просматривался сквозь разрывы облаков и скопления тумана далеко, далеко слева, там, где стены провала сходились километров на восемь между собой. Ну и до него, навскидку, получались километров сорок, если не больше. Учитывая гористую местность и незнакомый маршрут, даже на серпансах туда мы доберёмся не скоро.
Такие размышления живо напомнили мне о Найдёнове и карапузах. Так что я, коря себя о забывчивости, оглянулся на наш временный лагерь, возле которого одиноко стоял второй серпанс. Вроде опасности нет, если не считать, что карапузы сошлись опять в одну кучу, недалеко от лежащего взрослого и, похоже, орут друг на друга. Надеюсь, они друг друга не поубивают, пока я уникальное строение более тщательно не рассмотрю? Всё-таки волнения об их целостности меня не колышут. Чужие люди… Бывшие бандиты…
Вместо переживаний, я ещё раз, со всем тщанием попытался рассмотреть гениальную постройку неведомых гениальных строителей. И чем больше присматривался, тем больше недоумевал. Потому что создавалось впечатление постройки моста из каменных блоков. Примерно так строили древние римляне, укладывая один каменный блок на другой, используя для плотности тонкий слой тогдашнего цемента.
Точно такие же стройные опоры, разве что стоящие не в пример реже. Мне удалось насчитать всего лишь одиннадцать опор, ну и ещё несколько скрывалось за облаками. Точно такие же округлые арки, разве что невероятные по ширине. Идентичные на вид аркады, похожие ограждения, приятные на вид и гармоничные пропорции.
Ну и самая приятная мысль, намного меня успокоившая и вдохнувшая уверенность в завтрашнем дне:
«Выберемся! Где мост – там и дорога. А дорога обязательно приведёт нас к поселениям. Мало того, подобное циклопическое сооружение может иметь портал либо на себе, либо в своих окрестностях. Значит – нам туда!»
После чего развернул своего боевого серпанса и поспешил к временному биваку.
глава вторая
ДОРОГА ДАЛЬНЯЯ
Наверное, я успел вовремя. В ином случае могло случиться смертоубийство. Хотя подобное нельзя говорить в отношении таких малых деток, если они погибают даже в драке между собой. Правильнее это называется - «несчастный случай». Но куча мала, где трое карапузов с рёвом боролись между собой, вполне могла завершиться тем самым «случаем». Остальные два обормота стояли рядом, с увлечением присматриваясь к противостоянию коллег.
Растащил. Усадил. Успокоил. Дал всем пятерым напиться. Присмотрелся к Леониду, отметив, что сон его стал глубоким и относительно спокойным. И решил выяснить более подробно, что собой представляют бывшие телохранители бандитского отребья. Уж слишком мне их агрессивность не понравилась. Потому и мелькнуло предположение:
«Вдруг они только с виду маленькие? А на самом деле прекрасно помнят свою взрослую жизнь? Или начали вспоминать?..»
Поэтому стал налаживать доверительный контакт, начав с интересной сказки. Слушали – открыв рты. После чего попытался наладить диалог, тривиально переходя к выяснению простейшего: имён данного голопузого воинства. Всё-таки каждому из них не меньше трёх лет, и в таком возрасте очень многие дети отлично разговаривают, достаточно знают и могут достойно объясниться.
С именами – почти получилось. Трое вполне разборчиво себя назвали: Саша, Игорь, Славик. А вот двое самых младших на вид, говорили не важно. У них получалось Путя и Дуся. Естественно, что мальчиков так родители назвать не могли, значит, мальчики явно страдали дефектами произношения. Я попытался всё-таки выяснить до конца:
- Путя – это Петя? – неуверенные кивки. – Или всё-таки Павел? – точно такая же реакция. – То есть тебя родители так и назвали: Путя? – весьма оживлённые кивки. – Ну ладно, так тебя и будем называть… Ну а ты, Дуся, кто на самом деле? Дмитрий?.. Кузя?.. Витюся?.. Хорошо! Тогда так и останешься пока Дусей!
Ещё дети, пусть и выборочно, помнили и знали довольно много: имена своих родителей, бабушек, сестёр, по-видимому, и братьев. Самый старший, Игорь, знал даже название улицы, где проживал и умел считать до десяти. При этом он утверждал, что ему уже четыре с половиной годика и скоро исполнится пять. Хотя двое его коллег смотрелись явно внушительнее и массивнее. Но на этом все познания
