поток выстраданных претензий не иссяк, и ещё несколько минут ближайшее окружение императрицы слушало нехорошие слова, отводя при этом взгляды в сторону и делая вид, что заняты своими, не менее важными мыслями.
Первой не выдержала затянувшуюся ругань Катерина. Да ей и полагалось вмешаться, как главному дипломату страны:
- Маш, кончай истерить! Сама ведь знаешь, что не права… Борька всё наши начинания поддержал, империю спас, да и до сих пор она держится только благодаря его усилиям да подаренным поясам с груанами. Не будь у нас Светозарных, людоеды давно бы отбили свою столицу. А так Лордин – всё ещё наш. Да и линия фронта отодвинута далеко.
- И всё?! – не успокаивалась императрица. – На этом можно про нас забыть?! А ведь он мне чего только не обещал!..
- Если обещал – обязательно выполнит.
- Когда?! Уже двое суток прошло!
Принцесса задумалась, обменялась взглядами со своей сестрой близнецом, и предположила:
- Наверняка он сильно занят.
- Или попал в неприятности, - попыталась угадать принцесса Вера. – Те же последние путешествия по иным мирам, так и получались у него из-за экстренных ситуаций.
Хмуриться Мария не перестала, но теперь задумалась уже совсем по иному поводу:
- Если неприятности, то ладно… Этот ловкач отовсюду выкрутится и свою выгоду поимеет. Но ведь он мог поступить крайне коварно. Вспомните, когда мы переживали, искренне болели за него, а он развлекался на Земле с какими-то овцами!
Тут уже и Апаша не выдержала:
- Порой интересы дела или следствия требуют от мужчины самопожертвования. И сама не забывай: ты с Борисом в разводе. Так что нечего его ревновать к каким-то простушкам.
- А я и не ревную! – последовал ожидаемый ответ. Но тут же прозвучал вопрос Юлиану Некруту, главному воеводе империи: - Как выполняется моё распоряжение по привлечению новеньких к сфере сельского хозяйства?
- Да никак! – постарался тот скрыть в усах улыбку. – Девицы работать отказались, объявили голодовку. На любые попытки доверительного общения со стороны тамошних парней познакомиться поближе, отвечают бешеной агрессией. Староста деревни умоляет забрать таких работниц от греха подальше. У них без этих несчастий работы невпроворот.
Девушек попыталась защитить и принцесса Вера:
- Насильно мил не будешь. Так что отдать их замуж за крестьян – не получится. И представь, какой скандал устроит Борис, когда вскроется твой обман и он не отыщет Татьяну с Кирой в своей родовой усадьбе. К тому же и его приятель Леонид, будет не в себе от такой подставы.
Мария задумалась, выстукивая ноготками какой-то марш по столу. Потом нехотя призналась:
- В самом деле, чего это я?.. Вроде добрая и справедливая… Поэтому отправьте девушек с самой ближайшей оказией в Рушатрон, в Маяк. Пусть попутешествуют, мир посмотрят, Шартикой полюбуются, в Леснавском царстве на балах покрасуются.
Подобное путешествие окружной дорогой могло растянуться дней на десять, если не на все пятнадцать. Да и Вера сразу поняла основную цель такого распоряжения:
- Не крестьянами, так принцами хочешь соперницу устранить? Хорошая затея. Тем более что принц Миурти получил полную отставку от Катеньки и никак не починит своё израненное сердце.
При этом весьма многозначительно, с определённым ехидством глянула на сестру. Но та лишь плечиками пожала:
- А что поделать? Разонравился он мне… И сама не пойму, по каким причинам. Хотя, скорей всего, причина одна, - её глаза блеснули лукавством и желание раздраконить Марию ещё больше: - Великий Иггельд развёлся со своей мымрой и я с ним скоро отправлюсь в свадебное путешествие. Он ведь мне обещал, что как только обретёт свободу, так сразу на мне и женится. Э-эх! И загуляем!..
- Ага! – злобно ухмыльнулась ей в ответ императрица, ещё и кулачком колотя по столу. – Будет играть музыка, но ты её не услышишь. И на глазах у тебя будут лежать золотые монетки.
- Да что ты мелешь?! – разозлилась Вера, защищая свою сестру. – Думай, что говоришь-то!
Тогда как сама Екатерина зашлась весёлым смехом:
- Умора, а не Машка! И она ещё утверждает, что не ревнует!
Крик, смех, грохотание поскрипывающего стола – всё смешалось. Поэтому Апаша Грозовая встала и поманила Некрута за собой:
- Пошли Юлий, заседание совета закончилось. А танцы с бубнами нам неинтересны.
Воевода встал, глазами и жестами прося прощения у первых лиц империи за такое своевольство, да и поспешил за своей возлюбленной. Конечно, окликни кто его строго, он бы вернулся за стол, но без такого окрика команды Грозовой выполнялись приоритетно.
Оставшись втроём, все три Ивлаевых некоторое время сидели молча, думая каждая о своём. Первой заговорила Екатерина:
- Может зря я принца Миурти прогнала? Хороший ведь парень по всем критериям, герой…
- Герой? – переспросила с ехидством Мария. – Ты ещё вспомни, как они с Борисом поступили, когда тот был ещё беззащитным инвалидом.
Как раз эти, давние события, и дали первую трещину в отношениях между принцессой и принцем. В тот трагический момент принц с группой охотников и Ивлаев оказались в плену у людоедов. И чтобы спрятать три симбионта, называемых «Первый Щит», компания ничего лучше не придумала, чем силком затолкать редчайших существ внутрь новенького товарища по заточению. Дескать на нас Щиты не прижились, а на новом человеке они не будут давать о себе знать противным писком. Настолько не хотели охотники отдавать уникальные трофеи самым опасным врагам человечества. К слову сказать, сами они уже простились с жизнью, да и попавшего к ним недоросля записали в покойники. Но как раз он, своими действиями всех и спас.
Да и сам спасся. Вначале. Потому что потом стал прощаться с жизнью. Ибо никто из людей не выживал, когда симбионт у него оказывался в желудке. Место для его приживления – наружная часть кожи. И когда он там приживался, то его носитель получал возможности для управления магическими силами.
А тут Первый Щит оказался в желудке. Да не один! А сразу три! Мучения Борис перенёс страшные, а когда очнулся в больнице, решил что врачи промыли симбионтов обильными клизмами. И забыл о них… На какое-то время. А там и чудо произошло, ни разу в истории не зафиксированное: симбионты, повоевав друг с другом и сообразив, что это окончится всеобщим умерщвлением, прижились все трое. После чего начали интенсивно лечить, исправлять, растить доставшееся им тело инвалида. И вскоре превратили своего носителя в цветущего, здорового парня-красавца.
То есть трагедия неожиданно стала сродни великому чуду и безапелляционно пошла на пользу Ивлаеву. А его мощь, как мага, не просто утроилась, а наверняка удесятерилась. Впоследствии у него в организме прижилось ещё два симбионта, груана. Но это была уже совсем иная история.
А возвращаясь к моментам трагического плена у зроаков, девушки при обсуждении пришли к единому выводу: не стоило охотникам так издеваться над инвалидом. И
