- Ох, да ерунда все это, - отмахнулась Микки. - Я просто вчера слишком заработалась и сидела в офисе допоздна.
«Пожалуйста, не расспрашивай меня об этом», - мысленно попросила Микки, глядя на подругу и поспешно хватаясь за чашку с капучино. Ей не хотелось, чтобы Нелли знала: ее усталость совсем не связана с переработкой или недосыпанием. Ей хотелось только одного: поскорее ускользнуть в мир снов и спать, спать, и, хотя она не чувствовала себя отдохнувшей после пребывания в мире фантазий, ее тянуло туда ночь за ночью.
- Микки?
- На чем я остановилась? - с трудом вернулась к реальности Микки.
- На прекрасном розовом саде.
- Да, верно.
- И на том, что начались чудеса.
- Да… - Микки снова уставилась на камин. - Какое-то время я просто гуляла между розовыми кустами, касалась цветов и восхищалась их красотой. Стояло раннее утро, воздух был свежим и прохладным, а на розах сверкала роса. Все выглядело как после купания. Кусты на террасах образовывали нечто вроде лабиринта. Я все бродила и бродила там, наслаждаясь красотой.
Тут улыбка Микки дрогнула, и она немного помолчала, прежде чем перейти к следующей части сна. Она почувствовала, как на щеках проступает румянец, резко отвела взгляд от камина и посмотрела в глаза удивленной подруге.
- Только не говори мне, что ты смущаешься! - сказала Нелли.
Микки криво усмехнулась.
- Есть немного…
- А ты вспомни, чем мы с тобой однажды занимались в гостинице. В одной комнате. Наплюй на все и расскажи подробно. К тому же если это не поможет, не забывай…
Нелли откусила еще кусок бисквита и проговорила с набитым ртом:
- Я же профессионал.
- Вот об этом напоминать не надо, - проворчала Микки. И, глубоко вздохнув, продолжила: - Ладно, значит, я гуляла среди роз, а потом вдруг почувствовала его. Я его не видела, но знала, что он рядом.
Микки облизнула губы. И ее рука бессознательно поднялась к горлу. Кончики пальцев медленно скользили по чувствительной коже у основания шеи, пока Микки говорила:
- Я пошла быстрее, потому что сначала мне показалось, что я должна убежать от него, но скоро все изменилось. Я слышала, что он рядом; он как будто захватывал меня… Он совсем не старался не шуметь, не пытался спрятаться. Меня словно преследовало яростное, сильное животное.
Микки умолкла, чтобы отдышаться. Все тело пылало. Она чувствовала, что между грудями выступили капли горячего пота и медленно поползли вниз.
- Ты боялась? - спросила Нелли.
- Нет,- ответила Микки таким тихим шепотом, что ее подруге пришлось наклониться, чтобы расслышать. - Как ни странно. Я совсем не боялась. Меня это возбуждало. Волновало. Я хотела, чтобы он меня поймал. И если я бежала, то лишь для того, чтобы раззадорить его… мне очень хотелось его раззадорить.
- Bay… - выдохнула Нелли. - Сексуально…
- Я же говорила… а дальше пошло еще лучше.
- Неплохо, - кивнула Нелли, снова вгрызаясь в бисквит.
- Я бежала обнаженная и смеялась. А когда он касался моего тела, мне казалось, что мой возлюбленный - ветер. Я откликалась на каждый вздох того существа, которое преследовало меня. И я хотела быть пойманной, но только тогда, когда он очень, очень сильно захочет меня поймать.
- Ох, бога ради, только не останавливайся на этом! Он тебя догнал?
Взгляд Микки стал задумчивым, как будто устремившись внутрь, и она снова уставилась на огонь.
- И да, и нет. Как я сказала, я бежала, а он гнался за мной. Я очутилась у резкого поворота лабиринта и свернула, а потом споткнулась и упала в яму. Но я не ударилась - там оказалась какая-то подушка.
Губы Микки дрогнули, потом изогнулись в чувственной улыбке.
- Это была подушка из лепестков. Я свалилась в яму, полную лепестков роз. Их там, наверное, были миллионы. Аромат наполнял воздух, лепестки ласкали тело. Каждый миллиметр моей нагой кожи ожил от их мягкого прикосновения. А потом его руки раздвинули лепестки. Руки не были мягкими. Наоборот, они были грубоватыми, сильными, требовательными. И разница между этими ощущениями оказалась невероятно возбуждающей. Он гладил меня, гладил грудь, живот, бедра… Он ласкал меня точно так, как бы я сама хотела себя ласкать. Как будто он заглянул в мои мечты и знал все мои тайные желания.
Микки немного помолчала, отвела с лица прядь волос. Ее рука слегка дрожала, и, не желая, чтобы Нелли заметила это, Микки поспешила продолжить рассказ:
- В яме было темнее, чем в саду, и я видела все смутно, как будто запах раздавленных лепестков испускал некий душистый туман, замутняющий зрение. И я не видела его, но там, где он меня касался, я вспыхивала огнем. Прежде во всех снах я ощущала его присутствие, как будто он был неким нематериальным существом, призраком или тенью. Я знала, что он поблизости, но он никогда не преследовал меня, никогда не прикасался ко мне. И уж конечно, я ни разу не прикасалась к нему. Но в полной лепестков яме все изменилось. Я ощущала на себе его руки, а потом потянулась к нему и коснулась его. И привлекла к себе. А он… я чувствовала…
Микки судорожно сглотнула и крепко зажмурилась, вспоминая.
- Он был на ощупь мощным, сильным и невероятно большим. Я погладила его по широченным плечам, по рукам. Мускулы у него были как ожившие камни. И я ощутила кое-что еще… он был… у него…
Микки снова сглотнула, почувствовав сухость в горле. Нужно ли говорить об этом Нелли? Можно ли хоть кому-нибудь об этом сказать? Углубившись в воспоминания, она как будто снова очутилась там, в той яме, полной неведомых ощущений и аромата роз. Ее руки сами собой поднялись, пальцы зарылись в густую массу волос. Она хотела заставить его повернуться к ней лицом… открыть глаза и наконец-то, наконец-то увидеть его. Но тут ее пальцы наткнулись на это. Рога. То существо, что гладило ее, доводя до экстаза, какого она никогда прежде не испытывала, имело рога.
Нет! Она не может рассказать об этом Нелли; это уж слишком безумно, а ее подруга отлично разбирается в сумасшедших. И Микки быстро произнесла:
- На нем было нечто вроде маскарадного костюма. Кожа… толстая кожа на груди. Как… как… - Она поискала подходящее слово. - Как, знаешь, эти старинные латы. Это было невероятно эротично… мощные мускулы, едва прикрытые твердой кожей… Я гладила его… ощущала его… А его лицо зарылось в мои волосы, вот тут…
Закрыв глаза, Микки медленно провела ладонью по рыжим локонам у правого уха.
- Здесь было его лицо… Когда я гладила его, он стонал прямо мне в ухо, хотя это и не был настоящий стон… по крайней мере, не такой стон, какой мог бы издавать человек. Это было низкое, глухое ворчание, и оно повторялось и повторялось. Я должна бы испугаться, сопротивляться или, на худой конец, застыть от ужаса, превратившись в камень. Но мне не хотелось отстраняться от него. Эти ужасные, прекрасные, нечеловеческие звуки лишь сильнее возбуждали меня. Мне казалось, я умру, если не получу его - всего целиком. Я выгибалась ему навстречу и ощущала его возбуждение. Он прижимался ко мне своим естеством.
