Читаем без скачивания Любовь и лейкопалстырь - Шарль Эксбрайя

За день до того, как Фрэнсис должен был предстать перед Джошуа Меллитом и начать обучаться искусству управления европейским отделом дома Лимсеев, телефонный звонок оторвал его от приготовления чая. Ему не понравилось, что его отрывают от одного из важнейших для всякого англичанина дела, но, будучи от природы вежливым человеком, он ответил. Чей-то дребезжащий голос, напрочь отсутствующий в его памяти, спросил:

– Я говорю с Фрэнсисом Бессеттом?

– Да… С кем имею честь?

– Гарри Осли…

– Гарри Осли?… Простите, но я не могу припомнить…

– Я друг вашего отца… Мы познакомились во время войны… Я хотел позвонить вам, как только узнал о смерти Билла, но был болен… Знаете, я старый человек и только сегодня утром вышел из больницы Брод Грин… Извините, но мне трудно передвигаться…

– Что вы, мистер Осли, с вашей стороны весьма любезно, что вы позвонили…

– Я очень любил вашего отца, мистер Бессетт…

– Благодарю вас…

– Я хотел бы встретиться с вами как можно скорей…

– Не беспокойтесь об этом, пожалуйста…

– Накануне своей гибели ваш отец оставил у меня письмо, которое я должен был передать вам, если с ним случится несчастье.

– Что вы сказали?

Фрэнсис услышал на другом конце провода астматическое дыхание, затем Осли повторил слово в слово ту же фразу. Бессетт забеспокоился:

– Вы хотите сказать, что у отца было предчувствие смерти?

Осли немного помолчал, а затем твердо произнес:

– Все это куда более серьезно, мистер Бессетт… Уверен, что ваш отец знал о грозящей ему опасности.

– Но ведь этого не может быть! Кто и почему мог угрожать моим родителям?

– Не знаю, мистер Бессетт, но смею вас заверить, что накануне своей гибели ваш отец заходил на Лодор Роут, в дом миссис Гарриссон. Это мой адрес…

– И что?

– Он сообщил мне, что случайно узнал об одном опасном секрете и что, если догадаются, что он его знает,– его жизнь будет в опасности.

– Догадаются? Кто догадается?

– Этого он не сказал, мистер Бессетт.

– Но почему же он тогда не сообщил в полицию?

– Он сомневался, что ему поверят.

– А вы случайно не знаете, что это за секрет?

– Нет, мистер Бессетт. Он только вручил мне это письмо, в котором, наверное, постарался все объяснить.

– Послушайте, мистер Осли, я весьма признателен вам, но мне кажется, что гибель моих родителей произвела на вас чересчур сильное впечатление и вы, скорее всего, преувеличиваете причину этого поступка отца.

– Ваш отец, мистер Бессетт, опасался, что его убьют, и он погиб, не так ли?

– В дорожной аварии, мистер Осли, в аварии!

– Это не первый случай, когда преступлению придают вид обычной аварии!

– Преступлению?!

– Почему же тогда этот водитель смылся?

Пораженный Фрэнсис не знал, что возразить, и Осли продолжал:

– Вы слушаете, мистер Бессетт?

– Да, да, простите, то, что вы рассказали, настолько невероятно…

– Возможно, вы найдете всему объяснение в письме, но вам нужно поторопиться,– время не ждет!

– Почему?

– У меня создалось впечатление, что за мной следят с тех пор, как я вышел из больницы, где, кстати, мои вещи перерыли, вероятно, в надежде найти письмо… Но я ношу его при себе, под повязкой на теле.

– Извините меня, мистер Осли, но я не был подготовлен к такому известию… Вы уверены, что не преувеличиваете? Зачем кому-то за вами следить?

– Возможно из-за того, что слежка за вашим отцом уже велась, когда он заходил ко мне… Так что поспешите, мистер Бессетт, поспешите, как только сможете!… И будьте сами осторожны…

– Сам?

– Убийцы вашего отца не остановятся перед новым убийством, если догадаются, что вы знаете то, что я вам рассказал.

– А как же вы сами, мистер Осли?

– Я? Мне и так-то недолго осталось. Сейчас главное,– кто успеет первым: вы или они.

– Где находится Лодор Роут?

– Позади Уокхилл Парка, на Уокхилл Роут.

– Я сейчас буду, мистер Осли, но, по-моему, вам все же нужно предупредить полицию.

– Я не люблю лягавых. Вам нужно будет найти миссис Гарриссон, и она покажет, где моя комната. Поспешите…

Фрэнсис держал трубку в руке, хоть из нее уже слышались короткие гудки. Весь его грустный мир, более меланхоличный, чем беспокойный, за одну минуту перевернулся и стал миром насилия и ужасов, то есть тем миром, для которого он совершенно не был создан. Ему казалось невероятным, что Билл и Мод могли быть замешаны в какой-то грязи, зачастую являющейся уделом больших городов и, особенно,– больших портов. Какие дела могли связывать его мать с бандитами? Каким образом путь его отца мог пересечься с грязной дорогой ночных джентльменов удачи? Став перед задачей, которую предстояло решить, и понимая, что сделать это у него не было сил, Бессетт инстинктивно решил прибегнуть к чьей-нибудь помощи. Он дозвонился Берту в бюро. Лимсей, узнав в чем дело, поначалу просто не поверил во все это. Он попытался убедить своего друга, что тот стал жертвой плохой шутки или фантазий одного из тех наполовину сумасшедших, которыми полны большие города. Но все же, не желая отказывать Фрэнсису в помощи, он попросил дать ему несколько минут, чтобы предупредить отца об отсутствии на работе.

Высунувшись из окна, Бессетт вглядывался в Сидардейл Роут, с отчаянием думая об убегающих минутах. Напрасно он пытался убедить себя в правильности мнения Лимсея,– его грызло беспокойство. Даже если в рассказе Осли была хоть сотая доля правды, это следовало проверить. Когда же мисс Планкетт сказала, что она прекрасно знает Гарри Осли, который раз в месяц, по воскресеньям, заходил к его родителям, Фрэнсис больше не сомневался, что этот человек сказал ему правду. Его нетерпение перешло в горячку, и он уже решил, не дожидаясь Берта, взять такси, когда появился синий "ягуар" Лимсея. Бессетт сбежал по лестнице и сел в машину.

К несчастью, Берт ошибся, перепутав Оукхилл Парк с Сендфилд Парком, и они едва не направились в Вест Дерби в поисках нужной им улицы. На эту ошибку они потратили более часа времени. Когда они остановились перед домом миссис Гаррисон на Лодор Роут, на его крыльце почти тот час же показалась сама владелица. Бессетт, стараясь сдерживать свое беспокойство, спросил:

– Мистер Осли, Гарри Осли, дома?

– Вы тоже из полиции?

– Почему из полиции?

– Потому, что ваши коллеги уже приезжали!

Берт, чтобы успокоить Фрэнсиса, взял его за руку.

– Мы вовсе не из полиции, мэдэм,… Гарри Осли – наш друг и…

– Вот оно что! Не могу вас поздравить с такой дружбой! О, я уверена, что он сумел обмануть вас, как и меня… А казался таким честным, так хорошо воспитанным… и что же? в чистом омуте черти водятся! Представьте себе, он жил здесь почти двадцать лет, и, я готова поклясться своей дочерью, я никогда не поверила бы, что в один прекрасный день за Гарри Осли приедет полиция!

Дама была слишком взволнована, и друзьям потребовалось применить немало дипломатических приемов, чтобы понять, что же произошло на самом деле. Оказалось, что час назад из полицейской машины вышли трое человек в форме. Даже не спросив дороги у миссис Гарриссон, они поспешили в комнату Гарри Осли и быстро вывели его оттуда.

– А откуда были эти полисмены?

– Откуда мне знать? Наверное, из участка на Сент Освальд'с Стрит…

В участке на Сент Освальд'с Стрит сержант поначалу подумал, что его разыгрывают, но когда Берт представился, он еще раз серьезно выслушал рассказ. Нет, полиция не проводила никакой операции на Лодор Роут. Чтобы подтвердить сказанное, он продемонстрировал чистые листы книги рапортов за этот день. Фрэнсис настаивал:

– Не могли ли полицейские, приехавшие за Осли, быть направлены из другого места?

– Нет… разве только из центра, но в таком случае нужен очень серьезный повод. Подождите, я позвоню на Центральный пост…

Оттуда ответили, что по их указанию на Уокхилл не производилось никаких арестов и что сообщивших об этом просят прибыть как можно скорей и связаться с инспектором Брайсом Хеслопом. Бессетт больше не питал никаких иллюзий: Гарри Осли был похищен. Как и опасался этот старик, кто-то опередил Фрэнсиса, из чего следовало, что Мод и Билл погибли не в аварии, а стали жертвами преступления.

ГЛАВА 2

Инспектор Брайс Хеслоп был похож на мелкого лавочника с Черч Стрит. Слегка полысевшая шевелюра, цепочка часов на жилете, выпирающем на животе, придавали почтенному инспектору вид человека, которого легче было представить сидящим за бухгалтерской книгой, чем в погоне за преступниками. Но его собеседники очень быстро убеждались в обманчивом внешнем добродушии, а коллеги знали, что ничто не могло отвлечь Хеслопа от намеченной цели и заставить отступить. Инспектор принял Бессетта и Лимсея очень вежливо. Узнав буквально в нескольких словах об исчезновении Осли, он немедленно отправил на место происшествия наряд в надежде найти какой-нибудь след, который смог бы указать преступников, а также отыскать заветное письмо. Фрэнсису, заметившему, что это ему кажется маловероятным, поскольку похищенный держал письмо при себе, инспектор возразил, что если у Осли было время, он мог спрятать его где-то в комнате, и преступники могли его не найти. Ведь судя по рассказу домохозяйки, они очень быстро вышли оттуда и увели несчастного жильца. После того, как были приняты первые меры, Хеслоп попросил Бессетта в деталях рассказать всю историю. Когда Фрэнсис окончил рассказ, он спросил у Берта, в чем заключается его роль в этом деле. Выслушав ответ, инспектор заключил: