Лес стал зваться так как раз потому, что переливающийся на солнце туман очень напомнил первым зрителям фактуру белого мрамора — столь же торжественно и прекрасно, вероятнее всего, было это зрелище. По любым другим вопросам мнения разнились так, будто бы каждый рассказывал о каком-то своем собственном лесе, не имеющем совсем ничего общего с тем «реальным», о котором повествовал кто-то еще. Столько легенд, рассказов и в каком-то смысле даже преданий связано было с этим местом… Про него писали книги, сочиняли сказки… Все хотели однажды попасть за ту туманную завесу, которая оказалась непроходимой для сигналов связи, и увидеть волшебство, скрывающееся за ней, собственными глазами. Наверное, там все удивительное и необычное, не похожее на наше повседневное… Другой мир, находящийся буквально за тремя деревьями… По-моему, я однажды уже бывала там. Но тогда родители быстро вытащили меня обратно на свет и заставили немедленно уехать обратно в город. Я была еще совсем крошечная и, конечно, не запомнила вообще ничего… Но что-то в памяти еще колышется. Будто бы есть в этом Мраморном Лесу что-то родное и знакомое… Словом, за глаза Мраморный Лес звали «монстрической обителью».
…Фура, в которой я находилась, резко подскочила на очередном ухабе и затормозила. Я, летая в облаках и находясь в осмыслении собственных фантазий, смешанных с воспоминаниями, не успела схватиться за что-нибудь и ухнула на пол с большой высоты деревянного ящика, на котором сидела. Разумеется, в плече мгновенно что-то громко хрустнуло, и лапа… вывихнулась, хоть так и неуместно будет сказать. Железный ящик тут же ускорился и, как ни в чем не бывало, догнал остальные. Грохота снаружи не было. А значит, это просто месть за то, что я осталась непокорна, я клянусь чем угодно. Не так беспристрастны эти «призраки», оказывается. Стоит взять на заметку.
…Когда в детстве дворовый хулиган ударил меня в мордочку и попал в глаз — для меня все, к счастью, обошлось, — я осознала, какое это чудо — видеть мир настоящим, ничем не опосредованным. Когда я впервые узнала о новом муже матери, я осознала, какое это чудо — быть любимой и, в принципе, вообще иметь настоящую семью, которой я нужна. А сейчас примерно то же самое произошло и с лапами: сейчас я обожала свои короткие неуклюжие лапы за то, что они есть и что от природы исправно функционируют. Стараясь не завыть от боли, я поднялась с пола. Правая лапа совершенно не двигалась, а каждая попытка отдавалась тупой жгучей болью. Я прислонилась к стене и прикрыла глаза. Кочки не давали спать, и это было хорошо. У меня оставалось время сделать последние предположения о том, что будет со всеми нами, пока нам еще не открылась истина. А фуры ровно катили вперед по грунтовой дороге еще часов пять-шесть…
Глава 1. Летиция опаздывает
— Итого… что у нас сегодня? — переспросила серо-бурая стройная фурри-собака с короткими огненно-рыжими волнистыми волосами.
— Генеральная репетиция и прослушивание, — ее собеседница, низенькая черно-белая зайчиха, похоже, начала терять терпение, повторяя для своей мечтательной подруги и по совместительству коллеги одно и то же уже много раз. — Пятьсот раз уже говорила! Чем ты слушаешь, Летти?
— Извини, отвлеклась, — в очередной раз оправдалась Летиция.
И было на что. В виду предстоящего Фестиваля студии были набиты до отказа, и в каждой готовился какой-либо номер. Пестрота костюмов, смешивающаяся с голосами, громкая музыка, суматоха и толкотня могли сбить с толку кого угодно.
— Ага, конечно, — зайчиха закатила глаза: она никогда не признает, того, что может быть в чем-то не права, даже если факт очевиден. — Еще, на всякий случай, напоминаю: ты должна уже быть у Дезиры. Велика вероятность того, что в этом году вы в паре снова будете представлять нашу студию.
— Опять? — Летиция вздохнула. — Каждый год одно и то же… Ну, неужели в нашей команде больше никого не существует?..
— Так, ты помолчишь хоть секунду?! — взорвалась ее собеседница. — Если ты, наконец, прекратишь возмущаться, то услышишь, что ты должна быть на втором этаже уже час как!
— ЧТО?! Трисс, мне надо бежать! Сдай, пожалуйста, это в сто вторую! — собака протянула зайчихе кипу каких-то соглашений, останавливаясь только затем, чтобы раньше времени не сорваться на бег и не разбросать листы по всему этажу из-за своей природной неуклюжести.
Трисс фыркнула и молча выхватила у нее неровную внушительную стопку розоватых листов, топорщащихся во все стороны. Вечно у нее все в беспорядке!
— Спасибо! — Дримлап улыбнулась. — Спасла! За мной должок, и…
— Иди-иди, — махнула на нее лапой зайчиха, даже не пытаясь внимать ее словам: эта балбеска все равно забудет, что наобещала через минуту, когда найдет что-то интересное, чем может выступить любой самый повседневный предмет: Летти по-фурреночьи удивляется всему подряд, все-то ей интересно. — Дуй, Скай и так не обрадуется, что ты опять опоздала.
«Дырявая башка!» — думала Летти, на всех порах летя по лестнице, перескакивая через ступеньку. — «Да как вообще можно было забыть?!»
Собака без труда могла бы вспомнить количество календарей и напоминалок у себя дома, но стоило только оказаться в нужном месте в нужное время, все вылетало из ее головы, и незадачливая фурри — не то актриса, не то танцовщица, не то даже и певица, как и все участницы Фестиваля из этой студии, — вечно занималась не тем, чем нужно. Фурри выскочила на лестничный пролет, ускоряя бег до предела, из-за чего не сразу получившие сцепление лапы прокрутились на ровном полу со скрипом когтей по покрытию, и едва не впечаталась в какого-то дикобраза с кучей вешалок в лапах. Ничего не ожидавший бедняга отскочил в сторону и мог наблюдать во всех деталях, как Летти эффектно растянулась на пороге студии, поскользнувшись совсем безнадежно на только что вымытой части зала.
— Летиция! — прогремел в коридоре возмущенный зычный вопль, и все находящиеся на этаже тут же испарились: никому не хотелось подвернуться под горячую лапу разъяренной фурри-гепардихи, которой принадлежал возглас.
Высокая обладательница голоса величественной походкой вышла из гримерки. Ее короткое, — даже слишком короткое, отметила про себя Летти, — блестящее платье, прикрытое на плечах пушистым «хвостом» шубки, едва слышно прошелестело при незначительном движении.
— Моя группа сбилась с лап, разыскивая тебя по всем студиям! Мне кажется, что мы договаривались встретиться немного раньше? — с ледяным спокойствием, в котором угадывалась скорая разрушительная буря вселенского масштаба, поинтересовалась Дезира. Зеленые глаза Скай недобро сверкнули, лишний раз подчеркивая истинное расположение фурри.
— Прошу прощения, — Летти поднялась с паркета и отряхнула легкий летний сарафан простого покроя. — Произошла небольшая
