— У старика Салливана живут в основном иммигранты. Весь этот район населен латинами. Такие, как ты, живут в другом квартале, недалеко отсюда. Я сам из Бразилии, но живу здесь уже шесть лет. Два года назад сюда приехал один русский. Приехал на несколько месяцев, заработать денег — как и все мы. Он был хорошим парнем. Мог порвать пятерых, но поцапался не с тем человеком, и с тех пор его не видели.
Повисло молчание. Парни курили, о чем-то переговариваясь между собой, мулат молчал. Рассказанная им история не вдохновляла. Я неловко переступил с ноги на ногу, ожидая продолжения.
— Пойдём, Оулиг, — точно очнувшись, кивнул мне мулат. — Отведу тебя к Салливану.
Ступив в довольно темный подъезд, я едва не растянулся тут же, у порога, сходу наткнувшись на что-то огромное и живое.
— Керни, старый чёрт, шёл бы ты отсюда, пока тебя Салливан не вышвырнул, — посоветовал бомжу мулат, бесцеремонно отпихивая его ногой. Человекообразное у меня под ногами пошевелилось и отползло подальше в угол.
— У Салливана дешёвые комнаты, советую долго не думать, он не любит, когда с ним торгуются. Впрочем, — мулат, поднимаясь всё выше по лестничным пролётам, на секунду задумался, — впрочем, свободных квартир у него нет. Это точно.
— Повезло мне…
— Повезло, — не согласился мулат. — Я иду с тобой, русский, значит, всё будет о'кей.
— Как тебя зовут? — несколько запоздало поинтересовался я.
— Джулес, — хмыкнул мулат. — И у меня сегодня хорошее настроение, русский.
Я не возражал. Русский так русский. Для них все славяне — русские.
У крепкой, но обшарпанной двери последнего, шестого этажа мы остановились. Джулес уверенно нажал на звонок, и через пять минут непрерывных трелей в глубине квартиры раздался чей-то недовольный заспанный голос. Что говорил находившийся за дверью, я понять не мог: во-первых, он говорил на американском слэнге, во-вторых, звук сильно приглушала дверь. Догадаться, что это была отборная матерная ругань, труда не стоило.
Дверь распахнулась, и на пороге возник немолодой мужчина с внушительным пузом и остатками редких седых волос на голове. Одет он был в помятые штаны и расстегнутую клетчатую рубаху.
— Чего тебе, Джулес? — неожиданно громко гаркнул он, и я невольно отступил на шаг. Он буквально буравил меня взглядом, оценивающе глядя на мою одежду. Похоже, привычно прикидывал, сколько сможет из меня вытянуть. — Ты же знаешь, комнат у меня нет, нечего водить сюда всяких проходимцев!
— Ему нужен угол, Салливан, — мулат примирительно поднял руки. — Он русский и ещё никого в городе не знает.
Странное беспокойство скользнуло по лицу хозяина. Он сделал движение, точно собираясь закрыть дверь.
— В прошлый раз парень, похожий на тебя, доставил мне много проблем, — глядя мне в глаза, проговорил он. — Боюсь, с тобой проблем будет даже больше, уж слишком ты… беленький.
Я даже не обиделся, просто впал в ступор на несколько секунд.
— И? — наконец выдавил я из себя.
— Ну вот что, русский, — не вдаваясь в пояснения, быстро заговорил Салливан. — У меня есть только одна квартира. Там живет латинос, платит триста баксов в месяц и не справляется, постоянно опаздывает с выплатами. Вдвоем вы будете платить мне пятьсот, идёт?
Я ожидал поднебесных цен, поэтому молча кивнул. Мистер Салливан крякнул и, застегиваясь, шагнул из квартиры в коридор. Джулес подмигнул мне.
— Когда освободишься, спускайся к нам, — предложил он. — Тебе понадобится какая-то работа, а я получу проценты, если приведу к боссу ещё одного человека.
— Спасибо, Джулес, — искренне поблагодарил я, подхватывая сумки и следуя за Салливаном. — Увидимся.
Мулат кивнул и первым пошёл вниз. Салливан спускался медленно, точно нехотя, я плёлся следом, цепляя сумками стены и перила. На третьем этаже мы остановились, и Салливан отпер ключом из внушительной связки дверь в квартиру, над косяком которой я с большим трудом разглядел цифру 18.
— Твой сосед на работе, — бегло оглядев квартиру, обратился ко мне он. — Вечером увидитесь. Думаю, — Салливан ухмыльнулся, — он будет очень доволен. Впрочем, это его проблемы, я никого не держу.
Я молча рассматривал однокомнатную квартирку, обставленную бедно и неуютно. В комнате была одна кровать, мне предполагалось спать на полу. Или на кровати, если я смогу выпихнуть своего соседа.
— Вот твой ключ, — Салливан протянул мне тот самый, которым он открывал дверь. — А ты дашь мне залог.
— Какой залог? — не понял я.
— Плату за месяц, пятьсот баксов. Уже пятое число, а Хорхе так и не принес мне денег. Хочешь оставаться, плати, а потом сам уж как-нибудь с ним разбирайся.
Я молча поставил сумки на пол.
— А договор? — уточнил я. — Где я должен расписаться?
— Ну да, — Салливан выудил откуда-то из кармана своих необъятных штанов целый ворох свернутых в рулон файлов. Перелистав их все, он протянул мне пустую копию договора, недовольно поглядывая на часы.
Я сел на расшатанный стул и принялся изучать бумаги. Я в свое время научился работать с деловыми бумагами, и никаких подозрений просто составленная форма обязательств у меня не вызвала. Я расписывался под копирку, копию Салливан оставил мне, предварительно получив с меня деньги.
— И ещё, русский, — шагнув к двери, предупредил меня он. — Я не потерплю шума в своем доме. Никакого шума, никаких наркотиков, никаких баб. Парней тоже. Всё ясно?
— Да.
Салливан вышел, захлопнув за собой дверь, и я опустился обратно на стул. Теперь, когда я выполнил первую миссию в незнакомом городе, я почувствовал всю тяжесть своего положения. Вот испытание, о котором, помнится, я мечтал всю жизнь, с детства. Может быть, вяло подумал я, именно ради этого я и приехал сюда. Жить в чужой враждебной стране, начиная даже не с нуля — с минуса. Впрочем, винить никого не приходилось: фирма, которая устраивала конкурс, соблазняла потенциальных работников моего возраста исключительно бесплатной визой и скидкой на билет в США. Обратный билет я должен был достать самостоятельно. Будь я моложе, студентом первых курсов, я бы попал под программу Work&Travel, и проблем бы никаких не было. По приезде в США таким товарищам предоставляют место, где жить, и место, где работать. Дальше, если есть желание остаться поглазеть на страну и поработать на неё же, разбираешься с визой через ту же фирму, и вперёд. Мне же только помогли оформить визу на пару месяцев и дали скидку. Конечно, по любым возникающим вопросам и недоразумениям я имел право обраться в эту же фирму. Или в посольство. Теоретически. По истечении двух месяцев я мог продлить визу, мне обещали помочь с оформлением всех документов.
