Второй лейтенант Уильям Паркс Уоттс, выпускник Военно-морской академии 1938 года, был моим непосредственным начальником, наставником и хорошим другом. Он содействовал мне при преодолении первых трудностей настоящей службы на новейшем и самом «горячем» линкоре ВМС США, этом «образцовом корабле». Принцип «плюнь и отполируй», безупречный вид обмундирования, сияющая золотая тесьма, традиции и правила, перчатки и кортики, социальный и военный этикет, визиты и ответные визиты, визитные карточки, выправка на высшем уровне — я через все это прошел. Несомненно, понятие «офицер и джентльмен» культивировалось офицерским составом «Северной Каролины», и я гордился тем, что принадлежал к этому братству. Билл муштровал меня и провел через все дебри Военно-морских правил, Единого Кода Военной Юстиции, множества руководств и инструкций по вопросам снабжения и финансирования военно-морских кораблей, а также ознакомил с морским этикетом и традициями. Я сам стал частью их. Он даже представил меня одной молодой леди, на которой я возмечтал когда-нибудь жениться. Так что распрощаться с Биллом мне было нелегко.
Нелегко было прощаться и с «Кэри», как с любовью называли корабль те, кто знал его.[5] В 15:15, когда меня ожидало припаркованное у самого переднего трапа такси, возле которого уже находились мои вещи, я — с приказом в кармане и со слезами на глазах — отдал честь палубному вахтенному офицеру:
— Я отбываю для выполнения приказа, сэр.
— Удачи и счастливого плавания, мичман Бийр, — прозвучали слова офицера, когда он, капитан 3 ранга Кларк и лейтенант Уоттс ответно отсалютовали мне.
Я повернулся в сторону кормы, отдал честь флагу и распрощался с «Кэри».
Полученный мной приказ от 2 февраля 1942 года был краток:
«Настоящим вы освобождаетесь от службы на борту корабля ВМС «Северная Каролина» и от всех обязанностей, которые вы исполняли. Вам надлежит прибыть в Вашингтон, округ Колумбия, и не позднее 4 февраля 1942 г. явиться к Начальнику Управления материально-технического снабжения Морского Министерства для назначения на службу».
По пути из Бруклинской морской верфи на Манхеттен к вокзалу Пенсильвания-Стейшн я старался заставить себя не думать о прошлом, а переключиться на неведомое будущее, которое приготовили мне ВМС. Я совершенно не мог представить себе, что ожидало меня впереди, и тщетно старался предугадать будущее. После долгого и беспокойного переезда по Пенсильванской железной дороге до вокзала Юнион-Стейшн в Вашингтоне я в 20:30 явился к дежурному офицеру Морского Министерства в главном здании на Конститьюшн-Авеню. Он отштамповал дату прибытия на моем приказе и снял с него копию. Посоветовав прибыть на следующий день к 08:00, он дал мне направление в офис адмирала Спира, размещавшийся во временном здании за Зеркальным прудом на углу 17-й улицы и Индепенденс-Авеню. Мне повезло с ночлегом — я устроился в Клубе армии и флота на 17-й улице у сквера Фаррагут. Отдыхая в уютном одиночестве отведенной мне комнаты, я обдумывал события дня и затем уснул с единственной мыслью — чего это ради оказался я здесь, в Вашингтоне?[6]
Четверг 5 февраля 1942 г. определил курс дальнейших событий, благоприятных для одних, неблагоприятных для других. В это утро за несколько минут до 08:00 я явился в приемную адмирала Рэя Спира и вручил мой приказ восседавшему там лейтенанту. Тот предложил мне присесть, а сам с моим приказом исчез во внутренних адмиральских покоях. Тем временем из коридора в приемную вошел еще один лейтенант, осмотрелся и стал снимать перчатки и верхнюю одежду. Я встал, представился и сказал, что вскоре должен подойти лейтенант, чтобы взять приказ у пришедшего. Мы обменялись рукопожатиями, и он сказал, что его зовут Эд Джойс. Мы сели, и он рассказал, что знал капитана Бийра из «Юнайтед Фрут Стимшип Компани» и спросил, не родственники ли мы с ним. Я ответил, что это мой отец. В свою очередь я спросил, не родственник ли он доктору Джойсу, старшему санитарному инспектору в «Фрут Компании». Он подтвердил, что это его отец. Вернулся лейтенант, и Джойс передал ему свой приказ. Лейтенант сказал, что нас ожидают и что капитан-лейтенант Хонекер «возьмет нас на буксир».
«Солененькое изречение для бюрократа», — ехидно подумал я, но тот факт, что нас ожидают, несколько приободрил меня. Пока что мы с Эдом Джойсом продолжили разговор. Эд рассказал, что в течение 6 лет был офицером на судне «Юнайтед Фрут Компани», после чего был призван на службу в ВМС. Вызов в Вашингтон он получил, находясь на Бруклинской морской верфи. Уже год, как он был женат, и теперь не знал, что сказать молодой жене — оставаться ли ей в Нью-Йорке или сопровождать его в Вашингтон. Я тоже рассказал Эду, что служил в этой же компании, но только один год, после чего был призван на военную службу в ВМС. Наш разговор прервался, когда вошел капитан-лейтенант Хонекер, представился и провел нас в соседний конференц-зал.
Здесь мы встретились с капитаном 3 ранга У. Дж. Картером. Был подан кофе, и нас пригласили сесть за стол. Я было подумал тогда, что, должно быть, только в великих ВМС так обращаются с простыми мичманами, но тут же этой эйфории пришел конец.
Капитан 3 ранга Картер не замедлил объявить, зачем мы здесь. По его словам, ВМС принимает программу, по своей сущности чрезвычайно деликатную и поэтому объявленную секретной. В Морском Министерстве она называется Проект LQ и о нем знают только те, кто непосредственно в нем участвует. Он сделал паузу и затем продолжил, что мы двое выбраны для проекта из-за нашего происхождения и характера. Затем он добавил, что это назначение считается особо опасной морской службой, но наш выбор должен быть добровольным. Если мы откажемся от назначения, то в наших официальных личных делах никаких записей о данной встрече не будет. Далее он попросил, что если по мере того, как он будет излагать подробности проекта, у меня или Эда появится решение не участвовать в нем, то остановить его рассказ.
В том, как Картер это сказал, не было ни угрозы, ни принуждения. Не выказывая особой симпатии к проекту, он подчеркнул его важность с точки зрения достижения немедленного вклада в военные усилия, указал на участие в нем президента и на надобность в таких офицерах, как мы, для решения необычных задач снабжения, призванных также помочь скрыть истинную цель проекта. Капитан 3 ранга продолжил свои объяснения, раскрывая специфику наших снабженческих задач:
— Готовится два судна с сильным вооружением. Они будут выглядеть, как обычные коммерческие суда, но будут иметь команду из военных моряков, причем весь этот личный состав будет специально подобран. Эти замаскированные под торговые суда корабли будут действовать в качестве приманки для подводных лодок, или судов-ловушек, как называют их британцы. Вы будете ответственными за снабжение и финансирование кораблей, на которые будете назначены, и, конечно, будете исполнять другие обязанности по указанию вашего командира.
На этом капитан 3 ранга Картер остановился. Поскольку мы с Джойсом не отреагировали отрицательно, он продолжил более подробно:
— Офицеры и команда будут постоянно одеты в гражданскую одежду типа той, которую носят моряки гражданского флота. Вам придется приобрести ее на деньги из корабельных фондов. Каждый из вас будет «казначеем» вымышленной компании, и у вас будет оборотный счет в «Риггс Нэшнл Бэнк» в Вашингтоне. Подсчет расходов из фонда несложен, но имеет большое значение. Как вести бухгалтерию, вы узнаете из письменных процедурных документов, которые вы получите. Оба корабля проходят переоборудование и оснащение на морской верфи в Портсмуте, Нью-Гемпшир. Один корабль называется «Эстерион» (АК100), второй — «Этик» (АК101). По плану «Эстерион» будет готов на неделю раньше «Этика». Вот краткое изложение сущности программы. И сейчас вы еще можете отказаться.
Но мы с Джойсом согласились на наше назначение. Мы задали несколько вопросов в отношении того, кто выбран командирами и основными офицерами, и еще — должны ли мы заходить для пополнения запаса топлива и других снабженческих задач только в американские порты. Капитан-лейтенант Хонекер ответил, что позже в этот же день у нас будет возможность обсудить эти и другие вопросы и получить письменные инструкции. Он сказал также, что отведет нас в «Риггс-Банк», чтобы познакомить с его президентом и решить вопрос об открытии банковских счетов.
Капитан 3 ранга Картер спросил лейтенанта Джойса, как старшего из нас, какой корабль он хотел бы выбрать. Эд ответил, что вообще ему это безразлично, но он предпочтет тот, который покинет Портсмут первым. Я, стараясь быть, возможно, не столько галантным, сколько рассудительным, возразил:
— Капитан 3 ранга, лейтенант Джойс всего год, как женился, а я холостяк, поэтому считаю честным и обоснованным то, чтобы на первый корабль был направлен я.
