смерти Евы! Нужно было просто отказаться идти сюда, и она была бы жива! Прокля́тая тварь! Теперь я точно должен выбраться! Должен рассказать, что случилось с Евой! Пусть армия, или спецслужбы, или черт знает кто еще, сравняют здесь все с землей!
Пугающее желание увидеть монстра овладело мной. Выбравшись из убежища, я тихо прошел к окну. Боязливо, очень медленно выглянул. Огромная луна плыла по серому небу. Дымка жидких облаков уже укутала блестящий диск.
Я оглядел стены. Пусто. Твари нет. Но кое-что интересное все же заметил. Пожарная лестница бежала вниз по углу здания. Начинаясь на чердаке, она вела к самому подворью.
Это был выход. Я увидел реальный шанс выбраться отсюда. Но как до нее добраться? Лезть по карнизу? Слишком опасно. Полминуты я переваривал мысль о лестнице и наконец решил. Нужно попробовать через чердак. Пожарные люки должны быть по обоим концам коридора. Но, пролет с ближней стороны перекрыт решеткой. Остается только вернуться к обвалу. И молиться, чтобы люк был открыт, лаз к нему цел, а монстр не сожрал меня по дороге.
Я двинулся к обваленной лестничной клетке. Без фонарика сложно. Только лунный свет, кое-где пробиравшийся в здание, слабо освещал путь. Темнота давила на голову. Я шел медленно. Старался не шуметь. Ясно, что существо видит в темноте так же плохо, как я. Но слышит… Любой звук мог привлечь его.
Повезло. Пожарный лаз на месте, а люк распахнут настежь. Только взобравшись наверх, я понял, что мой план имеет изъян. И изъян этот во мне. Чердак оказался глухим и совершенно темным. Я сразу почувствовал, что стены давят. Не понимал, куда идти, а главное, настоящий ступор упал на плечи. Сейчас, сидя на корточках у открытого люка, мне казалось, будто детская и незатейливая боязнь темноты превращается в фобию.
Внезапно, лестничный лаз тряхнуло. Импульс по железу ударил в руку. Я глянул вниз. Это был зверь. Рассмотреть его не получилось. Только размытый силуэт во тьме да металлический лязг говорили о том, что тварь карабкается за мной.
Я судорожно нащупал дверь люка. Тяжелая пластина со скрежетом сдвинулась и грохнула, закрывая проход. Не зная, что предпринять, я просто уселся сверху. В следующее мгновенье ударило так, что я сорвался в воздух, глухо упал обратно. Крышка люка больно отбила спину, ручка-скоба ткнулась в бедро. Ногу прострелило.
Люк с силой давили снизу. Я почувствовал, как он отворяется. Заскользил спиной по его поверхности. Дожидаться пока откроешь? Как бы не так! Я вскочил и прыгнул, что было сил, прямо на крышку. Хлопо́к разнесся по чердаку. Существо под люком странно ухнуло. Я зашарил руками вокруг, ища, чем бы запереть. Наткнулся на какую-то железяку, нащупал скобы в крышке, и судорожно засунул штуку туда. Тварь тут же надавила, но люк не поддался.
Долго раздумывать было нельзя. Тьма давила, страх ползал по коже. На одной только силе воли, на желании спастись, я сделал первый шаг. «Ты не достанешь меня, зараза! Только не здесь, только не теперь!» – процедил сквозь зубы.
Быстро, как мог, двинулся вперед. Выбирал маршрут наугад. Сначала, под ногами хрустело. Через секунду ступил во что-то, вроде ваты. Должно быть – утеплитель. Больно наткнулся на стропило. Сильный удар в люк грянул сзади. Я вздрогнул, глухой стон застрял в горле. Шаг, еще шаг. Грохот! Следующий шаг… Куда? Куда идти? Дернулся, было вправо, потом, куда-то влево. Стал думать, что хожу во мраке кругами.
Внезапно я почувствовал, как пряди на лбу зашевелил легкий ветерок. Сквозняк гулял по крыше! Где-то рядом выход! Пошел дальше уже не вслепую, ориентируясь на струйки свежего воздуха. Наткнулся на ступеньки. Так обрадовался, что чуть было не вскрикнул. Поднялся, взошел на площадку, уперся в стену. Что это? Гладкая, шершавая, как дерево. А вот дверная ручка! Такая эйфория поразила мозг, что на этот раз, я чуть не расплакался. Дернул – не поддается. Стукнул плечом – не поддается! Нащупал маленький навесной замок. Грязно выругался.
Страшный грохот пронесся по чердаку. Заскрежетало железо. Я обратил невидящий взгляд обратно. Выдержал ли люк? Непонятно. Еще удар! Пока держится! Я с силой толкнул дверь. Отступил, больно наткнулся затылком на стропило. Ударил ногой. Сдвинулась. Я ощупал дверь, косяк, потом замок. Появился небольшой зазор, холодный воздух ключом пробивался с той стороны. Замочная скоба разболталась. Когда ударил ногой еще раз, услышал, как люк позади отворился. Когти громко скрежетали о металл.
Страшная паника, чуть было не подогнула колени. Воздуха в легких не осталось. Жуткое ощущение того, как что-то неестественное, вот-вот вгрызется в спину, прилипло ко мне. Я крикнул и ударил плечом. Это усилие отдалось страшной болью в руке. Пришлось сильно стиснуть зубы. Дверь поддалась. Выход на крышу раскрылся передо мной, словно портал в другой мир. По сравнению с тьмой подвала, ночь показалась молодыми сумерками. Я выбрался на крышу. Слышал, как быстрый топот устремился за мной.
«Ви-и-итя-я-я!» – истерически крикнуло чудовище. Я захлопнул дверь. Судорожно осмотрелся, заблокировать нечем. Нащупал ручку. Железные скобы. Что делать? Куда? Вперед? Нет, догонит. Я отскочил от двери и отчаянно спрятался за шахту выхода.
В следующее мгновение грохнуло так, что уши заложило. За шиворот посыпалась штукатурка. Только сейчас я понял, что почти не могу шевелить правой рукой. Скрюченная, она бесполезно прижалась к торсу, отдаваясь тупой болью при движениях.
Услышал негромкие шлепки. «Шаги!» – догадался я. Тут же, уже сознательно, задержал дыхание. Существо мягко зашлепало по крыше. Звук сначала отдалился, а потом приблизился так, что я услышал, как оно дышит. Чудовище было здесь, за стеной, у шахты. На полтора метра ближе, и тварь найдёт меня. Быстрое дыхание зверя напомнило мне о кислороде. Я ощутил давление пустоты в груди. Если не выдержу – умру! Еще мгновение, прошу, отойди! Словно бы послушавшись моей мысли, тварь торопливо отбежала куда-то подальше.
Набравшись смелости, я негромко отдышался. Потом, набрался уже наглость и сдвинулся. Джинсы шаркнули о толь. Я застыл. Прислушался, ничего. Двинулся снова. Медленно выглянул из-за стены и наконец увидел его.
Бледное и безволосое оно очень отдаленно напоминало человека. Сухопарое тело возвышалось над землей на четырех длинных и стройных конечностях. На нетолстой шее покоилась округлая голова. Ни ушей, ни глаз, ни даже носа. Чистая, как шлем, она вызвала отвращение своей неестественностью. Усугубляя впечатление, жуткое «лицо» раскрылось широкой клыкастой пастью. Тонкий пильчатый язык скользнул наружу, и тут же скрылся. Тварь громко щелкнула зубами, а потом, даже как-то грациозно, засеменила к краю крыши. Странным, явно ненужным ей движением, будто бы
