виску, одновременно разрывая дистанцию.
Легендарный наемник посмотрел мне в лицо, глаза его сузились.
Целиться в него нет смысла, с такими опытом и железом он все равно успеет уйти с линии огня, разорвать дистанцию и отобрать у меня оружие. А вот так вот, если палец на спуске хоть немного дернется, то я прострелю себе башку. А ему этого, понятное дело не хочется.
Я был на сто процентов уверен в том, что выстрелю. Эта история должна подойти к финалу, и сейчас едва ли не лучший вариант для этого.
Да и не хотелось мне отдавать свое тело. Хрен знает, одно дело, если я просто умру, исчезну. А совсем другое, если окажусь заперт в голове Князя. Буду все видеть, все чувствовать, но поделать ничего не смогу. Это хуже смерти, это совсем не правильно. Лучше уж действительно пустить себе пулю в башку.
— Ну и зачем? — спросил он. — Это же все равно бесполезно. Да и не рационально.
— Да мне похуй, — ответил я. — Тебе мое тело точно не достанется. Дернешься — прострелю себе башку.
— Настолько не хочешь отдать мне тело, что готов застрелиться? Парень, ты был для этого рождён. Прими свою судьбу.
— Ебал я такую судьбу, — ответил я.
А через несколько секунд рядом с нами остановились две полицейские машины. Похоже, что они ехали на вызов к башне, но увидели, как двое парней выясняют отношения, да еще и с огнестрельным оружием. Хотя, что более вероятно, заметили валяющийся на земле экзоскелет.
Наверняка уже работает план-перехват, окрестности Новой Москвы-сити оцеплены, а всех, кого встречают, хватают под белы рученьки и тащат в управу. Жилых домов тут нет, пиджаки не потерпели бы такого соседства, а почти все заведения в два часа ночи закрыты. Особо не спрячешься.
Я упустил свой шанс покинуть место устроенного мной теракта. Впрочем, сейчас появление полицейских мне только на руку. Справиться с ними реально, разобраться же с Князем…
Легавые высыпали из машин и попрятались за ними, тут же взяв нас на прицел. Их было шестеро, все они оказались вооружены. Пистолетами, что дает мне какой-то иллюзорный шанс в схватке с ними. Правда с такого расстояния они легко попадут мне в голову.
— Оружие на землю! — послышался громкий крик. — Руки за голову и на землю, сука, быстро!
— Все в порядке! — крикнул Князь, поднимая руки. — Это мой сын! У него приступ киберфрении! Дайте мне поговорить с ним!
Вот ведь ублюдок, пиздит, как дышит!
Недолго думая, я вскинул пистолет, целясь в наемника и трижды утопил спусковой крючок. Все три пули пробили куртку на его груди, но отрикошетили в разные стороны.
Попадание в грудь. Броня не пробита.
Надо же, а сейчас интерфейс сработал. Что же с ним такое, почему он никак не реагирует на рукопашный урон?
Одновременно с моим последним выстрелом мне в грудь впилось два электрода, а тело мое свело судорогой. Я упал на землю, чувствуя как по моей щеке течет пена.
Внимание! Поражение электрическим током! Немедленно покиньте опасную зону!
Краем глаза я увидел, как Князь вырывает из своей груди два электрода и швыряет их на землю. Тут же в него выстрелили еще, но он, не обратив на это никакого внимания рванул прочь, расшвыряв полицейских, словно шар для боулинга кегли.
Почему он не убил их?
Эти несчастные точно не смогли бы ничего ему сделать. Даже без оружия он справился бы с ними за несколько секунд. Может быть, дело было в том, что в километре отсюда было еще несколько машин? Или в том, что почти все полицейские города сейчас находились тут, в этом районе?
Мое тело перестало сотрясаться от разрядов тока, но через секунду на запястьях у меня защелкнулись наручники. После чего меня подняли и потащили в сторону машины.
Но тут я уже не выдержал и потерял сознание.
Глава 2
Я попадал в полицию не в первый раз в жизни. Впрочем, прошлые мои визиты в управу были связаны либо с нахождением в состоянии алкогольного опьянения, порочащем человеческое достоинство (я не шучу, в протоколе мне именно так и писали), либо с драками со сверстниками.
Естественно, что за такие вещи в тюрьму никто никого не сажает. Продержат до утра и выпустят, потому что при всем огромном количестве тюрем, построенных в России, места в них остались только для отъявленных негодяев. Вроде меня, потому что я с точки зрения закона такой и есть.
Как там говорил Чех? Ты не преступник, пока не попался. Ну что ж, настало мое время.
Проблема в том, что в тюрьме я не протяну и недели. Меня попросту удавят, уж слишком много дел я натворил за последнее время.
А вот в помещении для допросов я находился впервые в жизни. Раньше меня как-то смысла не было сюда таскать.
Меня привели в пустую комнату с бетонными стенами, и приковали наручниками к столу. Причём, это были не обычные наручники, а усиленные, как раз для тех, кто носит боевые импланты. Порвать их, конечно, при желании можно, да только что потом делать-то? Свобода до первого же выстрела из тазера.
Доступа к сети тоже нет. Полиции даже не нужны блокирующие чипы, у них есть админский доступ к любой легальной деке, и возможность отключить все, включая телефон. Была бы у меня левая дека, можно было бы что-то придумать, а так…
Напротив меня сидела симпатичная девушка в серо-синей полицейской форме и с погонами, на которых была одна большая звезда. Это, кажется, майор, да?
Рыженькая, скуластая, с веснушками на щеках. Фигурка точеная, форма это только подчёркивает. Наверняка немало времени проводит в фитнес-клубе.
— Евгений Петров, двадцать четыре года, — проговорила она. — Через неделю исполнится двадцать пять.
Как это? Я прикинул и понял, что она права, мне действительно скоро двадцать пять. С другой стороны, эта дата ничего не значит, все равно ее придумали. Да и может ли быть день рождения у того, кого вырастили в пробирке?
— Или мне лучше обращаться к тебе, как к Молодому? — спросила девушка.
— Не, ну я, конечно, не старый, — я фыркнул. — Но это не повод называть меня так. Думаю, тут много моих сверстников.
— Рабочие места. Компания «Кристал», Ростелеком, а потом… Служба безопасности «РосИнКома». Интересно, особенно если учесть, что никаких записей о службе в
