такого тона. Холодного, твердого и властного.
Будто поняв человека, крыса подалась назад, дернулась. Миг, и ее уже будто и не было.
– С ума сойти можно. – Мишка смотрел на пустой теперь угол с искренним изумлением. – Крысы, блин… Сонь, ну, ты как? Она ушла. Уже все хорошо…
– Да, – девушка облегченно выдохнула и даже попыталась улыбнуться. – Вы все ее видели. Вы видели!
И, вытирая лицо, она добавила, почти счастливо:
– Значит, я еще не сошла с ума…
– Соня, прекрати. – Света тоже уже была рядом, улыбалась, усаживала подругу в кресло. – Ты не можешь сойти с ума. Ты по жизни всегда была невменяемая.
– Вот точно, – поддакнул Мишка. – Ты, кстати, как тут оказалась?
– Был кошмар, – призналась Софья. – И я пошла на кухню, выпить шоколада. Простите, что всех вас разбудила.
– Вообще-то я лично еще не спал, – деловито сообщил ее друг. – Работал.
– Ночью? – удивилась девушка. – Я думала, для художника важен свет…
– Лунный свет тоже подходит, – разумно рассудила Света. – Тут все сложно у них, у творческих личностей. Как вдохновение приперло, так и беги.
– Вот-вот, – поддакнул Мишка. – А ты, Светка, чего вскочила?
– Так почти шесть уже, – она пожала плечами, будто ответ был очевиден.
– И что? – не понял друг.
– Мне на работу к девяти, – пояснила девушка. – Пока вымою голову. Пока позавтракаю, посмотрю что-нибудь. И до города еще полчаса ехать.
– Сонь, ты не бойся, – решительно заверил художник. – Ты точно с ума не сойдешь. У нас уже есть одна сумасшедшая. Две на один дом слишком много.
– Вместе с ума не сходят, – поддержала его Света. – Кстати, уж коль мы тут все. Что там про шоколад говорили? Вроде еще пироженки оставались в холодильнике и клубника.
– Рань несусветная, а вас на изыски тянет, – усмехнулась более-менее пришедшая в себя Софья. – Хотя… встреча с крысой такого стоит. Надо стресс заесть.
– Я пошла готовить! – Света уже направлялась в кухню.
– А потом будет ныть, что у нее лишние килограммы, – наигранно ворчливо заметил Мишка.
– Ей это идет, – ласково возразила Софья.
– Это да, – удовлетворенно отозвался друг, усаживаясь на диван. – Вы у меня обе умницы и красавицы.
Ранний завтрак получился удивительно теплым и каким-то особенным. Они уплетали сладкое с ягодами, запивая все это горячим шоколадом. Софье было просто хорошо в эти минуты. Друзья рядом, им весело и вкусно. Даже ночной кошмар отошел на задний план, пусть и не забылся.
– Но крысы в доме – это все же как-то странно, – заметила Света, пытаясь рассчитать, влезет ли в нее еще одно пирожное.
– Да ладно вам, – отмахнулся Мишка. – Это же не пентхаус в высотке, а простой дом. На земле стоит. Ну да, хороший и добротный. Но… короче, забежала какая-то залетная. Бывает.
– Непуганая какая-то крыса, – задумчиво сообщила подруга.
– Вот именно, – согласилась с ней Софья, тут же теряя свое только оберетенное хорошее настроение. – Она была здесь, когда я пришла.
– Совпадение, – твердо возразил ей друг. – В твоем кошмаре тоже были крысы?
– Нет. – Девушка отодвинула свою чашку подальше. Аппетит пропал.
– Снова все то же? – сочувственно поинтересовалась Света. – Или что-то еще прибавилось?
– Снова лес, – коротко отозвалась подруга. – Пока только лес. Когда меня еще не поймали.
– Ясно. – Мишкин тон снова стал каким-то обреченным. – Сонь, надо что-то делать. Это все как-то слишком. Ладно, я мог бы начать тебе говорить, что ты работаешь как проклятая целыми днями. Это ваше расширение и все такое. Увещевать, что это стресс и прочее. Но… Блин, это надо как-то закончить.
– Как? – отчаянно поинтересовалась девушка. – К психиатру сходить?
– Зачем так сразу? – вступилась Светка. – Ты не сходишь с ума. Просто… Все эти твои кошмары, они какие-то слишком логичные. Ну, на психоз не похоже. Может… Ну, не знаю… К экстрасенсу?
– Отлично! – всплеснул Мишка руками. – И что? Какой-то там мошенник будет ей внушать, что она видит свою прошлую жизнь?
– А может, это и правда прошлая жизнь, – упрямо отстаивала свою идею подруга. – Вот… Миш! Ты же все-таки историк по образованию. Вот и давай! Ты же можешь определить, когда это все случилось. То, что ей снится.
– Светка, – он закатил глаза, – я даже промолчу, что учился я давно и не слишком хорошо. Это мелочи. Дело в другом, и я тоже это уже не раз говорил. Историки-профессионалы отличаются от историков-любителей. Помнишь чем?
– Тем, что историк-любитель изучает досконально только какой-то один исторический момент, а профессионал просто понимает саму суть исторических процессов, – дословно процитировала друга Софья. – Это реально странная затея. Как там вообще можно хоть что-то определить?
– Верно, – поддержал ее Мишка, но тут же сбился. – Кстати, а что там все-таки? Ты же там где-то находишься, во что-то одета. Может, что и будет понятно. Хотя бы примерно.
Подруга только невесело усмехнулась.
– Конечно! – саркастично выдала она. – Понятно ему будет. Попробуй. Сначала идет лес. Как сегодня. Там туман и темно. Наверное, где-то рядом болота. Такое тебе о чем-то скажет?
– А деревья там какие? – жадно кинулась расспрашивать Светка. – Лиственные или хвойные?
– Высокие и темные, – описала Софья как могла. – Их почти не видно. Они будто расплываются.
– Ну а одета ты как? – продолжала подруга.
– На мне длинное тяжелое платье. – Тут Софья могла описать что-то конкретнее: – Кажется, оно темно-бордовое. С богатой вышивкой. Золотом. Оно очень неудобное. Рукава узкие. Корсет… Кажется, нет. Но нижние юбки точно присутствуют.
– Декольте? – деловито уточнил Мишка. – Хотя бы историю костюма я помню.
– Нет там декольте, – послушно вспоминала она. – Простой такой вырез под горло. И нижней сорочки нет. Лифчика тоже. Кстати, вся эта вышивка царапается. И нашивки тоже. Такие… похожи на геральдические. Пуговицы еще здоровые.
– Пуговицы? Или бляшки? – Судя по тому, как друг хмурился, описание наряда ему ни о чем не говорило.
– Понятия не имею, – пожала Софья плечами уже немного раздраженно. – Но платье ужасно. А еще обувь. Мягкая слишком. Ногам больно. Тряпичная, что ли, или на очень тонкой подошве.
– Нет, такое точно не определишь, – сдался Мишка. – Нетипичный какой-то наряд. Ну а если не лес?
Вот эту часть своих кошмаров Софья вообще предпочла бы не вспоминать.
– А там пещера, – все же нехотя сказала она. – Не обычная, а такая, рукотворная. Наверное, правильно это назвать подземельем. Там темно, но горят какие-то светильники. Не электричество, конечно.
– Свечи или факелы? – деловито поинтересовался друг.
– Нет, – замотала Софья головой. – Они просто почему-то горят. Типа шары такие. И роспись есть на стенах. Лепнина. Или как там еще это называют. А! Мозаика. Проходы арочные. И посредине бассейн. Короче, водоем. С очень чистой водой. Но кругом места достаточно. И еще там маятник. И песочные
