Ван Тхо. Он служил при французах. Он много сделал вреда, прежде чем бомба его убила. Он награбил много денег в армии и купил на них бриллианты. Прежде чем он смог убежать, взорвалась бомба.
Джефф подошел к столу, взял пачку сигарет, вытряхнул сигарету и закурил. Он заметил, что руки его дрожат.
– Почему ты думаешь, что эти бриллианты принадлежали генералу? – спросил он, досадуя на непредвиденное осложнение. Сразу вспомнилось, что Хоум был горячим сторонником существующего режима, а на кухне у него висела фотография президента Нго Дин Дьема. Он вспомнил также, что два раза в неделю Хоум посещал курсы политических наук, и сразу же оценил значение этих обстоятельств. Да, чертовски не повезло, что в комнате оказался этот маленький вьетнамец!
Следует тщательно обдумать положение, размышлял Джефф, если он намерен сохранить бриллианты, а именно это он и собирался сделать.
– А кому бы еще могли они принадлежать? – спросил Хоум. Он подбирал бриллианты и складывал их в ладошку. – Этот дом когда-то принадлежал Мей Чанг.
Едва слушая, Джефф продолжал размышлять. Эта маленькая свинья собирает бриллианты, как будто бы это его собственность. Если ему разрешить, он отнесет их прямо президенту.
– Кто такая Мей Чанг? – спросил он, раздумывая, как следует поступить с бриллиантами. Разумеется, не во Вьетнаме. Их следует отвезти в Гонконг, там их нетрудно будет продать.
– Она была женщиной генерала, – сказал презрительно Хоум. – Когда он умер, ее посадили в тюрьму. Это был ее дом. Генерал, очевидно, спрятал здесь драгоценности.
– Если власти знали, что эта женщина здесь проживала, почему они не пришли сюда и не нашли бриллианты?
– Думали, что бриллианты украдены, – ответил Хоум, залезая под стул за закатившимся туда бриллиантом. – Считали, что они были у генерала, когда взорвалась бомба, и кто-нибудь в суматохе взял их на трупе.
– Какая бомба? – спросил Джефф, просто чтобы выиграть время. Интересно, как можно убедить Хоума молчать? Следует быть очень осторожным. Надо найти подходящий предлог отобрать у него бриллианты и дать ему за это деньги. Джефф не мог вообразить, что Хоум откажется от денег, если их предложить дипломатично.
– Когда генерал пытался убежать, кто-то бросил в него бомбу, – ответил Хоум. Он поднялся, продолжая рассматривать бриллианты, сверкавшие у него в руке.
Джефф подошел к письменному столу и вынул из папки для бумаг конверт. Неторопливо приблизился к Хоуму.
– Положи их сюда, – сказал он, открывая конверт.
Поколебавшись, Хоум высыпал бриллианты в конверт. Он сделал неуверенное движение взять у Джеффа пакет, но тот уже повернулся к нему спиной. Джефф лизнул край пакета, заклеил его и быстро сунул конверт в набедренный карман.
На загорелом лице Хоума появилось озабоченное выражение.
– Было бы лучше, сэр, вызвать полицию, – предложил он. – Они захотят осмотреть стену. Я расскажу им, как вы нашли бриллианты. Не будет никаких неприятностей.
Джефф скомкал окурок. Он чувствовал некоторое облегчение. Наконец-то ему удалось отобрать у Хоума бриллианты. Сделан первый шаг в нужном направлении. Теперь следует попытаться убедить Хоума не раскрывать рта.
– Не надо спешить, – сказал он, подходя к креслу и садясь. – Я не думаю, что эти бриллианты принадлежали генералу. Если бы я начал выяснять, кто еще жил в этом доме, я, уверен, обнаружил бы, что бриллианты были спрятаны задолго до гибели генерала и задолго до того, как он приехал сюда. Более чем вероятно, что бриллианты генерала были похищены в момент его гибели.
Хоум не отрываясь смотрел на него. Лицо его было бесстрастным, и Джеффу было неясно, какое впечатление произвели его слова на этого человека. Это бесило его.
– Это должна выяснить полиция, сэр, – произнес Хоум. – Если бриллианты принадлежали генералу, его высочество обрадует эта находка, а вам будет оказана высокая честь.
– Ну что ж, это очень приятно. – В словах Джеффа звучал сарказм. – Но, не знаю почему, почет меня не очень интересует. Кроме того, полиция, естественно, заявит, что бриллианты все-таки принадлежали генералу. – Он попытался заставить себя улыбнуться. – Ты же ведь знаешь полицейских.
Он сразу понял, что допустил ошибку. Лицо Хоума стало враждебным.
– Бриллианты, сэр, собственность государства независимо от того, принадлежали они или нет генералу. Никто, кроме государства, не может решать, что делать с ними.
– Это ты так считаешь, – возразил Джефф, его голос звучал отрывисто и грубо. – Я мог бы продать их. Естественно, я бы дал тебе долю. Ты мог бы стать богатым человеком, Хоум.
Хоум не двигался. Его черные глаза выражали удивление.
– Продавать бриллианты незаконно, – сказал он.
– Власти ничего не узнают об этом. Я продам бриллианты и дам тебе часть денег.
– Я думаю, было бы лучше сообщить полиции, сэр, – не соглашался Хоум.
– Разве тебе не хочется быть богатым? – Джеффу стала ясна бесполезность его попыток подкупить слугу, но он не собирался уступать без борьбы. – Ты мог бы иметь собственный дом и слуг. Ты мог бы жениться на девушке, с которой сейчас встречаешься. Ты мог бы купить автомобиль.
Хоум пожал плечами.
– Бриллианты, сэр, не мои и не ваши, чтобы продавать их. Они принадлежат государству.
Слепая ярость охватила Джеффа. У него в кармане лежит миллион долларов, а из-за этой проклятой желтой обезьяны деньги будут потеряны. Но есть же выход из этой ситуации! Не отказываться же от миллиона долларов!
– Простите, сэр, – сказал Хоум. – Сегодня у меня свободный вечер, и я назначил свидание.
Как вспышка молнии, сознание Джеффа пронзила мысль, что, выйдя из комнаты, Хоум сразу же обо всем расскажет повару Донг Хаму, затем побежит в полицию, и не пройдет десяти минут, как дом будет наполнен полицейскими. Он вскочил на ноги и загородил дверь.
– Подожди минуту, – сказал он. – Ты не раскроешь своего вонючего рта, или я сдеру с тебя шкуру.
Он не представлял, каким страшным был его гнев. Огромная, возвышавшаяся, как башня, фигура, решительное и злобное выражение лица, свирепость голоса наполнили Хоума паническим ужасом. Только одна мысль владела вьетнамцем – покинуть комнату и рассказать полиции о бриллиантах. Он метнулся в противоположный конец комнаты, между ним и Джеффом оказался стол, а затем резко и неожиданно бросился к двери.
Несмотря на внушительные размеры, частые выпивки и отсутствие тренировок, тело Джеффа все еще сохранило проворность.
В тот момент, когда потная рука Хоума схватилась за дверную ручку, пальцы Джеффа вонзились в его плечи. Чудовищная сила этих пальцев напугала Хоума. Ему показалось, будто стальные клещи разрывают его тело. Невыносимая боль заставила его закричать пронзительным криком испуганного кролика. Хилое тело Хоума беспомощно билось в могучих руках Джеффа. Он открыл рот и снова пронзительно закричал.
Огромная рука Джеффа зажала
