Наконец отметим, что любить ближнего, как самого себя, значит быть привязанным к нему и единым с ним как с самим собой. Милостив тот – мы можем сказать, вторя авве Евагрию, – «кто считает себя единым со всеми, поскольку он желает видеть в каждом без исключения самого себя».[50]
Важнейшим условием любви к ближнему является уподобление Богу, насколько это возможно: Любовь до того совершенства достигает в нас, что мы имеем дерзновение в день суда, потому что поступаем в мире сем, как Он (1 Ин. 4, 17). Для человека это значит в отношении с ближними подражать любви Лиц Святой Троицы Друг к Другу. Пример нам подает Сам Христос: Как возлюбил Меня Отец, и Я возлюбил вас (Ин. 15, 9).
Мы можем подражать любви Бога к человеку следующим образом:
• Любви Отца, Который предал Своего Сына в жертву за нас: Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного (Ин. 3, 16); Любовь Божия к нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь через Него. В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши. Возлюбленные! если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга (1 Ин. 4, 9-11).
• Любви Сына, Который ради людей добровольно воплотился, претерпел страдания и умер на Кресте. «Ради любви, – пишет преподобный Максим Исповедник, – Сам Творец природы облекается в нашу природу».[51] О том же говорит святитель Иоанн Златоуст: «Из любви сошел к нам возлюбленный Сын Божий».[52] А также апостол: Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками (Рим. 5, 8). Сам Господь заповедует, что Его любовью к нам мы должны любить наших ближних: Да любите друг друга; как Я возлюбил вас (Ин. 13, 34); Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга, как Я возлюбил вас (Ин. 15, 12). И апостол наставляет: Живите в любви, как и Христос возлюбил нас (Еф. 5, 2).
• Любви Святого Духа, Который подает людям Божественную благодать и является источником их взаимной любви и любви к Богу (см.: Гал. 5, 22).
В основе тезиса, что совершенная любовь состоит в том, чтобы в равной степени любить всех, лежит тот факт, что Господь любит всех без исключения и любит одинаково. Люби́те не только тех, кто любит вас, но и врагов ваших, заповедует Христос, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных (Мф. 5, 45), ибо Он благ и к неблагодарным и злым (Лк. 6, 35). Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48), и будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Преподобный Максим Исповедник комментирует слова Спасителя: «Господь наставляет: Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас (Мф. 5, 44). Почему повелел Он это? – Для того, чтобы освободить тебя от ненависти, скорби, злопамятства и удостоить великого стяжания – совершенной любви: ею не может обладать тот, кто не любит равно всех людей, подражая Богу, равно любящему всех и хотящему, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины (1 Тим. 2, 4)».[53] Святой Максим добавляет: «Так и Господь и Бог наш Иисус Христос, являя Свою любовь к нам, пострадал за все человечество и всем равно даровал надежду воскресения, хотя каждый делает себя достойным либо славы, либо [вечного] наказания».[54]
Еще одна причина, по которой христианская любовь есть равная любовь ко всем, заключается в том, что все люди равны, у всех одна и та же природа. «Все мы – от единой сущности и члены друг другу. Потому должны мы всей силой любить друг друга», – наставляет преподобный Антоний Великий.[55] Об этом же говорит преподобный Максим Исповедник: «Совершенная любовь не разделяет единого естества человеков соответственно их различному внутреннему настрою, но она всегда обращает свой взор на это единое естество и равно любит всех людей».[56] Святой обращает внимание на то, что христианская любовь также призывает почитать ближних, чего «требует природный логос, возводящий в закон равенство чести, отсекающий всякое неравенство природы, которое ложно усматривается в каждом человеке по предубеждению, и заключающий в себе всех силой единой тождественности».[57] Преподобный пишет: «Совершенный в любви <…>, не ведает различия между своим и чужим, верующим и неверующим, рабом и свободным, и даже между мужским и женским полом <…>, и, взирая на единое естество человеческое, он равно на всех смотрит и ко всем равно расположен».[58] Святой вспоминает Авраама, который благодаря своей любви удостоился видеть Бога, «отринув свойство разделенного и делимого и никакого человека не считая более другим и отличным от себя, но узнавая всех в одном и одного во всех».[59] Аналогичный пример нам подают все святые, которые, как пишет святитель Иоанн Златоуст, «заботятся не только о себе самих, но обо всей вселенной, как об одном доме, и молят Бога обо всех людях, как об одном теле».[60] Об этом говорят и современные православные святые. Преподобный Порфирий Кавсокаливит (Баирактарис) однажды заметил своему собеседнику: «Разве ты не знаешь, что ты и я – это одно?»[61] – и подчеркнул, что «в этом чувстве нашего единства с другими кроется таинство духовной жизни во Христе».[62] Архимандрит Софроний (Сахаров) писал, что в молитве за весь мир «переживается единосущие человеческого рода», в ней «раскрывается нам онтологический смысл „второй заповеди“: весь Адам становится единым Человеком – Человечеством».[63]
Святой Симеон Новый Богослов желал, чтобы опыт такого единства ощутили все христиане: «На всех верных мы, верные, должны смотреть как на Единого».[64] Стремление к такому единению связано с тем, что мы, как пишет преподобный Антоний Великий, «от единой сущности», по этой причине «тот, кто грешит против ближнего, грешит против себя; и тот, кто делает зло ближнему, делает его себе; и тот, кто делает ближнему добро, благотворит себе», а также «тот, кто может любить себя, любит всех».[65] Таким
