забрать Рог Моря и отнести отцу. Тогда отец сумеет создать амулет для Ривина, чтобы защитить его от проклятья. И Лук-кас должен принести амулет. Это его цель. Это смысл его жизни. Почему же Ривин против?
А брат продолжал:
”Если заберём Рог, мы убьём их, понимаешь? Убьём! Я не хочу никого убивать! И ты тоже не хочешь. Я знаю это. Я знаю тебя, брат!”
Лук-кас попытался освободить руку, чтобы прекратить разговор. Но Ривин не дал.
“Они такие же, как мы! Смотри: вот их дома, они их украшают, чтобы было красиво и уютно. Смотри, вон лежит браслетик. Его маленькая хозяйка веселится с родителями на празднике и не знает, что ты собираешься её убить!”
“Я не...”
“Но она умрёт, если мы заберём Рог. Все здесь умрут!”
Лук-кас помотал головой, пытаясь справиться с диким ураганом мыслей.
Краем глаза он заметил движение на краю поселения. Повернул голову и увидел огромную белую акулу. Тупая жуткая морда, приоткрытый, вечно голодный рот, полный острых зубов, хищная грация идеального убийцы. За первой акулой плыла вторая. Третья. Словно что-то влекло их сюда. Дальше, в мутной глубине, угадывались уродливые силуэты морских тигров, всегда следующих за акулами, чтобы полакомиться остатками их трапезы.
“Видишь?” — безмолвно спросил Ривин.
Лук-кас, заворожённо глядя на стремительно несущихся в поселение акул, кивнул.
Может быть, брат прав? Эти существа, глядеть на которых так страшно, и правда могут сожрать кого угодно... Но отец говорил, что местные жители не важны. Что важно только будущее Ривина. Но Ривин и сам не хочет такого спасения. Отец говорил, что Ривин не понимает... но вот он, Ривин, и он говорит, что ничего не понимает тут он, Лук-кас.
Хотелось спрятаться куда-нибудь и лежать, пока вода не смоет все проблемы.
Он не хочет выбирать между отцом и братом. Но кажется, ему некуда деваться.
Невыносимо видеть в глазах в брата тревогу, боль и страх. Пусть он и не понимает до конца, что пугает брата: акулы, судьба местных жителей или сам Лук-кас.
“Ладно, давай вернёмся”.
Они развернулись и поплыли обратно к храму. Лук-кас совсем не устал, хотя никогда не плавал так много. А вот Ривин выглядел неважно. Непомерная нагрузка, мысленная речь и спор утомили его, и Лук-кас то и дело косился на брата: не придётся ли тащить его на себе?
Однако до храма Ривин доплыл сам и даже новое ускорение наложил на себя, чтобы не отставать.
Лук-кас заплыл внутрь. Ривин, ведомый любопытством, попробовал протиснуться между колонн вслед за братом, но не сумел. Вроде бы и зазор солидный, но пройти сквозь него не получается.
Вспыхнули фонарики и гирлянды на домах и вокруг них. Хищники зловещими тенями устремились прочь от поселения. Значит, Рог вернулся на место!
Выплывший из храма Лук-кас выглядел растерянным и подавленным. Но это пройдёт, а вот убитые хищниками морские жители — это навсегда.
Лук-кас жестом показал:
”Плывём наверх!”
Ривин кивнул. Он даже не представлял, что скажет отец, но сейчас это неважно. Важно выплыть и вдохнуть свежий воздух. Дышать под водой становилось всё сложнее. Не потому, что Усмирение вод таяло, а потому, что толща воды давила на Ривина. Казалось, он задохнётся, раздавленный её чудовищным весом, несмотря на всю магию мира.
Лук-кас вдруг встрепенулся и, схватив брата за руку, сказал:
“Марины возвращаются!”
Ривин повернул голову туда, куда показывал брат свободной рукой, и увидел быстро плывущих в поселение морских обитателей.
“Скорее!”
Но Ривин уже понимал, что им не успеть. Даже с ускорением он плавает медленнее брата, а тот наверняка уступит любому из маринов, выросших в родной стихии.
Всё же они поплыли вверх, к отцовской лодке. Вдруг марины решат сначала проверить свою деревню, а только потом поплывут за чужаками. Или вообще не поплывут?
Но марины поступили проще. Часть морских жителей — в основном женщины и дети — опустилась на дно, к поселению, а мужчины продолжили преследовать чужаков.
Ривин скоро совсем выбился из сил. Лук-кас, обогнавший было брата, развернулся, грациозно перекувыркнувшись в воде, и вернулся к нему.
Взял за руку, положив другую на ножны с длинным узким ножом:
”Давай драться! Ты же можешь наслать на них ужас! Или заставить их наброситься друг на друга! Ты ведь такой же сильный, как отец, а он может!”
Ривин покачал головой:
”Я не буду с ними драться”.
“Но они наверняка захотят нас убить!”
“Я не нападу первым”.
Лук-кас всплеснул руками, прерывая связь, но брата не бросил. Завис в водной толще рядом с Ривином, с тревогой глядя на приближающихся маринов.
Марины скоро догнали и окружили чужаков. Выглядели морские обитатели точь-в-точь, как описывал отец: полуголые, в тряпичных повязках, увешанные ожерельями из ракушек, в руках — короткие костяные копья. А ещё — перепонки между пальцами, жабры, огромные глаза. Всё то, чем отличался от брата Лук-кас. Но он отличался и от маринов, бледных до синевы и непостижимо изящных в воде. На их фоне Лук-кас, одетый как человек, казался странно-загорелым и по-людски неловким.
“Вы украли Рог Моря!” — громко сказал голос в голове Ривина.
Надо же, для мысленной речи марину не нужно было касаться собеседника.
Марины наставили копья на чужаков, но нападать не спешили. Если бы тут был отец, он наверняка уже наслал бы на них Слепую ярость, заставив драться друг с другом насмерть. Ривин знал это заклинание. Но, глядя в огромные глаза марина, не мог заставить себя его использовать.
Ривин покаянно кивнул и ответил:
“Мы просим прощения! Мы вернули Рог на место, и нам очень жаль, что... что так получилось!”
“Зачем вы хотели взять Рог?”
Ривин на всякий случай взял брата за руку, чтобы они могли слышать друг друга, и попытался объясниться:
“Мой отец, он хочет снять с меня проклятье. Чтобы я выглядел, как... как человек... Он узнал, что Рог можно использовать для трансформирования... — Ривин запнулся, не зная, известно ли им такое слово, — ...для магии, которая мне поможет. Он убедил бра... нас поплыть за Рогом. Но я знаю, что нельзя брать ваш Рог, он вас охраняет! И мы вернули его на место... Простите нас...”
Марины таращились на чужаков большущими глазами, то и дело моргая вертикальными веками. Потом начали переглядываться, мысленно переговариваясь и буро жестикулируя.
Время тянулось медленно-медленно, сочилось капля за каплей. Ривин думал о том, что же он будет делать, когда Усмирение Вод закончится. Лук-кас думал о том, что скажет отцу, как
