навсегда, — угрожает мне длинный парень, держась за изрядно помятые бока.
После встречи с Ризваном Курбановым и тремя его братьями, бояться худосочных малолеток глупо. Но я не хочу проблем в жизни. Мне ведь возвращаться в приют. Сдерживаюсь, чтоб не упрекнуть их, они итак униженные и обозленные, еще поколотят меня. Разворачиваюсь и бегу обратно в приют.
Забыть этот инцидент навсегда — прекрасная идея!
Глава 1
Нелли
15лет
Я сидела в небольшом библиотечном классе. Жара стояла удушливая. Открытые настежь окна детского дома впускали жирных надоедливых мух. Они жужжали у меня над головой и иногда садились на щеку. Когда крылатым удавалось меня отвлечь от "Трех мушкетеров", я хлопала себя по коже и удивлялась, как мухи пролезли через новые сетки на окнах детдома.
А в остальное время я упивалась невероятно захватывающими приключениями. Александр Дюма позволял мне забыться. Окунуться в волшебный мир Парижа семнадцатого века. И я то смеялась, прикрыв ладошкой рот, то огорчалась до слез. Когда я замерла, затаив дыхание на остром моменте захватывающей истории, дверь в библиотеку резко распахнулась. Я подпрыгнула от неожиданности и быстро спрятала под книжку подаренный мне воспитателем Сникерс.
— Нелли, там Зарина Емильяновна ищет тебя, — возбужденно воскликнула Алена. Моя хорошая подруга и по совместительству помощница управляющей.
— Я пропущу обед, — я снова повернулась к книжке. На моменте, где Д'Артаньян ввязался в драку с Рошфором совсем не хотелось отвлекаться. Тем более у меня была питательная шоколадка для утоления голода.
— Не, Нелли. Дело не в обеде. Тебя зовет к себе директриса. Говорит приехал богатый меценат. И он хочет выбрать себе ребенка. Девочку для удочерения, — медленней пояснила подруга и поправила мышиный хвостик на голове.
У меня внутри все похолодело. Мне пятнадцать. Я далеко не дура и прекрасно знала, что после пяти лет рассчитывать на опекунов глупо. В моем возрасте и подавно. Подростков отбирали только для неприемлимых для меня целей. Парней — для неофициальной работы. Обычно на стройки, в швейные мастерские, на автомобильные мойки, для тяжелых работ в сельском хозяйстве. А иногда и для темных дел — попрошайничества и торговли запрещенными препаратами.
Ну а девушек… Мне даже было страшно представить для чего. Потому что многих моих удочеренных подруг больше никто не видел.
Среди нас ходили слухи, что некоторых из них видели возле стриптиз клубов. А других постоянно в сопровождении разных взрослых мужчин, меняющихся каруселью.
— Я не пойду…скажи, что не нашла меня. Умоляю, — мои руки задрожали. Я быстро достала Сникерс и подошла к Алене. Насильно всунула ей в руки батончик, — Вот, возьми. У меня под подушкой еще спрятана шоколадка. Молочная с фундуком. Прошу Аленочка, не сдавай меня.
Слезы задрожали на ресницах и мне стало тяжело дышать. Подруга выше меня на голову и крупнее в плечах. Если она решит поволочь меня силой, то я не смогу ей противостоять.
Алена взвесила в руках Сникерс, посмотрела на него с жаждой, которая есть во всех глазах приютских детей.
— Пожалуйста, родненькая, не сдавай меня, — тише просила я и пыталась словить ее задумчивый взгляд.
— Ладно, Нелли. Только советую хорошо спрятаться. Потому что Зарина Емильяновна уже всех девчонок на смотрины переводила. Важный гость даже меня осматривал. Но он очень неприятный мужчина. От него прям веет вседозволенностью и деньгами. Поэтому, так и быть, прикрою тебя… Говоришь, под подушкой шоколадка с орехами? — уже в дверях вспомнила Алена.
Я закивала с огромным облегчением.
В этот раз пронесло…
* * *
Я схватила книжку. Прижала ее к груди как щит и подошла к окну. Боязливо огляделась по сторонам. Убедившись, что все в столовой на обеде и двор пуст, я ловко вытащила сетку из пазов оконной рамы. Легко взобралась на окно и перемахнула на улицу.
Теперь надо было быстро сбежать и спрятаться. Ведь, если я понадобилась Зарине Емильяновне, эта тучная упертая женщина меня из под земли достанет.
Я пробежала вдоль стены. Снова опасливо оглянулась. По теням кипарисов короткими перебежками добралась до высокого забора. Отодвинула лист жести, закрывающий место вылазки всех сироток на волю.
И, зацепившись за острый край металла, рванула на волю. Подол легкого сарафана треснул, как уголь в камине. Шифоновая ткань поползла стрелой к бедру, оголяя его.
Я не обратила внимание на эту неприятную мелочь. Бежала, что было сил вдоль оживленной улицы. Выскочила на перекресток и на мигающий желтый свет помчалась через дорогу. Мне вслед бикали недовольные водители. Но я не слышала их проклятий. Неслась в легких балетках вперед.
"Три мушкетера" придавали мне уверенности и сил. Конечный пункт моего побега был совсем близко. Дыхание сбилось и липкий пот струился по лбу на нос. Я стирала его свободной рукой.
Пышная вывеска "Крендель" показалась из-за угла. И я притопила.
Влетела в стеклянную дверь. В лицо морозным воздухом дыхнул кондиционер. Я чуть согнулась, пытаясь отдышаться.
Фух, успела!
— Нелли, дорогая, ты чего так бежала, будто за тобой волки гнались? — спросила меня Лидия Игнатовна. Женщина в белом чепце и вафельном переднике запаковала покупателю пару булочек с корицей и имбирем и добродушно улыбнулась мне. Ее полное лицо и глаза за круглыми линзами, внушали мне доверие. Я подошла ближе к прилавку. Дыхание с непривычки восстанавливалось медленно и в боку закололо.
— На, девочка, выпей холодного лимонада. Позвать Витюшу? — добавила она.
Я с благодарностью взяла холодный стакан и начала большими глотками пить вкусный кисло сладкий напиток.
— Да, если можно, — наконец, я смогла произнести первые слова.
Лидия Игнатовна исчезла за дверью на кухню пекарни. Я топталась в нетерпении и выглядывала на улицу.
Никаких подозрительных личностей я не замечала. Прохожих вообще было мало. Из-за июльской жары все предпочитали прятаться дома под кондиционерами.
Под книгой у меня вспрела грудь, и я ее перехватила в другую руку.
Наконец, дверь открылась, и Витя вышел вслед за мамой.
— Нелли, привет. Тебя отпустили погулять? — с радостью спросил мой друг.
Я подошла к нему ближе и шепнула на ухо, что у меня есть секретное дело, которое нам надо обсудить наедине.
Парень сразу взял меня за руку и повел за собой в подсобку.
А Лидия Игнатовна уже здоровалась с постоянной клиенткой, которая пришла за злаковым хлебом.
— Ну что опять стряслось, Нелли? Тебя кто-то снова обидел? — участливо спросил Витя.
Он был старше меня на пару лет и крупнее многих моих приютских знакомых. Я часто обращалась к нему за помощью, когда меня толкали и били парни. Витя, как герой, всегда разбирался
