я уже заскучала.
— Тогда новость, возможно, будет приятной. Ты можешь вместе со мной поехать в славный город Уральск.
Глава 2
Известие и правда чуть-чуть обрадовало Ленку. Правда, я ей поведал лишь официальную часть без своих догадок и предположений. Однако до кое-чего она и сама допёрла.
— А если в Уральске на тебя нападёт Повелитель? — спросила Ленка, раздумчиво хмуря лобик. — Это ведь крутая возможность для него.
— Тогда ты поможешь мне с ним справиться. Ты ещё не потеряла свою книгу заклятий? — иронично сказал я и открыл шкаф с сюртуками.
— Нет, не потеряла. Но я пока ещё новичок в магии.
— Да какой ты новичок? Я уже через месяц изучения магии в такой бойне участвовал, что до сих пор иногда с криками просыпаюсь среди ночи. Иной раз даже трусы менять приходиться. И ты пойми… чем раньше ты начнёшь участвовать в реальных делах, тем сильнее станешь. Я ведь не могу тебе постоянно сопельки вытирать. Тебе нужно становиться самостоятельной, независимой дамой с десятком котов.
— Да, я понимаю, — согласилась девушка и следом многозначительно прошептала: — А что с моим… возвращением домой?
— Я работаю над этим.
— Видать, плохо работаешь, — недовольно поджала она губки и сложила руки на груди, точнее там, где должна быть грудь. Боженька обделил её грудью, но задницу дал такую, что даже импотенты чувствовали шевеление в штанах.
— Тебя Анастасия не кусала? Ты заговорила прям как она. Вы обе от меня постоянно чего-то требуете-требуете. О! Не успел помянуть чёрта, а он тут как тут. Кажется, я слышу шаги супруги.
И действительно спустя несколько секунду в комнату вошла улыбающаяся княжна. Она приветливо кивнула Ленке, а потом посмотрела на меня и сказала:
— Иван, ты поговорил с братьями? Как они отреагировали?
— О-о-о! Они в полном восторге, как и Елена. Видишь, как она светится от счастья? Лампочка отдыхает, — усмехнулся я и отправил в чемодан крепкие брюки. — Гляжу, ты тоже цветёшь и пахнешь. Не будешь скучать по мужу?
— Буду, — заверила она меня, задумчиво покосилась на Ленку и, поколебавшись, добавила: — Но ты сам понимаешь, что мы должны поступать так, как того требует благо Империи. Мы же не простолюдины, думающие только о низменных вещах, будь то еда или плотские утехи.
— Что-то в твоих словах есть, — кивнул я и швырнул в чемодан перчатки.
— А чего ты сам собираешь вещи? У нас же есть служанки.
— Не хочу кому-то доверять такую ответственную работу.
— Ясно. Но сильно не увлекайся. Тебе сегодня ещё нужно хорошо отдохнуть, дабы завтра быть полным сил.
— Хорошо, матушка.
Княжна закатила глаза, а затем вышла, усиленно вертя пятой точкой.
— Странные у вас отношения, — заметила Ленка, встав с кресла. — Вы вообще любите друг друга?
— Иногда любовь похожа на войну, — мудро изрёк я и серьёзно добавил: — Ты иди, собирай вещи, да собирай их так, словно едешь в жопу мира, где полная антисанитария, а горожане ходят в шкурах. Возможно, я не так уж далёк от истины.
— Всё равно это лучше, чем торчать в столице, — неунывающе усмехнулась девчонка.
— Мне нравится твой настрой. В конце концов, ты уже адепт первого ранга. И тебе действительно нужно получать настоящую жизненную практику, а не чахнуть над книгами.
Девушка кивнула и покинула мою комнату. А я продолжил заниматься своими делами, продлившимися до самого вечера. Ночь же мне удалось провести в бурных ласках. Сегодня Анастасия была особенно горяча. И она даже соизволила отправиться вместе со мной на железнодорожный вокзал, поскольку решено было ехать поездом, чтобы, значится, меня в Уральске встретили со всеми почестями. Хотя, в теории, я мог бы переправить всех через портал. Но поезд — так поезд.
Наши автомобили быстро преодолели узкие улицы ещё спящего города и остановились около серого здания вокзала. Оно могло похвастаться стеклянным куполом с металлическим каркасом и гордо развивающимся на шпиле флагом Российской империи. И, несмотря на раннее время, в здании уже тусовался кое-какой народец, который стал приветствовать меня с княжной. Анастасия милостиво им кивала, а я шёл с каменной физиономией. За нами же двигались позёвывающие Корбутовы и невыспавшаяся Ленка, а уже позади неё печатали шаг обвешанные рунным оружием охранники и слуги, чьи руки оттягивали чемоданы.
Вскоре наша банда вышла к императорскому бронированному вагону, попирающему рельсы у отдельной небольшой платформы. Всего же состав имел семь вагонов, три платформы с пулемётами и пушками и, естественно, рабочую лошадку, то есть паровоз. Последний изрыгал чёрный дым. Он носился в прохладном утреннем воздухе и даже просачивался в гостеприимно распахнутую дверь нашего вагона.
Вдруг из вагона с чувством собственного достоинства вышел чопорного вида господин с глубокими залысинами, седой бородкой-клинышком и худощавой фигурой.
— Доброе утро, ваша светлость, — поздоровался с княжной незнакомец невероятно выхолощенным голосом. Он, наверняка, как вампир-душнила, способен был высосать жизнь из любого разговора. — Моё имя Модест Мстиславович Пожарский. Барон. Маг жизни. Магистр третьей ступени.
— Рада знакомству, сударь, — прощебетала Анастасия и протянула барону ручку.
Тот галантно облобызал её, косясь на меня серыми глазами навыкате. А я подметил, что его высокомерная физиономия оказалась удивительно похожа на лошадиную морду. Кажется, он по папеньке Пожарский, а по маменьке Пржевальский.
— Иван Макарович Белозеров, князь-некромант, — отрывисто представился я, выразительно глянув на слуг. Те все поняли и потащили наши вещи в вагон.
К сожалению, лишь один слуга поедет с нами, а остальные останутся в особняке. Однако в Уральске мне должны выделить другую прислугу. В целом же, помимо нас, в поезде помчаться только дворяне, обслуга и охрана.
— Моё почтение, ваша светлость, — учтиво изрёк барон, переложил тросточку из одной руки в другую и приподнял котелок.
Я кивнул и представил своих спутников:
— Это моя помощница — сударыня Елена Озерова и братья: Алексей и Александр Корбутовы. Вы, наверное, слышали историю о том, как мы стали родственниками?
— Да-да, слышал, — проронил барон, раскланялся с Корбутовыми и окинул их высокомерным взглядом, словно увидел дерьмо на своей штиблете. — Граф Безбородов сказывал мне, что один из Белозеровых оказался вскормлен захудалым родом из провинции.
— Граф ошибся. Корбутовы — не захудалый род, — постоял я за честь семьи, раз уж сами Корбутовы заметно оробели перед дворянином калибра Пожарского.
А тот будто специально подчёркивал громадную пропасть, лежащую между ними. Принял горделивую позу и надменно выдвинул нижнюю челюсть. Мол, он потомственный аристократ с сильным даром, а они только благодаря воле случая выбрались из свинарника на свет божий.
Однако вслух он ничего из этого не сказал, а расплылся в улыбке и проронил:
— Вы, несомненно, правы, ваша светлость. Граф Безбородов ошибался, — следом Модест Мстиславович похлопал себя по карману жилетки и вытащил из него золотые часы на цепочке. Они были настолько блестящими, что любая сорока душу бы отдала лишь бы завладеть ими. — Скоро отбытие, судари.
— Авось успею выкурить папироску, — негромко проговорил Лёха, украдкой сердито поглядывая на лыбящегося барона.
— Папироски — вредны для здоровья. Я вот табачком совсем не увлекаюсь, сударь. И вам советую, — выдал Пожарский, а затем посмотрел на княжну и произнёс: — Безумно рад был познакомиться с вами. Надеюсь, жизнь будет ко мне благосклонна, и мы ещё не раз встретимся. А пока позвольте мне оставить вас.
— До встречи, барон, — проворковала Анастасия, снова подав ручку магу.
Тот опять поцеловал её сухими, серыми губами и степенно вернулся в вагон. И его уход будто бы сбросил с плеч Лёхи невидимый камень.
Корбутов выпрямился, дёрнул головой и враждебно проговорил:
— Ишь какой ферзь. Язык, что помело. Не нравится он мне. И ежели бы не приказ нашего любимого императора, то я бы уже бил его лошадиную рожу. Ещё и папироски мои обхаял.
— Небось, барон их не курит, поскольку знает, что делает с лошадью капля никотина, — с усмешкой вставил я.
К сожалению, только Ленка оценила мою шутку. Она весело хохотнула. Корбутовы же недоумевающе переглянулись. А вот посерьёзневшая Анастасия приподняла бровку и спросила:
— А что она с ней делает? Впрочем, неважно. Важнее то, что барон — великолепный маг. Вам следует сблизиться с ним.
— Нас может сблизить лишь братская могила, — еле слышно проворчал Лёха, жадно дымя папироской.
— Конечно, сблизимся, дорогая, — усмехнулся я и поцеловал жену в щёчку. — До скорой встречи.
— До скорой встречи, — улыбнулась Анастасия и величаво пошла прочь в окружении охраны и слуг.
А мы все вчетвером проникли в вагон
