о крутых тусовочных местах.
“Ага, здесь. Пиши адрес, я вызову тебе такси. Полчаса хватит собраться?” – тут же прилетело от Геры.
Я взглянула на себя в зеркало. Было бы странно, если бы отражение в нем изменилось. Все та же Аннушка Маслова, как называли меня однокурсники. Бледная и болезненная. Даже косметика не спасала. С карандашом для бровей и подводкой для глаз я выглядела еще хуже. Как труп невесты из того жуткого мультика. Что я и могла использовать, не напугав окружающих, так блеск для губ и легкие румяна.
“Хватит”, – ответила я решительно и написала адрес.
– Фу-у-ух, – выдохнула, растирая похолодевшие ладошки.
Так странно, все тело горело, а ладони были ледяными.
Герман: “Заказал. Машина подъедет к девяти”.
“Спасибо!” – я пробежала пальцами по экрану телефона, открыла вкладку со смайликами, гадая какой выбрать.
Сердечко и поцелуйчик сразу отмела. Не хотела выглядеть глупо. Смущенный? Ну нет, Гера подумает, что я с ним заигрываю. Но он же и должен так подумать… Господи, как сложно. Вот – улыбка. Я добавила забавную рожицу и нажала “Отправить”.
Герман: “Жду, малышка”.
– Малышка, – я прочла вслух и засмеялась.
Все так хорошо складывалось, что… стало страшно! А вдруг Герман решил разыграть меня?.. Или… Мой взгляд устремился к письменному столу.
– Нет никаких "или", – произнесла я себе под нос.
Я была так рада сообщениям Геры, что совсем забыла про договор. И мужчину, с которым я его подписала. Сеар не обманул – он исполнил мое “глупое” желание. Это его и только его заслуга, что Герман написал. Ну что я за наивная дурочка? Возомнила себя сердцеедкой.
Настроение резко рухнуло к отметке “Завернуться в плед и смотреть сериальчик”. И еще этот договор, в котором ни слова не ясно.
Я зло дернула ящик стола за ручку, достала бумаги и захныкала от досады. Надписи на нем яснее не стали. И что за дурацкий язык?! Точно не английский. С помощью приложения на телефоне я попыталась перевести текст. Сфотографировала первый лист и нажала “Распознать”.
– Кто вообще составляет договоры на латыни? – возмутилась я, вчитываясь в перевод.
Слово по центру, что у меня вышло произнести, оказалось – договор. Все логично, могла бы и сама догадаться. А все что дальше, напоминало бред психически нездорового человека. Даже если отбросить тот факт, что приложение часто переводило коряво, но все же сохраняло общий смысл. А здесь!.. Я перечитывала и перечитывала строчки, понимая все меньше. Если я не сошла с ума, то в договоре говорилось, что я заключила сделку с принцем, а вот следующее слово так и осталось непереведенным.
– Ну и самомнение, – фыркнула я. Дальше, кажется, шли регалии принца. – Третий дух… – снова какой-то набор букв. – Легионы… властитель земель… Во что я вляпалась?! – спросила саму себя и схватилась за голову, поставив локти на стол. Из следующей строчки было ясно, что к Сеару нужно обращаться “мой господин” или “мой хозяин”. – О, мой принц, – хихикнула я, нервно почесывая кожу головы. А дальше переведенных слов было все меньше, как и смысла в тех, что я понимала.
Дзынь.
В верхней части экрана высветилось сообщение.
Герман: “Машина у твоего дома”.
Я так увлекалась, что совсем забыла о Коновалове. Я не стала оставлять договор на столе и хорошенько его спрятала между папками со старыми работами.
Я: “Иду!”
– Жуть, – охарактеризовала себя, приглаживая расческой всклокоченные волосы. – Мам, я к друзьям, – крикнула, торопливо надевая кеды.
– Так поздно?
– Ну вот так получилось.
– С ночевкой?
– Да нет.
– А что покраснела?
– Мам!
– На свидание?..
– Нет, – заверила я, закидывая в сумочку ключи, телефон и кошелек.
– Чтобы была до двенадцати. Поняла?
– Поняла, – буркнула, закрывая за собой входную дверь.
У подъезда меня ожидало такси.
– Здрасти, – поздоровалась я, сев на заднее сиденье.
По дороге к клубу я попыталась спасти свой внешний вид. Покрыла губы легкой розовой помадой и ею же придала лицу румянец. И лишь когда автомобиль остановился напротив “Бункера”, осознала: меня могут элементарно не впустить. У входа была очередь. Девушки и парни, но все же представительниц слабого пола здесь было больше. Яркие. Модные. Шикарные. И тут я.
Я заняла место в конце очереди и с усердием рассматривала носы кед.
Нужно было выбрать туфли…
– Эй! Аня! Эй!
Я вскинула голову.
Герман стоял у входа и активно размахивал руками.
– Иди сюда.
– Привет, – произнесла я несмело под десятком недовольных взглядов.
– Привет-привет, сейчас покурю и пойдем.
– Хорошо.
Он подкурил сигарету, выпустил дым. И все выглядело как-то неуклюже и нелепо. Почему я раньше этого не замечала?.. Да, я любовалась Коноваловым, когда они с парнями выходили на улицу. А сейчас даже смешно.
– Как добралась? – спросил Гера, придерживая сигарету уголком губ. – Вот черт, – ругнулся, сбивая с футболки пепел. – Новая же.
– Нормально. А футболку можно зашить.
– Я не умею. Поможешь? – он выбросил окурок в урну.
– Без проблем.
– Ну идем? – Гера указал взглядом на дверь, приобнял меня за плечи. Я боялась лишний раз вздохнуть, но не от восторга, нет. Прислушивалась к себе. Ну ничего особенного в его объятиях. Теплые если только. – Да твою мать, – парень отшатнулся, недовольно посмотрел вверх. – Голубь насрал прямо на руку, – тряхнул правой кистью, скривившись. – Не голубь, а слон. Извини. Я зайду в туалет.
Не совсем так я представляла свидание с Германом. Хоть он меня и пригласил просто посидеть с друзьями, но девичье сердечко дорисовало встречу в ночном клубе так, как ему нужно.
– Подождешь или можешь пройти к столику? Он у самого бара, – предложил мне парень, держа правую руку навесу.
– Я подожду, – ответила я, представив, как нелепо буду выглядеть, подойдя к компании Коновалова без самого Коновалова.
Парень скрылся за дверью. А мне ничего не оставалось, как ждать.
И я быстро поняла, что ошиблась.
– А что такая лапочка делает у мужского туалета, м?
М-да… только этого мне не хватало.
– Ждет своего парня, – ответила я, не глядя на говорившего.
– Жа-а-аль. Хорошенькая.
– А кто-то пьяненький, – фыркнула я, когда мужчина скрылся в туалете.
– Малышка.
– Какой котеночек.
– Ты точно ждешь не меня?..
Мне пришлось отойти от двери, чтобы не слушать сомнительные комплименты в свой адрес. Я крепко сжала сумочку в руках, вроде ее никто не пытался отобрать, но так было спокойнее.
Спустя пять минут ожидания я узнала вторую о Германе вещь. Он не только некрасиво курит, но и очень долго моет руки. Словно у него их штук шесть, а не всего две.
– А вот и я, – Гера дернул меня за локоть, пугая. – Заждалась?
– Есть такое.
