– У тебя налажена работа. Ты будешь на связи, будешь нас контролировать. Допустим… хм… час в день. Не более. Аль… Тебе на самом деле надо отдохнуть. И еще…
Аля повертела в руках пустой бокал.
– Может, не надо вот этого твоего «еще»? Как-то напряжно прозвучало. Даже очень.
– Нет-нет, раз уж пошла такая пляска, то давай доведем дело до конца.
– Звучит угрожающе.
– Есть такое дело. – Рита подалась вперед, максимально приблизив лицо к лицу подруги. – Слушай, а ты всерьез в прошлый раз, когда мы сидели в ресторане, призналась, что до сих пор девственница? Что у тебя ни с кем ни разу не было секса? Аля, сказать, что я в шоке, значит, ничего не сказать.
ГЛАВА 2
В шоке Рита…
Аля тоже.
И что? Теперь дальше не жить?
Жить и еще как.
Так получилось.
Работа, работа и еще раз работа.
Бывает и такое, как оказалось.
Алевтина не была затворницей, периодически бегала на свидания, даже пару раз начинала отношения с молодыми людьми. Но… тортики и чизкейки портили все. Не могла она отказаться от заказа, когда люди просили и ручки чесались. Не от того, что деньги получит, а от предчувствия волшебства.
И если бы дело было только в работе.
Ей нравилось целоваться с мужчинами. Ей они вообще в принципе нравились. Но как только дело переходило в горизонтальную плоскость, она точно в ступор впадала. Не позволяла себя даже раздеть! Не говоря о том, чтобы залезть в трусики.
Пробовала Аля несколько раз. Упорно и настырно. Все вокруг ходят счастливые и довольные, радуются сексуальной жизни, а она что, другая? Нет, она такая же. Две ноги, две руки. Некоторые утверждают, что даже красивая. И в компании себя чувствует уверенно, не тушуется перед мужчинами.
Она даже сама мужчин к себе приглашала – и ровесников, и даже тех, кто постарше. Тщетно.
Не возбуждалась она. От слова совсем.
Целоваться Але нравилось, даже очень. А потом все куда-то пропадало.
После развода близкой подруги и открытия «Сладкоежки» она совсем махнула рукой на мужчин. Значит, пока так. Живут же женщины в одиночестве всю жизнь. Она тоже будет. Среди корицы и ванили. Почему бы и нет?
И все шло почти хорошо, пока она, не напившись на дне рождения нового мужа Риты, не ляпнула, что девственница. Черт дернул за язык – это как раз тот случай.
Рита даже обиделась.
– Мы столько лет с тобой дружим, и ты молчишь!
– Мы не обсуждаем с тобой сексуальную жизнь друг друга, – промямлила Аля, отводя глаза и прикладывая ладони к горящим от стыда щекам.
– Конечно, не обсуждаем! А чего тут обсуждать? У меня сначала Фил был, считай, со школьной скамьи, сейчас Савелий. Но ты-то!
Потом Рита успокоилась. Как оказалось, ненадолго.
У подруги появилась идея фикс познакомить ее с достойным мужчиной.
– Вернешься с бабушкиной «побывки», и я займусь тобой, – сказала она, чмокая ее перед отъездом. – У Савелия знаешь сколько холостых и непристроенных?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Молчи. Вот просто сейчас молчи.
Аля скривила страдальческую мину. Против нее образуется заговор? Не надо ей такого счастья, вот правда. У нее заказы горят, а ей про Бусю и любовников говорят!
Бабушка жила в трехстах километрах от города. Аля добралась без происшествий. Антонина Васильевна встретила ее с чемоданами, выставленными у порога.
– Едва не опоздала.
– Но не опоздала же. Привет, бабуль.
Она поцеловала любимого человека и тотчас поморщилась, потому что острый коготь впился ее в большой палец.
– И тебе привет, Буся.
Здоровый наглый кот серо-белого окраса важно вильнул хвостом и направился к дивану, где у него было облюбовано местечко с незапамятных времен. Ладно бы породистый был, паскудник! Так нет, дворовый, приблудный, а гонору!
– Тебя отвезти?
– Я уже вызвала такси. Так, деточка, ты все помнишь? Что делать, как кормить Бусечку?
– Помню, бабуль.
– Отлично. Тогда побежала я. Спасибо, что приехала.
Антонина Васильевна нежно обняла внучку и упорхнула. Алевтина проводила ее, помогла загрузить чемодан в багажник. Лишь после того как машина с шашечками отъехала, у девушки в голове мелькнула шальная мысль, что с чемоданом в гости на неделю к подруге не ездят.
Подвоха же никакого не будет? Правда?
Первым делом Аля позвонила Рите и попросила дать полный отчет, что они делают и сделают. И что планируют. Подруга, естественно, над ней сначала постебалась, потом уже соизволила рассказать.
– Что с доставкой продуктов? Ты проверила?
– Аля…
Девушка прикрыла глаза и начала считать до десяти. Рита десятки раз за прошедший год принимала продукты, контролировала качество, и никогда не было ни единого косяка с ее стороны. Сейчас же она обижает ее своим недовольством.
– Успокойся, прошу тебя. Иди погуляй. Без телефона. Или в сад выйди. Или в баню, наконец, сходи. Я же не ошибаюсь, у Антонины Васильевны есть баня?
– Какая бань, Рит…
– Наверное, деревянная. На газу.
– Это вы с Савкой банщики. А я так…
– Тебе выдохнуть надо, Алюш. Серьезно.
– Да знаю я.
Так недолго что-то и заработать. Говорят, инфаркты сильно помолодели.
Что-то громыхнуло рядом, и Аля вздрогнула, едва не выронив телефон.
Оказалось, наглая серая морда, с которой у нее случилась нелюбовь с первого взгляда, прыгнула на высокий шкаф, успев бросить высокомерный взгляд в сторону Али.
– Смотри-смотри. А жить тебе со мной неделю. И, кстати, Буслав, ты в курсе, что это я в свое время тебя подобрала? Пожалела, обмыла и принесла ба. Не, не в курсе? Ну так теперь знай.
Чхать он хотел на ее знание, продемонстрировав свое безразличие повернутым к Алевтине хвостом.
Девушка покачала головой и подошла к окну.
Чем заняться? Огородом?
