можно одной рукой сосчитать и еще останутся пальцы. В чем же дело?
Тщательно вытирая вилку салфеткой, Рина украдкой стрельнула глазами на зеленый свитер в углу. Выправка, да. Держится с достоинством, так же уместно смотрелся бы на международной конференции какой-нибудь. Сам по себе совершенно заурядный. Ничего, за что бы уцепилась память. Волосы кажутся рыжими, жесткие и непослушно пытаются торчать в стороны, вот и все. Что же тогда удержало ее на стуле, что?.. Его глаза. Вот оно что. Они темные, с кучей тайн, смешинок и серьезности, живые, подвижные и умные. Неужели столько можно сказать о человеке по одним только глазам? Бред. На вид он вряд ли старше ее самой. Откуда такая многогранность характера?
Она — исключение. Мужчины на начале второй четверти века еще мальчишки.
Рина тряхнула головой, и ее золотистые локоны волной с готовностью прыгнули в тарелку с варениками. Девушка пробубнила недовольное «Приехали!» и поспешила новой салфеткой стереть сметану со злосчастной пряди. Ничего лучше случиться не могло. Она подавила тихий смешок над самой собой.
Зыркнув в угол сквозь ширму волос, Рина заметила, как незнакомец в зеленом свитере с темным взглядом аристократично отрезает ножом кусок омлета. Джентльмен какой! Про нож не забыл в такой-то дыре, аж на сердце тепло становится. Бессознательно присмотрелась к безымянному пальцу и отметила с удовольствием, что кольца нет.
И такое шоу со сметаной в волосах. Ну, верно: начнешь мнить о себе невероятно что — верный сигнал, что вот-вот сядешь в лужу. Все эмоции. Монстры. Прочь, адреналин. Довольно глупостей.
К счастью, творог был приличный, если не считать пастообразности, но для польской продукции это нормально.
Рина заправила прядь за ухо и обтерла салфеткой губы и зубы по старой привычке. Глупо, но так можно почти незаметно избавиться от остатков пищи. Сейчас они ей ни к чему. Что делать дальше, представляла она смутно, но отказываться от шанса узнать, почему глаза у незнакомца такие необычные, Рине не хотелось. Она человек «нью экспириенс»**, как смеялись подруги. Гм. Подруги из далекого прошлого, которое, кажется теперь, случилось совершенно не с ней.
Рина проверила планшет: ночью еще куча поездов. Спешить некуда. Заветный билет дает время.
Знакомиться самой?.. Никогда! Не в ее это принципах! Только еще более немыслимо встретить ни с того ни с сего воплощение всех своих чаяний в одном флаконе и прочесть это по глазам. Ну, не всех, конечно; пока надо понаблюдать. Только это становится интересно и многообещающе. Это не любовь, не влюбленность и даже не симпатия. А просто интригующее совпадение.
У незнакомца зазвонил телефон. Банальным трезвоном. Рина поморщилась. Это не самое ужасное, конечно… Но мог бы быть пооригинальнее. Девушка склонилась над айпадом, а сама машинально превратилась в слух. На кухне, безусловно, тут же начали подготовку к концу света, то ли взбивая бисквит, то ли отбивая мясо, то ли все сразу. В шуме удалось разобрать только весомый обрывок: «Обсудим с женой». Смех у парня был задорный и заразительный, голос глубокий и проникающий в самое сердце, но… он женат, женат, а она и уши развесила.
Девушка нервно захлопнула чехол айпада, сунула оный в сумку и поспешила убраться из закусочной восвояси.
Деревушка мелкая, но, судя по Гугл карте, железнодорожная ветка имеется прямо за углом. Рина поплелась на станцию не солоно хлебавши.
Нет, на деле, конечно, это даже хорошо, что он женат. А то начались бы амурные мучения — взаимна ли симпатия, точно ли это тот самый, как познакомиться… А так — женат, и тема закрыта. Рина досадливо обернулась вокруг собственной оси и поддала ногой камешек. Он оказался комком грязи и расползся пятном по носку светло-желтого ботинка.
Все. Чудес и других миров искать расхотелось окончательно. Верить в них стоит для себя, просто чтоб хоть иногда побыть счастливой. А, по сути, жизнь — сплошная суета и бессмыслица. Конечно, улыбаться ей лучше, чем лить слезы и тыкать пальцем недовольно, но сути подход не меняет.
Мелкий грязный вокзалишка, еще более убогий, чем в Хощно. Рина брезгливо дотронулась ладонью до скамьи, убедилась, что не запачкается, и уселась, поставив гобеленовый саквояж рядом. Старая привычка. Один человек сказал, что так всегда делает. Там, в прошлом, он был важным. Больше не важен, и никто не знает, был ли он на самом деле, а привычка осталась. Как с адреналином. Мы все состоим из мелких привычек — отголосков дней минувших. Это все, зачем нужно прошлое. Оно ткет нас, и больше ничего не делает. Но… не будем о грустном.Рина считала себя сильной и никому в плечо не тыкалась. Хотя иногда хотелось. Очень. Ну и что, что она в этом мире одна. Это не она в мире одна, а мир вокруг нее одной. Пусть иногда сюрпризы случаются не самые приятные, как сегодня, но бывают же и хорошие.
— А чего Пани здесь ждет? — появилась некто вроде уборщицы.
Рина поморщилась: чувство, что она перенеслась в СНГ 90-х.
— Поезд, — кратко улыбнулась она.
— Так… раз в неделю только и бывает, — развела уборщица руками.
Рина воззрилась на нее скептически, но почувствовала нервный тик в уголке правого глаза.
— И то товарный, — добавила вредная тетка.
Рина засмеялась, пытаясь не обращать внимания на глаз.
— Это ведь шутка?
— Нет, — возразила уборщица и удалилась, тяжело переваливаясь с боку на бок.
Девушка занервничала, придержала глаз рукой, другой судорожно выдернула планшет из сумки. Чуть не упал на грязные плитки. Да нет, вот же расписание, пять минут до поезда…На пустой вокзал вышел еще один пассажир. Рина ободрилась — наглядное доказательство, что с ума сошла не она, а
