— Это первое разумное предложение, высказанное вами за всю ночь, — заметил он и указал большим пальцем на машину. — Теперь садитесь, пока мы оба не пошли ко дну в этом потопе.
— Куда? — поинтересовался водитель.
— Старый особняк Стоунхауз на самом верху крепостного холма, — сказала Мелоди.
— Особняк? — Удивление Джеймса Логана было явно наигранным и отдавало насмешкой. — Миледи проживает в особняке, и, однако, у нее нет денег, чтобы заплатить за такси, на котором едет домой.
— Мой кошелек остался там, где проводился бал, но я с удовольствием верну долг при первой возможности.
— Не надейтесь, что я не захочу его получить, — ответил он.
— И между прочим, при всех своих достоинствах особняк Стоунхауз более двадцати лет назад перестроен под квартиры.
Логан хмыкнул и уселся поглубже на заднем сиденье, пытаясь вытянуть ноги в тесной кабине. Мелоди постаралась сжаться и занять как можно меньше места, но все же ощутила при этом исходящее от него тепло. В воздухе пахло морским туманом и зимой, этот запах смешивался с ароматом ее духов.
Она знала, что Логан наблюдает за ней в свете мелькавших за окнами уличных фонарей.
— Почему на вас этот смехотворный наряд? Это выглядит как реквизит из фильма об Аль Капоне в двадцатые годы.
— Я думала, вы знаете. Мы устроили бал-маскарад в Торговом ряду.
— В Торговом ряду? Вы имеете в виду эту улочку, где стоят баки для мусора и околачиваются местные пьянчуги? — скривился он. — Как далеко заходит теперь приличная публика, чтобы позабавиться!
— Я имею в виду улицу Кошачий ряд. Вы, разумеется, слышали о ней под этим названием. Каждый, кто хочет купить что-нибудь особенное, идет к нам в магазинчики, в наши бутики.
— Бутик? — Логан не скрывал насмешки. — Чем мог заниматься мой отец, слоняясь вокруг бутика? Это слово даже не входит в его словарный запас.
Мелоди поежилась. Она предполагала, что Джеймсу Логану известна вся подоплека ночного происшествия, что его проинформировала полиция. Хорошо, если бы это было так. Столкнувшись с его откровенной враждебностью, она не осмеливалась объяснить причины, побудившие ее и ее друзей устроить это мероприятие для сбора средств.
— Ваш отец… просто не вовремя оказался в том месте.
Но что-то в ее тоне выдало смущение. Джеймс слегка выпрямился и устремил на нее свои немигающие голубые глаза.
— Откуда у меня впечатление, что за этим событием стоит нечто большее? — мягко спросил он. — Что именно вы не досказываете мне, леди Мелоди Верс из особняка Стоунхауз?
— Ну, я бы не считала, что к моим словам можно еще многое добавить, — уклонилась она от прямого ответа, игнорируя его сарказм. — Весь город знал о бале. Всем было известно, что мы надеялись собрать достаточно денег от продажи билетов…
Она погрузилась в молчание, не зная, как продолжить, и тайком бросила взгляд на своего спутника. Его плащ был подбит цигейкой, на ногах блестели итальянские кожаные ботинки ручной работы. Каким же он был сыном, если позволял своему отцу бродить по улицам города Порт-Армстронг даже без зимней одежды, достойной этого наименования?
— Да, мисс Верс? — Он вежливо подталкивал ее к продолжению рассказа. — Вы надеялись собрать деньги, но для какой цели?
— Благотворительной, — пробормотала она и удивилась, почему его взгляд заставил ее почувствовать себя так, словно она сказала что-то неприличное.
— Итак, благотворительность, но для кого?
Она сделала неопределенный жест.
— Ну, для людей.
— Людей?
— Как я понимаю, вы не житель Порт-Армстронга, мистер Логан, — заметила она, решив противопоставить его агрессивности нечто от собственных бойцовских качеств. В конце концов, она не сделала ничего, за что ей должно быть стыдно. — Живи вы здесь, вы бы, несомненно, знали, что в городе есть люди, которые…
— Бедны? — подсказал он.
Понимая, что она ступает по слишком тонкому льду, Мелоди стала очень тщательно подбирать слова.
— Нет, дело не в этом. Правильнее было бы сказать, что они потеряли надежду или цель в жизни. И ваш отец — один из них.
— А вы решили возложить на себя задачу сделать их жизнь более благополучной, не так ли?
Ей не понравились тон, каким это было сказано, его неумолимый взгляд, устремленный на нее. И у нее вызывала отвращение легкость, с которой он старался очернить добрые намерения, обливая их презрением. Она гордо вздернула голову.
— Да, мы так решили.
Улыбка Джеймса Логана была полна злобной иронии.
— Как, должно быть, приятно содержать собственные дела в столь идеальном порядке, чтобы чувствовать себя вправе вмешиваться в дела других людей.
Таксист включил нижнюю передачу, преодолевая долгий крутой подъем на крепостной холм, затем притормозил, чтобы свернуть в боковой проезд, дугой идущий к особняку Стоунхауз. Машина замерла у центрального входа.
— Собственно, я бы не смогла именно так охарактеризовать мои дела в данный момент, — сказала Мелоди. Ее опять охватило смятение, так как возникла еще одна проблема.
— А в чем дело, Мисс Верс?
Мелоди обежала взглядом внушительный каменный фасад, темные окна, прочные парадные двери из дубовых брусьев толщиной в три дюйма. Все это освещалось только медным фонарем, висевшим под аркой главных ворот.
— У меня нет ключа, чтобы попасть домой.
Дождь барабанил по крыше такси, в свете фар сверкали косо свисающие водяные нити. Несколько секунд Джеймс Логан разглядывал их, затем перевел взгляд на лицо Мелоди.
— А соседи?
Она отрицательно покачала головой.
— Пожилая дама, что живет прямо надо мной, проводит конец недели у своей замужней дочери, а супружеская пара с третьего этажа отправилась в отпуск на Таити.
— И вам никогда не приходило в голову запрятать запасной ключ в укромном уголке — на всякий случай?
— Представьте себе, приходило, — сказала она. — Запасной ключ лежит под горшком с цветами у меня на балконе.
Ни один мускул не дрогнул на лице Джеймса.
— А от земли до балкона, конечно, не меньше шести футов?
— Собственно, все десять, — призналась она.
— Из чего я заключаю, что я должен предложить такое решение: я поднимаю вас и забрасываю через балконные перила.
— Боюсь, что так, если вы не найдете какого-нибудь иного выхода.
— Какого, например? — язвительно спросил он. — Предложить вам разделить со мною мою постель, как мы поступили с вызванным мною такси?
Лицо Мелоди вспыхнуло.
— Ну, нет! Мое положение не настолько безнадежно.
— Мое тоже, — сказал он, но тут же, кажется, опроверг собственные слова, бесстыдно проведя рукой по икре ее ноги. Потом он поднял ее стопу и положил себе на колени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
