Мет повернул голову, уже догадываясь, кого он сейчас увидит. Он хотел взглянуть только мельком. Но глаза будто приклеились к ней.
Теперь, вместо черного кожаного жакета, на мотоциклистке был красный свитер, облегающий ее великолепную грудь как вторая кожа. Мет раньше не обратил особого внимания на грудь. Его больше вдохновляли ноги. Вплоть до сегодняшнего дня. Прекрасной формы, тяжелая грудь рыжеволосой красотки ему явно понравилась.
— Не думала, что красное идет к рыжим волосам, — тихо сказала мама, ее удивление уже перешло в благоговейный восторг.
— Мм, — откликнулся Мет.
Странно, мимо буфета проходили десятки женщин, привлекательных, и не очень. Ни одна не смотрела на него — ну, если только мимоходом. Но она… Разозлилась, наверное, что Мет, уже во второй раз, так бесцеремонно ее разглядывает. Васильковые глаза буквально пригвоздили его к стулу, лишив способности действовать. Хотя больше всего хотелось именно действовать. Мет не чувствовал такого всплеска желания с тех пор, как был подростком.
— А, она новенькая, — радостно сказала мама, и в ее взгляде, впервые за долгое время, вспыхнул огонек интереса.
— Мм, — вновь промычал Мет, сосредоточенно намазывая масло на хлеб. Рядом усаживались их постоянные соседи. Столик был рассчитан на десять человек, правда, двое уехали сегодня утром. Только бы они не начали обсуждать новенькую! Как единственный мужчина, отдыхающий здесь, Мет и так был постоянным предметом сплетен. И поэтому он не хотел демонстрировать окружающим его любопытным дамам, что незнакомка его заинтересовала. Любой, самый невинный, комплимент, менее чем через сутки, будет известен даже горничной, и обрастет невероятными подробностями. К тому же, отчаянной мотоциклистке, он, похоже, безразличен.
— Эффектная девушка, правда? — настаивала мама.
— Ничего. — Мет потихоньку достал из кармана брюк солонку. От отчаяния он купил соль в ближайшем деревенском магазинчике.
В оздоровительном центре не признавали соли. Для мамы он мог пожертвовать многим. Но не солью. Улучив момент, когда все склонились над тарелками, Мет быстро посолил салат.
— Здесь есть местечко, дорогая, — позвала мама, когда незнакомка с полным подносом, растерянно озираясь по сторонам, оказалась поблизости.
Мет не верил своим ушам. Его суперреспектабельная, консервативная мама приглашает сексапильную девушку с рыжими волосами и в красном свитере присесть рядом с ней? Напротив ее сына? На то самое место, где недавно сидела Вайда, женщина-вамп, у которой было пять мужей? Эта Вайда почему-то посчитала Мета альфонсом при стареющей, капризной богачке и усиленно заигрывала с ним в надежде поразвлечься. Мет чувствовал себя неловко, а мама веселилась от души.
Он затаил дыхание. Незнакомка подошла к их столику, чуть удивленная любезным приглашением пожилой дамы. Приподняв одну бровь, она с любопытством посмотрела на Мета. Будто пыталась догадаться, не делает ли мама подарок маменькину сыночку.
— Спасибо, — сказала она и поставила поднос на стол. — Я как раз искала место.
— Тут каждый располагается, где хочет, — сообщила мама. — Я Синтия Дейвис. Мой сын Мет. А вас как зовут?
— Пета. Пета Келли.
Мет встал, чтобы обменяться рукопожатиями, и только сейчас вспомнил, что сжимает в руках солонку. Пета взглянула на солонку, затем на Мета и насмешливо вытаращила глаза.
— Продолжаете в том же духе?
— Этот шалунишка что-то натворил? — поинтересовалась мама.
— Да, он нарушает правила оздоровительного центра. Когда я приехала, ваш сын курил в саду, а сейчас спрятал соль.
— Соль? Соль? Кто-то сказал «соль»? — раздался печальный голосок с другого конца стола. — Ради всего святого, дайте немного соли.
Мет, вздохнув, передал солонку.
— Да вы просто разрушитель устоев, — заявила Пета.
— А вы любите портить удовольствие другим, — раздраженно откликнулся Мет. — Жаль, в графине кончился кислый морс из чернослива. Мог бы вам предложить.
Пета рассмеялась и села.
— Бросьте… — Она насмешливо кивнула ему.
— Мет, ты же обещал бросить курить…
— Мама, если снова собралась ворчать…
— Но ты же хочешь иметь ребенка…
— Ребенка? — Девушка недоверчиво смотрела на него васильковыми глазами.
— Мет будет прекрасным отцом, — восторженно подтвердила мама.
— Передайте соль, пожалуйста! — крикнул Мет, облокотившись на стол.
— Соль? У кого есть соль? — послышалось уже из другого угла комнаты.
— Полное падение нравов, — мрачно пробормотала Пета.
Мету было все равно. Главное, чтобы мама снова не взялась за любимую тему. Он с досадой посмотрел на нее. Совершенно ясно, что Пету Келли меньше всего волнуют дети. Владелице красного «дукати» больше понравился бы легкомысленный холостяк. Если он хочет найти общий язык с Петой, нужно, чтобы мама даже не заикалась о внуках. Но проблема была в том, что ома только о них и думала.
— Простите меня. — Мама, кажется, вняла его немой мольбе. — Я все смотрю на ваши волосы. Никогда не видела таких ярких.
Пета улыбнулась:
— Но зато меня теперь не называют крашеной блондинкой.
Скорее секс-бомбой, подумал Мет. Мама была поражена.
— Вы блондинка? Я думала, медный — ваш естественный цвет.
— Ничего подобного. Это краска. Называется «пылающий каштан».
— А другие оттенки?
— «Апельсиновые брызги» и «папайя».
Очень экзотично, подумал Мет. Он потянулся к графину и наполнил ее бокал.
— Попробуйте сок из тропических фруктов. Вам понравится.
Пета рассмеялась. На этот раз без иронии. Мет тоже вдруг развеселился. Сердце екнуло. Между ним и рыжей будто пробежала искра. Он мог поклясться, что почувствовал легкий толчок в грудь. Мет улыбнулся маме.
— Мама, может, тебе тоже выкрасить волосы в какой-нибудь яркий, жизнерадостный цвет? Персиковый, с кремовыми прядями? Будет здорово. Гораздо лучше, чем седые.
— Ой, Мет. Я уже в том возрасте, когда остается только седеть.
— Чепуха! Кто сказал, что женщины в расцвете лет должны быть серыми и невзрачными? Попробуй, поэкспериментируй. Покрась волосы, подбери яркую одежду. Начни новую жизнь.
— И вы сразу почувствуете себя лучше, — поддержала его Пета.
Мет благодарно улыбнулся. Наконец кто-то солидарен с ним в том, что маме нужно заняться своей внешностью. Пета ответила на улыбку насмешливым взглядом. Сообразила, что ее используют как пример для подражания.
— Ну, я подумаю… — с сомнением протянула мама. Странно, до этого в ответ на подобные предложения он всегда слышал резкий отказ. И Пета, кажется, успокоилась. Больше не смотрит на него букой. Любопытно. Впервые за прошедшие дни Мет с аппетитом принялся жевать сэндвич.
