особой спешки и напряжения готовить почву к моменту сева–посадки. И она будет намного рыхлее той, что была приготовлена с осени.
Еще довод: многие вредители зимуют в почве, и зяблевая вспашка создает им неблагоприятные условия для перезимовки. Но Вспашка потревожит не только вредных, но и полезных ― хищных и паразитических ― насекомых, зимующих в почве. А пара полезных насекомых со своим приплодом уничтожает за один сезон десятки тысяч вредителей! И, создав неблагоприятные условия для перезимовки этой паре, мы обрекаем себя на "дружбу" с фастаком, арриво, цинебо, банколом, регентом и прочей нечистью. Впрочем, об этом уже шла речь в п. 1.
Совсем не выдерживает критики представление о благотворной роли зяби в борьбе с сорняками, например с такими, как свинорой (рис. 3): после осенней перекопки заделанные в почву сорняки постепенно разлагаются и превращаются в органическое удобрение.
Однако биомасса сорняков полнее, быстрее, полезнее разлагается в аэробных условиях, без закапывания. Кто сомневается в этом, пусть вспомнит столбик, сгнивший в земле: быстрее всего перегнивает область у границы почвы и воздуха.
Что же касается сорняков самих по себе, то с ними, хоть и трудно, но можно бороться, не давая им обсеменяться, провоцируя всходы, выбирая корневища и т. д., но никак не прикапыванием. Не позволяя сорнякам рассыпать семена, можно вывести их (все или почти все) подчистую. Именно так избавились мы, например, от весьма распространенного злостного мышея, который перекопкой можно лишь эффективно плодить.
Схема "зяблевого" размножения сорняков простая. Осенью прикопали обсемененное растение. Семена растеклись по всему пахотному слою. Весной взошли те, что оказались на свету. Порубили всходы тяпкой, подняли к свету новый слой почвы ― взошли новые семена. Еще раз потяпали ― взошла новая порция. Рано или поздно, "призвав под ружье" очередную смену сорняков, прекратили тяпать. Быстро вегетирующие сорняки ко времени очередной зяблевой перекопки успеют обсемениться, после перекопки запас семян в пахотном слое пополнится, и… "у попа была собака".
Бытует еще один, убийственный с виду довод: зябь позволяет за зиму накопить влагу. Вот уж воистину миф. Способность почвы удерживать влагу определяется исключительно количеством гумуса в ней (подробнее об этом ― в п. 8). С бедной гумусом, бесструктурной почвы вода стекает (вниз или вбок). И если в огороде грязь и лужи, то это вовсе не означает, что почва богата влагой, доступной растениям. При подходящих условиях такая почва покрывается коркой, застывает, как бетон, и… пожалуйте, госпожа Засуха. А вот богатая гумусом почва действительно насыщается за зиму влагой, и потому, заботясь о накоплении влаги в почве, надо думать не о зяблевой вспашке, а об обилии органики в почве.
Еще одно замечание о накоплении влаги. На почве, не вспаханной под зиму и прикрытой растительными остатками, ― более толстый снеговой покров и более выгодное для удержания влаги альбедо. На такой почве снег тает постепенно, и влага так же постепенно впитывается в землю. А на вспаханной черной почве снег в первые же весенние окна тает обвально, и талая вода уносится ручьями или застаивается. И так горе, и так двое.
Нарушение под зиму структуры, сплетенной корнями растений, наносит почве не только агротехнический, но и экологический ущерб: в долгое межсезонье почве, не скрепленной корнями, труднее противостоять эрозии, из нее легче вымываются питательные вещества.
Итак, подводя итог сказанному выше, отметим, что зяблевое рыхление почвы разрушает почвенную структуру, вредит определившимся на зимовку полезным насекомым и животным, способствует размножению сорняков, делает почву более уязвимой для эрозии в осенне–зимний период.
Конечно, кое–что убирать под зиму надо, например ботву пострадавших от фитофтороза помидоров и остатки крестоцветных (зимующая под ними блошка по весне "даст прикурить" редису, репе, капусте). Но при чем тут перекопка?
Наконец, беспокойство о рыхлении почвы в зиму ― вообще зряшное дело. Вода при замерзании расширяется ― школьная истина. Это значит, что зимой насыщенную осенними дождями почву рыхлят морозы ― без перекопки. Подтверждение тому содержится в замечательной книге [5] Павла Траннуа, где он пишет: "Каждый знает, что вода при замерзании расширяется. При этом лед сильно давит на все, что его окружает. Отсюда можно легко себе представить, что происходит с мокрой после осенних дождей почвой при наступлении морозов. Если разломить промерзший кусок земли, то он весь искрится от пронизавших его кристалликов льда. Эти кристаллики, расширяясь, разрывают спайки почвенных комков, отодвигают их друг от друга, и сами комки при этом уплотняются. Так восстанавливается почвенная структура. Почва из слежавшейся сама собой делается пористой, и совсем не обязательно ее для этого лопатить".
Какой бальзам на душу всем "лентяям" и нам, в частности! Потому что как раз сейчас мы собираемся (за широкой спиной Павла Франковича ― выпускника факультета почвоведения МГУ) совершить нечто сакраментальное ― посягнуть на пахоту.
4. А нужна ли пахота вообще?
Возможно, не каждый читатель уделит внимание этому "антипахотному" пункту ― настолько привычна, естественна, повсеместна у нас пахота. Можно даже сказать, что слово "пахать" в русском языке ― знаковое. Его давно "оприходовали" финансисты и программисты, дворники и плотники, повара и слесари, ученые и "по фене ботающие". И вдруг ― такое святотатство. Тем не менее рискнем.
Монтень говорил: "Нет наставницы более немилосердной и коварной, чем наша привычка". Но мы можем сослаться не только на "Опыты" Монтеня, за нами и личный опыт. Мы без сожаления расстались с упомянутой привычкой. В своем огороде ― даже вилами ― землю практически не копаем: нужды нет. А брать изредка в руки вилы велят, главным образом, форс–мажорные обстоятельства, вынуждающие надолго забывать об огороде: дальние (а иногда и долгие) вояжи, настилание пола в доме, увлечение рыбалкой, общение с иногородними внуками и другие приятные "мелочи".
Убедительно звучит привычный довод: все сельскохозяйственные культуры не могут сформировать нужный человеку урожай на плотной, не тронутой сельскохозяйственными орудиями почве. И задача земледельца состоит в том, чтобы создать растениям оптимальные условия для развития корней. Здесь каждое слово ― в точку! Но как это связано с перекопкой? Ведь имеется в виду ― и совершенно справедливо ― рыхлая, но не обязательно копаная почва. Как мы уже отмечали раньше, перекопка/пахота почвы создает неблагоприятные анаэробные условия для разложения органики, "консервирует" семена сорняков, требует больших затрат времени, средств сил и в конечном счете ― здоровья.
При обилии разлагающегося органического материала в верхнем слое почва будет рыхлая без перекопки! Если она (не важно какая ― черноземная, песчаная или глинистая!) богата гумусом, то из
