пару шагов, как у Джесси началась паника: она вцепилась в куртку Тони и отказывалась идти дальше, крича, что мы все сдохнем, и что нас сожрут медведи или волки.
Я устало посмотрела на Дэна: я была так вымотана этой пробежкой под дожем, что у меня не было сил подбадривать Джесси, ведь и я сама была готова разрыдаться от беспомощности. Мне было страшно, холодно и мерзко от этой ситуации, но я сдерживала себя от плача, чтобы Тони и Дэн не растерялись еще больше оттого, что обе девчонки рыдают (я ведь знала, что парни всегда теряются от наших слез и становятся настоящими дураками).
«В следующий раз берем с собой палатки… Именно на такие вот случаи, – пронеслось в моей голове. – И плевать на идиотские доводы Тони и Дэна о том, как мотивирует двигаться вперед поиск ночлега!»
– Ладно, Энни и Джесс – вы остаетесь здесь и ждете нас с Тони, – вдруг решительным тоном сказал Дэн, снимая с плеч свой рюкзак. – Тони, ты тоже снимай: мы с тобой пойдем искать отель.
– Ага! – выдавила я из себя, так как мне стыдно было показать им, что и я была готова расплакаться.
Ведь я – не нытик! Я – Энни Паркер, староста группы и капитан университетской команды по гандболу!
Быстро сняв с плеч свой рюкзак, я бросила его на землю и обняла рыдающую Джесс. Подруга крепко сжала меня в своих объятиях, и мы сели прямо на мокрую грязную землю. Мой мозг кричал мне, что нам нельзя разделяться, но уставшее до смерти тело было лишь радо такому повороту событий.
Парни ушли, но я следила за ними до тех пор, пока свет их фонарей не растворился в темноте леса. Джесси дрожала крупной дрожью, и я, одетая в один лишь свитер, теперь насквозь мокрый, тоже. Я даже слышала, как стучали от холода мои зубы.
Вдруг блеснула молния, и Джесс громко вскрикнула, а мне было наплевать: я уже не чувствовала ни рук, ни ног, и думала только о том, как бы наши мальчики не заблудились, иначе, мы с Джесси просто умрет здесь, боясь пойти за ними.
Не знаю, сколько мы еще просидели так, как два дрожащих зайца, но я уже отчаялась настолько, что начала напевать под нос «I will survive» Барбары Стрейзанд (на кой черт?).
Но вдруг моих ушей донесся громкий мужской крик: «Энни! Джесси! Мы нашли отель!».
Мне показалось, что это был бред моего сознания, но вскоре перед нами предстали Тони и Дэн, со счастливыми лицами. Они подняли нас на ноги, растормошили, помогли нам надеть наши рюкзаки, надели свои, и повели нас за собой.
Я шла, крепко вцепившись в ладонь Дэна, с безразличием – я не могла поверить в то, что скоро поем и согреюсь.
– Энни, ты чего? Ты как? – услышала я голос Дэна, и он посветил мне в лицо своим фонарем, ослепив меня. – У тебя губы синие, как у мертвеца. Потерпи еще минут пять, ладно?
Я что-то промычала в ответ и послушно шла за ним, как слепая за собакой-поводырем.
Наконец, мы увидели спуск вниз, но когда я спускалась, то зацепилась ногой за валяющуюся на земле когтистую ветку и рухнула вниз лицом в грязь: и тут у меня сдали нервы, и я расплакалась. Дэн поднял меня на ноги, вновь потащил за собой, и, когда мы спустились и прошли зигзагообразный поворот, я увидела вдали сияющие огни.
Это было каким-то чудом, настоящим волшебством, радостью, которую я не испытывала никогда в своей жизни: это были огни отеля, который нашли Тони и Дэн, и меня вдруг охватила беспокойная энергия, и я ускорила шаг, не отрывая взгляд от этих желтых огней. Но вдруг мы подошли к обрыву, а за ним, словно в другой реальности, сияли эти знаки тепла и довольствия.
– Но как мы туда доберемся? Он, что висит в воздухе? – с отчаянием воскликнула я, вновь чувствуя, как меня охватывает безысходность.
– Здесь есть мост, чуть дальше, – сказал мне Дэн. – Пойдем!
Дождь бил меня по лицу, но я вновь обрела силы: я шла вперед и думала о том, как сниму с себя промокшие насквозь вещи и бухнусь в горячую ванную, а потом в кровать, и буду спать долгим глубоким сном…
Мы прошли еще немного, и я увидела перед собой длинный узкий мост, другой конец которого исчезал в темноте. Схватившись за перила, я быстро пошла по нему – и если бы там, на его конце, была бы пропасть, я все равно не сбавила бы шаг: мне было уже все равно. Но, перейдя мост, я чуть не умерла от счастья: на меня смотрели окна, полные света, и я даже рассмеялась от переполняющей меня радости.
Это был небольшой трехэтажный деревянный домик, на котором красовалась большая, раскачивающаяся от ветра и струй ливня, вывеска с названием: «В компании троих».
Глава 3
Я с надеждой смотрела на массивную деревянную дверь и ждала, пока кто-нибудь из парней постучит в нее, так как мои руки замерзли настолько, что пальцы на них скрючились, и я почти не чувствовала их.
Тони подошел к двери и несколько раз ударил по ней кулаком. Я с ожиданием прислушивалась, мечтая услышать торопливый топот ног хозяев отеля, бегущих, чтобы впустить нас – бедных, продрогших до костей, заблудившихся туристов.
Джесси подошла ко мне и взяла меня за руку. Она все еще всхлипывала.
– Ну, вот, Джесс, вот мы и в отеле, – дрожащим голосом сказала я ей и с удивлением заметила, что из моего рта вырвался густой пар.
Интересно, сколько было градусов? Мне казалось, что было минимум минус пять.
– Д-да, от-тлично, – прерывисто отозвалась Джесси. – Ты к-как, Энн?
– Пока дерьмово, – честно ответила я. – Я не чувствую своего тела… Почему никто не открывает?
– Тони, постучи еще, и погромче, может, хозяева где-то на верхних этажах и не слышат нас, – громко сказал Дэн.
Тони стал тарабанить в дверь обоими кулаками, крича: «Эй! Открывайте! Мы здесь!»
– Откройте, пожалуйста! – тоже громко крикнула я, не теряя надежду попасть в это вместилище тепла и света. – Мы потерялись и очень замерзли!
– Только не это… Неужели здесь никого нет? – Дэн подошел к одному из окон и заглянул в него. – Ого, да там потрясающий камин! Представляю, как там тепло!
Он громко застучал по стеклам, и мне показалось, что от поднятого нами шума и мертвец проснулся бы… Но дверь отеля все еще была заперта.
Что за черт!?
Джесс вновь захныкала.
– Ничего, Джесси, сейчас… – попыталась успокоить ее я, но у меня лопнуло терпение, и я подошла к двери и стала стучать по ней кулаками: я не могла позволить нам уйти отсюда ни с чем!
Мы стучали, колотили в окна и дверь еще
