Читаем без скачивания Честь бойца - Иван Стрельцов

Когда несколько недель назад была создана объединенная оперативно-следственная группа, напуганный постоянными разоблачениями прессы Никонов, пользуясь своими связями, навел справки о новых коллегах. Практически ни за кем из проверяемых никаких грешков замечено не было.

Следователь Савин, выпускник Уральского юридического института, имел жену, дочь, ни в чем не был скомпрометирован, больше того, принимал участие в расследовании нескольких громких дел. Человек интеллигентный, он был наиболее близок по духу кандидату наук Никонову, чего нельзя было сказать о представителях ГУБОП.

Олег Донцов был стопроцентным милиционером, он с детства занимался стрельбой в спортивном клубе «Динамо». После окончания юрфака начал свою трудовую карьеру младшим оперуполномоченным в МУРе, там получил несколько ранений и заслужил славу настоящего опера – «волкодава». Во время чеченской войны входил в особую следственную группу по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Что-то там не заладилось, попал в плен к боевикам, через месяц был обменен на какого-то чеченского бандита. После этого Олег служил в оперативном отделе министерства. Через два года перевелся в ГУБОП. Был убежденным холостяком и вел соответствующий образ жизни. В отличие от Донцова майор Мухин не был милиционером до недавнего времени. Карьеру свою начинал как следователь КГБ по расследованию идеологических диверсий. Как он там служил, никому не известно (почивший в бозе комитет умел хранить свои тайны). В девяносто первом году, когда стало ясно – крах КГБ неизбежен, Владлен Мухин оформил перевод в смежное министерство и скрылся в бесконечных коридорах МВД. Только теперь, когда до пенсии по выслуге осталось два года, майор вынырнул на поверхность, решив сменить личину чиновника на роль сыщика. То ли хотел присмотреться «к земле», на которой скоро жить, то ли через ГУБОП надеялся найти приработок после пенсии. Впрочем, ничего удивительного: майор имел двух дочек на выданье, а скоро могли появиться внуки.

– Ну-с, начнем работать, господа, – перебил размышления Никонова следователь Савин. – Итак, две недели мы потратили на выяснение подноготной банка «Глобал Инвест». Кому что удалось откопать, господа?

– Давайте я, – поднял руку Донцов.

– Прошу, Олег Сергеевич.

– По информации, полученной от налоговой полиции, известно, что в Москве банк «Глобал Инвест» представляет несколько крупных металлургических комбинатов Центральной Сибири и Крайнего Севера. Продают на Запад алюминий, никель и высоколегированную сталь…

– Это мы знаем, – попытался перебить говорящего Никонов. Он с трудом сдерживал негодование: Донцов бесстыдно заглядывал в декольте его помощницы, которая, склонившись над столом, что-то быстро писала.

– Вы знаете, что сырье продается в Западную Европу, – ничуть не смущаясь, продолжал сыщик. – А на самом деле металл по демпинговым ценам продается в США через небольшую посредническую фирму «Утренняя Звезда», зарегистрированную в Нью-Йорке.

– Что это меняет? – не понял Савин.

– Очень многое. Сырье покупается в Европе и продается в Америке по одной и той же цене. Налицо убыток: транспортировка груза, таможенные пошлины, не считая процентов посредникам. Интерпол считает, что идет отмывка «грязных денег» от наркобизнеса через Министерство внутренних дел. Мы отправили запрос в ФБР о посреднической фирме «Утренняя Звезда» и ее руководителе. Ответ оказался ошеломляющим. – Олег посмотрел на Мухина и негромко сказал: – Давай, Владлен Михайлович, твой выход.

Мухин раскрыл лежащую перед ним папку и зачитал:

– Посредническая фирма «Утренняя Звезда» принадлежит гражданину США Вавилову Валентину Викторовичу, сорокового года рождения, в прошлом трижды судимому за фарцовку и спекуляции. В девяностом году, на волне перестройки и гласности, он иммигрировал в США, где за пять лет получил гражданство и стал официальным миллионером. Впрочем, там этим никого не удивишь. Кроме фирмы «Утренняя Звезда» Вавилов имеет около десятка небольших легальных фирм в Москве и столько же фирм с подставным руководством, скажем, банк «Глобал Инвест». Все эти фирмы занимаются отмыванием денежных средств, их легализацией и отправкой на Запад. Судя по всему, металлургические комбинаты в той или иной мере принадлежат Вавилову.

– Нам своих олигархов, что ли, не хватает? Еще этот заморский прохиндей, – зло выругался Никонов.

– Он далеко не прохиндей, – бесстрастно ответил Мухин. – В криминальных кругах его знают под кличкой Варфоломей, а ФБР подозревает в связях с колумбийским картелем, но ничего доказать не может. Сейчас у них надежда на нас: может, зацепив Варфоломея за золотой мешок, мы вытащим что-то из его грязного белья. А уж тогда они…

– Значит, все упирается в нас, – задумчиво произнес Савин, потом посмотрел на Никонова и спросил: – Что у вас, Андрей Федорович?

– Как говорится, воз и ныне там, – с пафосом начал Никонов. – Практически в банке наличности нет, они не занимаются ни сбором средств у населения, ни обменом валюты, хотя имеют на такой вид деятельности все необходимые разрешения. У них только документация, но это фальшивая документация, а где держат подлинную – неизвестно. Все попытки внедрения нашего человека в банк провалились.

– Андрей Федорович, а вы не пробовали вместо того чтобы внедрять агента, попытаться завербовать кого-то из работающих в правлении банка? – с усмешкой спросил Донцов. – Вы мужчина видный, а там много незамужних женщин, особенно в валютном отделе.

– Вот вы бы этим и занялись, – начал было парировать Никонов, но Донцов его снова опередил:

– Не могу. У меня сейчас другая разработка. – И весело подмигнул Ларисе.

Девушка залилась пунцовой краской и, опустив голову, снова стала что-то писать. Андрей почувствовал, как кончики его ушей накаляются, ему захотелось влепить пощечину хаму, но, вспомнив увиденное недавно на татами, он сдержался и ровным голосом продолжил:

– Единственная возможность прихватить руководство банка – это когда после продажи очередной партии металла в банк поступит валютная выручка, которую они тут же сдадут на торгах ММВБ, чтобы отправить получателю рубли. В момент возвращения денег с биржи можно и пытаться «колоть», где настоящая документация.

– Ну что ж, господа, – подвел итог Савин, – медленно, но верно наше следствие продвигается. Если нет других предложений, берем в разработку обмен валюты, для этого силы и средства у нас есть. Так что за работу, товарищи, то бишь господа.

Глава 3. Проверка на вшивость

Темное бархатное пиво живительной влагой пролилось в горящую утробу Валета. Жадно глотая, пил, пока не осушил бутылку, потом поставил ее на стол и с удовольствием рыгнул. Зуб вольготно полулежал в кресле, облаченный в шелковый халат, и маленькими глоточками потягивал пиво из большого хрустального бокала.

– Значит, так, я сейчас в контору, – поправляя золотой жгут на шее, проговорил Валет, глядя на себя в большое зеркало с бронзовой оправой, висевшее в прихожей. – Буду договариваться о твоем трудоустройстве. Не передумал еще?

– Не передумал, – ответил Зуб, отхлебывая из бокала темно-коричневый густой напиток.

– Пива полный холодильник, там же и жратва. Захочешь чего покрепче – в баре. Пока не сделали хорошую «ксиву», тебе лучше на улицу одному не ходить, – бросил напоследок Валет и вышел из квартиры.

На улице шел дождь, мелкий, противный, по-осеннему зябкий. Подняв воротник своей куртки, Валет побежал через двор. У дороги его поджидала «Ауди» цвета гнилой вишни. Живя в обычном доме, где почти в каждой квартире весь день сидели у окон бдительные пенсионеры, которым нетрудно было сообщить «куда надо» о появлении бандитских рож, Олег запретил своим бойцам даже близко подходить к дому.

За рулем «Ауди» сидел Метис, смуглый крепыш с треугольной, выдвинутой вперед нижней челюстью и маленькими поросячьими глазками. Полуазербайджанец, полурусский, он всю жизнь прожил в Москве и говорил без акцента по-русски, при этом совсем не зная языка предков матери. Учился в школе, занимался спортом, был боксером в тяжелом весе. За участие в подпольных боях Метиса выгнали из большого спорта. Пришлось идти на «вольные хлеба», начинал с вышибания долгов и мелкого рэкета, постепенно поднялся до уровня командного игрока. Сейчас Метис был при Валете чем-то вроде адъютанта, а заодно руководил командой внештатников – двадцатью бывшими спортсменами, находящимися на прикорме у банка и в случае необходимости решающими нестандартные проблемы.

– Привет, – кивнул Валет, дыхнув ядреным перегаром и заваливаясь на переднее сиденье.

– Ну и выхлоп, – поморщился Метис.

– Да брателла вчера с кичи откинулся. Вот и отмечали, как положено, – криво ухмыльнулся Валет.