Когда она ушла, Чжун Ли еще некоторое время посидел, скрестив руки на груди и задумчиво глядя в пустоту. Перед глазами скользили древние образы из прошлого. Обезумевшая Самигина, кровь на нежно-голубых лепестках глазурных лилий, пыль, утекающая сквозь пальцы… И наконец мальчик, одичавший и испуганный, точно зверь, которого загнали в клетку и над которым жестоко потешались ради удовольствия.
Чжун Ли знал, что Самигина не имеет отношения к происходящему в Инадзуме. Это было невозможно. Но, презирая рациональные, взвешенные суждения, в душе завязывался узел тревоги, и Чжун Ли ничего не мог с этим поделать.
— Запишите счет на ритуальное бюро Ван Шэн, — привычно велел он хозяину «Глазурного павильона».
И, погруженный глубоко в собственные мысли, покинул ресторан. Взглянув в сторону дороги, ведущей обратно к ритуальному бюро, он вздохнул и зашагал строго в противоположном направлении.
*
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну что, позовем Сяо? — предложила Паймон, когда они спустились к причалу, но Люмин покачала головой.
— Сжалимся над ним, подождем наступления темноты. Давай пока проверим слова Чжун Ли насчет «Алькора». Если он действительно в гавани, надо перехватить Бэй Доу до того, как она отплыла по очередным делам.
— Точно, — кивнула Паймон. — «Алькор», мы идем!
Отыскать пришвартованный у берегов Ли Юэ «Алькор» оказалось несложно: его красно-золотые паруса заслоняли полнеба, а на пристани рядом с ним привычно суетились матросы и сама Бэй Доу. Заметив старых знакомых, она помахала им, не отрываясь при этом от пересчета провизии.
— И это с учетом дополнительных двух недель и на случай непредвиденного шторма… Таким образом… — бормотала она.
Не желая ее отвлекать, Люмин и Паймон устроились на ящиках неподалеку, терпеливо выжидая, когда она закончит.
— Она только начала, так что это будет долго, — раздался сверху знакомый голос, мягкий, с вкрадчивыми ласковыми нотами, словно его обладатель не говорил, а зачитывал стихи.
Подняв голову, Люмин заметила Кадзуху, который устроился на балках, задумчиво покручивая в пальцах маленький зеленый лист.
— Рад видеть тебя, путешественница. Значит, судьба снова зовет тебя в дальнюю дорогу?
Окруженный потоками ветра, он мягко спустился с балок, заслужив завистливый взгляд одного из матросов.
Люмин и Паймон переглянулись. Все же Кадзуха был родом из Инадзумы, и хотя потеря друга разбила ему сердце, он не таил обид на свой дом и по-прежнему был к нему привязан. Люмин не знала, как он отреагирует на новости, но и врать ему не могла. Она похлопала по ящику рядом с собой, и Кадзуха, мельком взглянув на суетившихся неподалеку матросов, опустился на предложенное место.
— Вот как, — потрясенно произнес он, когда Люмин не без помощи Паймон вполголоса поведала свой рассказ. — Спасибо, что рассказали правду. Могу ли я присоединиться к вашему расследованию?
— Кадзуха… — неуверенно начала Паймон, но прежде, чем она успела закончить, Кадзуха покачал головой и сказал:
— Однажды я уже выбрал повернуться к дому спиной и стать глухим к его проблемам. Вы не хуже меня знаете, чем это закончилось. Я не могу позволить чему-то подобному повториться.
Люмин положила руку ему на плечо.
— Конечно, ты можешь отправиться с нами. Нам пригодится любая помощь, правда, Паймон?
— Конечно! — закивала Паймон. — Но это очень опасно, Кадзуха. Речь идет о неизвестном Архонте, и мы пока понятия не имеем, как с ним сражаться!
— Ну, мы как-то сумели противостоять сегуну Райдэн, — развел руками Кадзуха.
— Прошлые победы не гарантируют будущих! — важно подняла палец Паймон.
Кадзуха задумчиво приложил руку к подбородку.
— Это очень мудрое замечание, Паймон, — признал он. — Ты права. Мне не следует задирать нос и недооценивать опасность.
Паймон уперла руки в бока, крайне довольная собой, а Люмин закатила глаза. Паймон, как всегда, в своем репертуаре. Интересно, она вообще заметила, что процитировала Чжун Ли?
— Думаю, нам все-таки следует отвлечь Бэй Доу, — поднявшись, сказал Кадзуха. — Пойдемте.
*
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Чжун Ли нашел Сяо именно там, где ожидал — на крыше, откуда Сяо часто любовался Праздником Морских Фонарей. Перевязывая раны, он изредка поглядывал вниз, на пристань, наблюдая за суетой смертных. Осторожно приблизившись, Чжун Ли опустился рядом и протянул ему бутылек с зеленым снадобьем. Метнув в сторону незваного гостя острый взгляд, Сяо схватил бутылек и мгновенно его опустошил.
— Иди, — сказал Чжун Ли.
— Что?
— За путешественницей. Отправляйся вместе с ней в Инадзуму и помоги разобраться с этим пробудившимся Архонтом. Мы с другими Адептами возьмем останки местных Архонтов на себя.
— Глупости, — фыркнул Сяо. — Мой долг — защищать Ли Юэ. Проблемы Инадзумы меня не касаются. У них должны быть свои Адепты, или как они их там называют на своем мудреном языке?
Чжун Ли тихо рассмеялся.
— Я не сомневался в твоем ответе. Но с тех пор, как Люмин получила письмо, эти проблемы перестали принадлежать Инадзуме. Как ты думаешь?
Сяо скрестил руки на груди и отвернул голову, чтобы не встречаться с Чжун Ли взглядом. Усмехнувшись, Чжун Ли опустил руку в карман и извлек на свет подвеску — серебряную глазурную лилию на тонкой цепочке.
— Я думаю, отрицать свои чувства и привязанности в какой-то мере приятно. Ты готов ко всему. Ты точно знаешь, что никакая на свете сила не способна тебя ранить. Ты неуязвим, а значит, обречен на победу. А вернее, ты позволяешь себе находиться в плену этой замечательной иллюзии.
Вздрогнув, Сяо взглянул сначала на Чжун Ли, а затем на подвеску в его руке. Чжун Ли погладил серебряную лилию с такой нежностью, словно она была его возлюбленной.
— От того, что ты не признаешь свои чувства, они никуда не исчезают. Они живут там, в глубинах твоего сердца, и крепнут с каждым днем. А когда наступает тот самый страшный миг, та самая точка невозвращения… — Его губы тронула печальная улыбка. — Они вырываются наружу неудержимым штормом, и тебе не по силам обуздать их. Какое-то время. Конечно, рано или поздно ты находишь способ вновь заточить сердце в клетку, загнать ярость и боль в каменную могилу…
Сяо низко опустил голову.
— Но этот момент всегда наступает скорее поздно, чем рано. И к тому моменту ты успеваешь натворить столько непоправимых вещей, что еще долгие годы боишься заглянуть в глаза собственному отражению.
Чжун Ли протянул руку и вложил подвеску в ладонь Сяо.
— Ты можешь не верить совету старого Адепта, Сяо, но я все равно его дам. Если ты хочешь быть рядом с кем-то, будь. Если ты хочешь сказать кому-то, как ты его ценишь, скажи. Пока у тебя есть шанс.
Некоторое время Сяо молчал, глядя на подвеску в своей ладони. Теплые закатные блики танцевали на серебряной поверхности глазурной лилии.
— Ты мне не отец, чтобы раздавать советы, — наконец отозвался Сяо.
Но его кулак сжался, и он убрал подвеску в карман. Он не вернул ее Чжун Ли, и это говорило красноречивее любых слов.
Комментарий к Часть 2. Пока есть шанс
Я не нашла никаких официальных подтверждений тому, что именно Архонт Снов удерживал Сяо при себе. Нигде в принципе нет официальной информации о существовании Архонта Снов во вселенной Тейвата. Тем не менее, это одна из самых популярных теорий, и я решила придерживаться ее. В написании главы я опиралась на эту статью:
https://teletype.in/@genshin_lore/6zcvg-hcgE-445 (там же содержится подробная информация о божественных останках и их влиянии)
В качестве бонуса — милый артик, вдохновивший на эту главу:
https://www.instagram.com/p/CY3PTAOBRrh/
========== Часть 3. Я не могу иначе ==========
Комментарий к Часть 3. Я не могу иначе
Счастливого Праздника Морских фонарей и приятного прочтения! :3
Убедить Бэй Доу отправиться в Инадзуму оказалось несложно. Люмин даже рассказывать ничего не пришлось: завидев расстроенное лицо Кадзухи, Бэй Доу тут же сообразила, что у него на родине случилась беда. Паймон прояснила недостающие детали.
