и покинул базу.
— Как-то быстро ты отслужил, — не совсем понял ситуацию Илхуитл и заметно расстроился. Не потому, что я такой приятный и незаменимый для него человек, а потому что ушлый ацтек планировал скупать мой лут и делать деньги.
— А я и не отслужил, — успокоил его. — Я теперь вольный егерь. Почти
— А-а-а-а, — задумчиво протянул Илюха, а потом вдруг как понял. — О-о-о-о!
— Да-да-да, теперь развернусь как следует. Готовься разгружать фуры с клювами осьминогов и прочей разломной хренью. Ты даже не представляешь, каких мы теперь с тобой дел наворотим. Твои конкуренты от зависти самовыпилятся, зуб даю.
— Так это же прекрасно! — индеец аж побарабанил по рулю. — Куда едем, кстати?
— Первым делом в пирамиду.
— Принял.
Ну да, конечно же мне нужно было в пирамиду. В кармане у меня лежал чек на неприличную сумму денег и вполне резонно, что я хотел его обналичить. Насколько неприличную? Хм-м-м-м… Если перевести теоку в рубли и мысленно перенестись в Российскую Империю, то этих денег мне хватило бы на покупку дома где-нибудь во Владимирской или Калужской области.
Хорошего дома.
Жирного.
Например, полностью обставленного барнхауса метров на двести со всеми коммуникациями, панорамной стеной и гаражом под крышей. И это там. А здесь, в нескольких километрах от начала запретной зоны, я мог бы рассчитывать на большее. Ну… в том случае, если бы решил здесь осесть. И если бы это большее здесь кто-то строил.
Однако речь шла о съёме, и я уже решил, что сниму нам с белками самое лучшее и дорогое. Быть может, какую-нибудь усадьбу. Или дворец. Или вообще возьму и выкуплю всю многоэтажку! Русский аристо изволит чудить, чо бы и нет⁉
Ладно. Что толку фантазировать? Сначала глянем предложение.
— Илюх, а у тебя нет знакомого риэлтора по Арапахо-Сити?
— Есть, — коротко ответил индеец.
— Можешь позвонить и договориться о встрече, пока я в пирамиду сбегаю? Нужен дом в аренду. Сегодня и прямо сейчас. Самый лучший из тех, что есть.
— Да, хорошо, сделаю, — сказал Илхуитл и взялся за телефон.
Я оставил белок в машине и побежал вверх по этим грёбаным ступенькам. Ступеньки, ступеньки, ступеньки. Складывается такое чувство, что эскалаторы для ацтеков — всё равно что свинина для мусульман. Вот ты ж мать его ети! А ведь могли бы увеличить паству! Хрен бы я молился всяким Кецалькоатлям, если бы для этого каждый день приходилось гонять туда-сюда-обратно по пирамиде! А старики? А инвалиды? Хрен с ним с эскалатором, но пандус-то могли бы сделать!
В конце пути я фантазировал о пирамиде, которая целиком была бы сделана из эскалаторов. В моей фантазии это было очень похоже на оптическую иллюзию, но-о-о-о… Интересно, а такое вообще выполнимо? Спросим у инженера!
«Диль, скажи пожалуйста, вот такую штуку вообще возможно сконструировать?» — спросил я и отправил ей мыслеформу.
Белка сначала поколебалась, а затем аккуратно уточнила, хорошо ли я себя чувствую. Зануда пушистая, никакого воображения. ВУЗы она заканчивала, ага. Умная дохрена.
Фух. Ладно. Поднялся наконец-то.
Я вошёл в главный алтарный зал и обратился к первому попавшемуся монаху. Ну… наверное, монаху. Чёрт его знает, как правильно называть этих разукрашенных ребят в перьях.
— Добрый день, мне бы получить выигрыш, — я помахал перед монахом чеком, от чего тот изменился в лице.
— Тише вы! — он огляделся по сторонам и поманил меня в сторону. — За мной.
Мы вошли в обшарпанное подсобное помещение с обеденным столом, чайником и микроволновкой. Монах попросил меня присесть и подождать, а сам ушёл.
— Угощайтесь, — сказал он напоследок и кивнул на стеклянную вазу с конфетами.
Есть я их, конечно, не стал, — мало ли что, — но рассмотрел не без интереса. У половины конфет на обёртке под закорюками на науатле был английский перевод. «Зубр косолапый», «Три ягуара», «Уицилопочтли на севере». Меня аж ностальгия по дому разбила.
— Добрый вечер, господин Чернов — в комнатку вошёл тот самый манерный распорядитель, который принимал мою ставку. — Разрешите ваш чек?
Индеец взял у меня бумажку, пробежался по ней глазами и замялся.
— Что-то не так?
Давайте обойдёмся без приключений, а? Если сейчас всплывёт какое-нибудь «но», я же вас всех здесь переубиваю к чёртовой матери. Во славу Солнца.
— М-м-м… нет, всё так, — заискивающая улыбка. — Бухгалтерия подготовит деньги в течение получаса. Просто моё начальство велело мне уточнить, не желаете ли вы ещё раз принять участие в состязании?
— Нет, — честно ответил я.
Манерный хрен молчал и ждал, что я добавлю что-то ещё, но так и не дождался.
— Э-э-э… Понятно.
— Ну вот и хорошо, раз понятно. Скажи-ка, друг, а это и есть вип-комната для чемпионов арены и игроков, которые ворочают шестизначными суммами? — я обвёл рукой комнату.
— Ой! Нет-нет, конечно, проследуйте за мной.
Вот то-то же. Раз уж придётся ждать, подожду с комфортом. Не ровен час, какой-нибудь жрец придёт ужинать и развоняется тут своими котлетами или… голубцами? Или чего там индейцы затрёпывают на ужин?
Так что вот.
Вдоль по лабиринту коридоров, меня проводили в зал с приглушённым светом и шёлковыми диванчиками. Подушки, шторки, шесты для стриптиза. Антураж, мягко говоря, развратный. Что-то мне подсказывает, что здесь товарищи индейцы не только гостей принимают, но и проводят оргии…
Оргии…
Та-а-а-ак. Стоп. В голове вспыхнуло воспоминание. Я вспомнил день битвы с Ягуаром, трибуны, вип-ложе и девочек-инфернов в ошейниках. Тогда у меня не было времени проанализировать всё это, а вот сейчас есть.
Какого хрена тут вообще происходит? Надо бы выкроить выходной и наведаться сюда с ревизией. Не то, чтобы меня возмущало рабство. Когда помотыляешься по Многомерной Вселенной с моё, привыкнешь и не к такому. Но если девок здесь насилуют или принуждают ко всякому такому, то я
