На родителей школьников в этот день просто больно смотреть. Они так волнуются, что начинаешь всерьез опасаться за их здоровье. Надо сказать, что накануне экзаменов мамы и папы молятся часами. (В храмах и церквах, кстати, распространена услуга: священник будет сто дней молиться за успешную сдачу школьником ЕГЭ.)
В этот знаменательный день во дворах школ многолюдно, так как ребята из младших классов обязательно придут поддержать своих старших товарищей. Однако тишина стоит гробовая – не дай бог помешать тем, кто корпит над заданиями теста.
И вот, тесты позади, теперь нужно подождать несколько недель результатов ЕГЭ и прикинуть, в какой вуз подать заявление. В это время по телевизору обязательно покажут нескольких школьников, которые ответили на сто процентов вопросов ЕГЭ, – это настоящие герои страны. Кто-то же, напротив, слишком много сил вложил в подготовку и чрезмерно расстраивается из-за неудачи. Как это ни печально, но после объявления результатов по стране прокатывается волна попыток самоубийств – слишком велико разочарование некоторых. Власти пытаются помочь ребятам и посредством СМИ проводят идею, которая сводится к следующему постулату: «Ничего, главное, что вы старались, даже если плохие оценки получите, это еще не конец света, у вас вся жизнь впереди – и вы обязательно наверстаете упущенное». Однако далеко не все школьники прислушиваются к этим мудрым словам, так как советы советами, но от результата ЕГЭ по-прежнему зависит слишком многое.
Исключительно за деньги поступить в корейский вуз нельзя. Именно поэтому так много корейских школьников, осознав свою неспособность выдержать предэкзаменационную гонку, после ЕГЭ уезжают за рубеж, ведь в ряде стран можно поступить в вуз, просто заплатив энную сумму. Для не очень усердных детей богатых родителей это весьма распространенный способ решения проблемы. К тому же можно и диплом вуза получить, и иностранный язык хорошо выучить, что в Корее чрезвычайно ценится.
После сдачи ЕГЭ наступает студенческая пора. Надо сказать, что в Южной Корее существует строгая иерархия всех университетов. Тройка самых престижных – Сеульский государственный (СГУ), Ёнсе и Корё. Если соединить первые буквы названий этих вузов на английском, то получится SKY, что поанглийски, как известно, означает «небо». У корейцев есть поговорка, которая обыгрывает это совпадение: «SKY – это дорога в небо». Под небом здесь подразумевают успех в жизни, подъем по карьерной лестнице, обеспечение себе места в высшем обществе.
Университет – это место, где изматывавшие себя постоянной учебой школьники наконец могут отдохнуть. Многие профессора прекрасно понимают молодых людей и часто делают поблажки, чтобы студенты восстановились после нечеловеческого напряжения подготовки к ЕГЭ. На этот же период приходится самое активное участие студентов в самых разных кружках («тонъари»), которые не имеют отношения к учебе. Корейские вузы в этом плане – настоящий рай: футбол классический и американский, фотография, национальные танцы, тэквондо, изучение Библии, живопись, стрельба, игра на барабанах… Занимайся чем душе угодно. Однако далеко не все студенты могут вздохнуть свободно, к тому же в последние годы даже SKY все меньше и меньше становится гарантией престижной работы. А что это значит? Значит, что опять надо учиться!
По своему опыту учебы в СГУ (Сеульский государственный университет) скажу, что первые года два корейские студенты действительно несколько расслабляются, но потом создается впечатление, что у них включается тот же режим, что и перед ЕГЭ. Чем ближе окончание университета и необходимость трудоустройства, тем больше учащихся уходят во все те же, знакомые еще со школы «хагвоны» – на этот раз готовиться к собеседованиям в фирмах. Согласно тем же опросам, две трети студентов пользуются услугами частных преподавателей. Чаще всего идут на курсы английского (тесты на знание языка фактически проходят сейчас в каждой корейской фирме при приеме на работу), на втором месте стоят дополнительные занятия по знанию компьютерного обеспечения и информационным технологиям, на третьем – подготовка ко всевозможным квалификационным экзаменам.
Из года в год растет число корейцев, уезжающих на стажировку за рубеж. Чаще всего выбирают США или Китай. Это тоже очень эффективный, хотя и дорогостоящий способ достичь желаемого. Так, за последние одиннадцать лет число корейцев, уехавших на учебу за рубеж, выросло в три раза и продолжает стремительно увеличиваться.
Будучи иностранцем, я достаточно легко в то время попал в корейский вуз номер один – Сеульский государственный университет. Тогда (1994 год) иностранных студентов было в вузах Кореи немного, тем более на обычных факультетах, а не на языковых курсах, потому иностранцев принимали охотно. Так я случайно и далеко не по заслугам очутился в месте, где куется элита Южной Кореи и куда попадают те, кто лучше всех сдал ЕГЭ. Действительно, выпускники этого вуза составляют большинство дипломатов, сотрудников правительства, разных ведомств (госслужба – одно из самых престижных мест работы в Корее), крупнейших концернов и т. д.
Меня очень впечатлило то, как эти ребята учатся. Да, были те, кто после поступления в СГУ расслабился, были девушки, которые в университете просто искали спутника жизни и собирались стать домохозяйками, но основная масса студентов реально училась дни и ночи напролет. Например, занимать место в библиотеке, которая работала круглосуточно, надо было до семи часов утра, в противном случае сесть было негде.
Особенно старались те, кто собирался поступать на госслужбу и сдавать специальные экзамены. Надо сказать, что в Корее вне зависимости от образования можно сдать экзамен и стать судьей, дипломатом, сотрудником Министерства финансов или государственного НИИ в сфере электроники. Только сдай экзамен – и все. Однако тесты эти чрезвычайно сложные и на выбранное тобою место претендуют поистине самые лучшие студенты, причем со всей страны. Я учился на факультете международных отношений, поэтому основная часть сокурсников-корейцев готовилась к экзаменам на дипломатов, а это опять означало недосыпание в течение нескольких лет, многочисленные подготовительные курсы и прочую «привычную» нагрузку. Впрочем, тут нет ничего удивительного, ведь конкурс на госэкзамене в МИД составлял несколько тысяч человек на место. При этом проводился он в три этапа. Честно скажу, на нашем факультете учились прилежно все, тем более что все студенты показали одни из лучших результатов в стране по ЕГЭ, но первый этап экзамена в МИД с нашего факультета прошли лишь шесть человек. В итоге стали дипломатами, преодолев планку и второго, и третьего этапов, лишь двое с курса.
Правда, несмотря на все усердие обычных студентов, престижные места достаются отнюдь не случайным людям – детям тех же дипломатов, или богатых бизнесменов, или видных ученых. Однако речь идет не о подтасовках на экзаменах, а лишь о том, что успешные родители, как правило, могут давать своим детям с самого начала более качественное образование. Попав в соответствующую среду и будучи обеспеченными сильными (и, как следствие, высокооплачиваемыми) наставниками, они и показывают лучшие результаты на экзаменах. Это было видно по моим сокурсникам из СГУ. Они не вспоминали про своих родителей, но в итоге выяснилось, что у одного папа начальник отдела в МИДе, у другой – замминистра какой-то промышленности, у третьей – директор крупного государственного НИИ. Были, правда, и самородки из провинции, и даже достаточно много тех, кто сумел благодаря лишь своему упорству и одаренности обойти более богатых сверстников, но в общем стартовые условия далеко не всегда равны для всех.
Вот стандартный путь, который следует пройти человеку, чтобы стать частью корейской элиты: престижный детский сад, где сразу начинают учить английскому, далее элитная средняя школа (в Сеуле есть одна школа, называемая Кёнги, из нее вышло очень много министров), желательно самая лучшая в провинции, потом СГУ, наконец, магистратура или аспирантура в США, а потом можно и на родину – либо экзамены на госслужбу сдавать, либо найти себе другую работу по душе. Как правило, с таким «бэкграундом» в Корее не пропадешь, но и получить его нелегко.
Но и обычные студенты СГУ, не являющиеся выходцами из знаменитых и обеспеченных семей, часто являются неординарными личностями. Меня однажды поразил своими знаниями студент, с которым я случайно разговорился в столовой СГУ. Он готовился стать дипломатом. Хотя факты из истории России составляют очень малую часть требуемых для корейского дипломата знаний, но теоретически вопросы на экзамене могут попасться и по ней (впрочем, как и по Латинской Америке, и Африке). Так собеседник с ходу по памяти стал перечислять имена князей Новгорода, сокрушаясь, что плохо знает историю России. Несмотря на все свои обширные знания, он в итоге не прошел даже первый этап на экзаменах в МИДе. Другой знакомый сказал, что знает «всего лишь двадцать пять тысяч английских слов». Из любопытства я решил проверить его, взяв словарь и закрыв перевод. Что ж, он действительно фактически выучил весь словарь. Однако, по его собственным словам, он даже не пытается сдать экзамен на дипломата, так как имеет недостаточный словарный запас. Короче говоря, стать дипломатом в Южной Корее как минимум не проще, чем полететь в космос. Впрочем, не намного легче сдать экзамен на судью или попытаться занять иные государственные должности.
