В такие дни я приходила домой, как всегда, уже после девяти вечера, и закрывалась в своей комнате в обнимку с мыслями. Я доставала рукопись Кирилла, открывала свой ноутбук и принималась за работу, иногда просиживая вот так за монитором до поздней ночи. Подгоняемая непонятным рвением, я закончила свой роман достаточно быстро — всего за три месяца я смогла переписать нашу с Кириллом историю от своего лица. Изредка я вставляла главы из его рукописи. Я так много раз перечитывала его роман, что, мне кажется, знала его уже наизусть.
Конечно, его роман был гениален. Я ненавидела Кирилла ещё и за эту его гениальность. Она будто была последней каплей в умопомрачительной смеси черт его характера. Мне нравилось думать, что я — единственный человек, для кого он написал этот роман, так как кроме меня его никто уже не прочитает. Я чувствовала себя ловцом жемчуга, нашедшим своё сокровище, и не желающим делиться им с кем бы то ни было. Не покажу ни одной живой душе. Моя прелесть. После месяцев бессонных ночей и напряжённой работы я начала замечать в отражении зеркала тот же затравленный взгляд и круги под глазами, которыми запомнился фанатам «Властелина Колец» Смеагол.
Не знаю, что подтолкнуло меня к дальнейшим действиям — толи растущее тайное помешательство, толи желание в последний раз плюнуть Кириллу в душу, но я решила опубликовать свой роман. Я назвала его «Луна твоей жизни» в честь посвящения, которое было на второй странице рукописи Кирилла. Я знала, что Кирилл, по какой-то причине, не стал восстанавливать свою рукопись — я тщательно следила за всеми новинками издательства, в котором выпускался Кирилл. Нового романа так и не было.
В своей рукописи я изменила своё имя и взяла псевдоним, в то время как имя Кирилла оставила без изменений. Я связалась с редактором из России и подготовила рукопись к публикации. После долгих дебатов с редактором — я хотела во чтобы то не стало сохранить максимальную достоверность — мы наконец пришли к согласию, и книга была готова к печати. Мой гонорар, как начинающего автора, был весьма скромным, но я видела, с каким интересом издательство ухватилось за мою историю. Конечно, ведь в ней была замешана звезда светской тусовки, скандальный писатель, Кирилл Миронов. Мне был обещан процент от продаж. Однако деньги лишь в малой степени интересовали меня — больше всего я настаивала на полной анонимности. Мне не хотелось, чтобы кто-то узнал моё настоящее имя, или местоположение.
В вечер перед тем, как книга должна была отправиться в типографию, подогреваемая третьим бокалом вина, я сидела и смотрела на огни ночного города. Я вспоминала, каким человеком я была год назад. Год назад я бы ни за что не осмелилась на подобную авантюру. Год назад я бы побоялась гнева Кирилла. Боюсь ли я его сейчас? Наверное, нет. Хотя, конечно, легко мне так говорить, будучи за тысячи километров от своего мучителя. Я представила его серьёзные серые глаза, высокомерное выражение лица. Усмешку на тонких губах. Как мне хотелось стереть с его лица этот вечно самодовольный вид!
Я подошла к ноутбуку. Поддавшись внезапному азарту, я создала новую электронную почту. Открыла страницу «Написать новое письмо». Загрузила туда макет книги. Ввела адрес получателя. Я до сих пор помнила электронный адрес Кирилла. Зажмурившись на секунду, я сделала глубокий вдох и нажала кнопку «Отправить». Кирилл сам хотел, чтобы я стала писателем. Теперь пусть подавится.
ГЛАВА 2. "ДЖЕЙКОБ"
КИРА
В день, когда отправила Кириллу роман, впервые за долгое время, я спала как убитая. Почувствовав силу, я теперь ощущала какой-то внутренний подъём. Проснувшись, я долго лежала в кровати и потягивалась. В колледже, где я преподавала у меня начался летний отпуск, во время которого я планировала заняться продвижением книги.
Лия залетела ко мне в комнату как утренний ураган. Она искала свою белую блузку, которая выглядела наиболее по-деловому. Моя подруга была внештатным репортёром в Нью Йорк Таймс и старалась сделать всё, чтобы ей, наконец, доверили собственное журналистское расследование. Пока она была на подхвате у более опытных коллег. По сути это означало, что она делала всю грязную работу, приносила материал, а её коллеги, стоящие выше в пищевой цепи газетного бизнеса, присваивали себе её заслуги. Лия была жутко недовольна такой несправедливостью, ведь порой, её даже не указывали в качестве соавтора! Но платили весьма неплохо, и она планировала добиться повышения в скором времени. Сейчас Лия вела новое расследование о каких-то махинациях в порту Нью Йорка, и сегодня как раз нужно было бежать в главный офис, чтобы предоставить информацию, которую она нарыла.
— Да где же эта дурацкая блузка!? — Лия начала разбрасывать всё на своём пути в поисках одежды. — Кира, ты же знаешь, что это моя счастливая блузка! Какого чёрта она исчезла именно сегодня? — Лия обречённо вздохнула.
— Если хочешь, возьми что-то из моего гардероба. — я сделала неопределённый жест в сторону шкафа. — У меня там целая куча скучнейших белых блузок для универа.
— О, Кирочка, ты — моё спасение! — Лия со скоростью ветра распахнула шкаф и стала критически осматривать его содержимое.
— Важный день, да? — я уже села на кровати и лениво расчёсывала волосы. — Надеюсь, что сегодня твой босс не будет таким же засранцем, как и всегда, и даст зелёный свет твоей статье.
— Да уж… — Лия выудила мою белую блузку и приложила к себе перед зеркалом — Он точно не разрешит мне самой писать статью, назначит какого-нибудь супервайзера, который и заберёт себе всю мою славу. — она грустно вздохнула. — Опять.
— Лия, тебе всего двадцать три! Я уверена, что через год ты уже будешь в штате сотрудников, а твои статьи будут признаны всем мировым сообществом журналистов! — я встала и подошла к подруге. — Вот, держи — протянула ей цепочку. — Она отлично подойдёт к этой блузке.
— Ох, Кира, ты просто золото! — Лия взяла вещи и упорхнула к себе. Через минуту она уже натягивала туфли в коридоре. — Ну, всё, пожелай мне удачи!
— You are the best! (перевод: «Ты лучшая!») — я подняла вверх большой палец. Лия взволнованно улыбнулась и выбежала из квартиры, громко хлопнув дверью.
Я медленно пошла на кухню и заварила себе чай. В Москве сейчас половина четвёртого. Кирилл, наверное, уже получил моё сообщение. Открыла почту и с замиранием сердца увидела входящее сообщение.
«Не смей»
От этих коротких слов по телу пробежали мурашки. Я уже не помню, когда в последний раз испытывала такую бурю эмоций: страх, азарт и предвкушение переплелись во мне, скручивая внутренности в тугой узел. С замиранием сердца я быстро набрала ответное сообщение:
«Fuck you Mr Big Writer» (перевод: «Иди на х*й, Мистер Крутой Писатель»)
Отправила. И удалила почтовый ящик.
Нет, я не могу так рисковать. Зачем я вообще начала дёргать кота за усы? Какое-то смутное нехорошее предчувствие поселяется в груди. Чёрт, надо поторопить типографию. Я пытаюсь связаться с издательством. Сначала женщина, с котрой я обычно имею дело долго не берёт трубку, но потом, всё же, отвечает мне:
— Кира, добрый день! — радостно приветствует она меня.
— Добрый день, Кристина. — мне не терпится перейти к делу, — Скажите, моя книга уже ушла в типографию? Сегодня уже будет напечатана первая партия?
— Представляете, Кира, сегодня утром нам позвонили из издательства «Русский Дом Книги». - при этих словах моё сердце опускается куда-то в область пупка. — Не знаю, знаете ли вы, или нет, но это самое крупное издательство в России. Так вот, они выкупили права на вашу книгу у нас! Представляете, такая удача! Теперь Вас будет печатать самое крупное издательство России. Вам, как начинающему автору, просто улыбнулась удача. Дело в том, что обычно такие крупные издательства не ведут дела с неизвестными авторами…
