Кателира присела на корточки и раскопала землю практически руками. Под землей везде были – плиты! То есть, вокруг дома росла только трава на небольшом слое почвы!
Кателира от бессилия села на траву и почувствовала взгляд из окна, но даже голову в сторону старца не повернула. Взгляд уткнулся в ограду: колючей проволоки и собак она не заметила, но от этого легче ей не стало. От нечего делать, она стала делать гимнастические упражнения, какие приходили ей в голову.
Несколько дней девушка все силы тратила на различные упражнения без тренажеров и спортивных снарядов. Это как-то ее развеяло.
Кателира умудрилась взять одну газету из почты Афанасия Афанасьевича и прочитала следующие строчки: 'Под воздействием атмосферы медь покрывается прочным, нетоксичным слоем окисла – патиной, собственно патина и придает медной кровле знаменитый "изумрудный" оттенок. Патина защищает медь, даже в современных неблагоприятных экологических условиях, так же, как и в прошлые века.
Особенно удобно использовать подобный материал для медной кровли, так как низкие температуры не оказывают влияния на пластичность меди, поэтому с медью можно работать при любых, даже низких температурах. Примечательно также то, что медь имеет высокую температуру плавления, что в сочетании с фактом отсутствия кислорода в ее составе, позволяет использовать различные технологии соединения при монтаже такой кровли – включая пайку и сварку'. Именно после прочтения этих строк Кателира захотела себе дом, покрытый медной кровлей, чтобы ей легче было переносить западню графа Афанасия Афанасьевича.
Хозяин, понаблюдав за метаньями Кателиры в течение месяца, предложил простой выход: девушка должна была рассказывать ему житейские истории, прямо или косвенно связанные с деревней Медный ковш. Для этого она просто была обязана на пару часов выходить за ворота усадьбы в поисках местных историй.
Кателира пошла по деревне Медный ковш, в надежде встретить кого-нибудь. Она увидела около одного дома широкую скамейку, доски которой были стянуты медными полосами. Скамейка стояла недалеко от скромного деревянного дома, под величественной березой. Ветви березы так красиво шевелились от легкого ветра, что девушка решила сесть на скамейку и оглядеться. Вскоре из дверей, встроенных в ворота рядом со скамейкой появилась рослая молодая женщина, но меньше всего она походила на деревенскую жительницу.
– Добрый день, – поздоровалась женщина с девушкой, сидящей на скамейке.
– Здравствуйте! Меня зовут Кателира, а вы не могли бы мне рассказать хоть что-нибудь связанное с этой деревней Медный ковш! Пожалуйста! Мне очень нужно!
– Меня зовут Люсмила, – ответила миловидная женщина, – я племянница тети Даши, а она хозяйка деревянного дома с резными наличниками и медной скамейки. Кателира, я могу рассказать вам, как я впервые приехала в деревню Медный ковш.
– Пойдет! Расскажите, пожалуйста! – радостно воскликнула Кателира и заерзала на скамейке, пытаясь сесть удобнее.
– Первая история на эту тему у меня всегда одна. Слушайте. Солнце светило сквозь шторы, точно так же, как медный ковш, в который оно попадало своими лучами. Но солнце и медный ковш общими усилиями не делали из меня звезды.
– Сейчас все звезды – это певицы, а они в основном маленького роста и весом 50 кг. Это для того, чтобы сцена под ними не проваливалась, – заметила Кателира.
– Да – быть звездой – это не для меня, это для певчих птичек. И я постоянно повторяю: не быть мне звездой, у меня другая весовая категория. Есть лошади беговые, а есть тяжеловесы: тяжести медленно, но везут. Вот – это ближе ко мне.
А еще ближе ко мне сизифов труд – это совсем близко около меня. Столько медной руды за жизнь переворошила, а, в общем-то, ничего еще и не добыла, хотя как-то я живу. Значит, моя руда называется медная. Так вот, однажды летом я поехала от железнодорожной станции до деревни Медный ковш на настоящей телеге с деревянными колесами. Телегу везла обычная лошадь. На следующее утро я пошла на речку в одних плавках, шла и думала, что деревня – это пляжная территория. Баба Мотя, мать тети Даши, выпрыгнула из-за плетня и закричала:
– Люсмила, ты совсем совесть потеряла! Грудь уже выросла, а ты ее не прикрываешь!
Ты – большая девочка, нельзя так ходить по деревне!
Я остановилась, глаза на бабу Мотю вытаращила, и совсем не могла понять, за что ко мне такая немилость. Мне в этот момент было лет 11, а вес у меня как раз был килограммов 50. Тетя Даша меня еще на весах для овощей взвешивала. Ум у меня девичий, а внешность крупная. Нет, я не была толстой, я была именно крупной девочкой, на мне все рельефы фигурной местности сразу стали видны.
Дошла я в таком виде до речки, а там перо на берегу валяется, гуси купаются. Я опять глаза вытаращила: я никак не могла понять, где в этой речке можно искупаться?! Смотрела я на реку и боялась зайти в воду, а вокруг меня ласточки летали и в берег прятались, в ямки – гнезда. Я забралась на косогор с гнездами ласточек и огородами прошла в дом тети Даши. Тетя Даша в деревне овощеводом работала, жилистая она была да загорелая в области рук до локтя и ног до колен.
А я была вся белая, и еще я брезгливая была до чертиков. Смотрела я на чугунки на печке и нос воротила. А чего нос воротить? Здесь другой еды никогда не было.
Тетя Даша крупно порезала картошку, потом ее на сале обжарила, на стол поставила.
Рядом репчатый лук положила целыми стрелками. А я давилась, есть хотела, но не могла. Сало в сторону откладывала. Да, еще. Тетя Даша дочь свою Текиру от цыгана родила, цыганский табор проходил мимо деревни, дочка и родилась. Конечно, к тому времени, когда Текира подросла, тетка Даша ей законного отца предъявила. Она замуж вышла за военного в отставке Виктора Кузьмича, уж очень он был красивый.
Вот Виктор Кузьмич и стал официальным отцом моей двоюродной сестры Текиры. Ох, и любили же друг друга Текира и Виктор Кузьмич, даром, что не родные, а лучше родни были. Ох, жизнь порой портянка! Муж тети Даши, шибко портянки после армии любил, все в сапогах ходил, для деревни это и хорошо.
Глава 2
Кателира прервала рассказ:
– Я тут новости по телевизору посмотрела о певицах. Главная новость всегда одна: ' певица Л. похудела', вторая новость: "подставили бывшую пару певцов". – Певица Л. не может похудеть, имидж потеряет.
– В деревне 'Медный ковш' бабы за молодых парней одно время выходили замуж.
Счастья – вагон и маленькая тележка, все, как есть пример брали с главной певицы, бабы себе молодых мужиков находили. А как певцы развелись – слезы пошли по деревне. Молодые мужья взбунтовались и с пожилыми, можно сказать супругами развелись. Так и кто кого подставил? Сколько пар счастье свое потеряли и не пересказать, – подпела Люсмила девушке и продолжила говорить. – Виктор Кузьмич тем временем на машину 'копейку' пересел, тележку к ней прицепил, и они с тетей Дашей так хорошо зажили! Виктор Кузьмич овощи те, что тетя Даша выращивала, на рынок на тележке возил. Ой! Хорошо у них все в семье стало. Так нет, после развода великой пары певцов и он с тетей Дашей решил развестись, вспомнил, что он ее моложе. А кто ему портянки стирал?
