того, что сидел слева, и тут же поняла, что он не представляет для меня никакого интереса. Молодому человеку было лет тридцать, может, чуть больше, и я оценила его внешность как симпатичную, но неприятную. Взаимоисключающее сочетание – но, тем не менее, в данном случае оно имело место.
Дело в том, что его внешний вид был уж слишком безупречным: серые со стрелками брюки, голубая рубашка с длинным рукавом, галстук и лакированные туфли. И вся одежда сидела на нем словно на манекене, как будто ее специально кроили под него, а его – под одежду. Правда, верхняя пуговица рубашки была расстегнута и галстук слегка небрежно свисал вниз, словно что-то лишнее и ненужное. Лицо выбрито до лоснящегося блеска, прическа волосок к волоску, явно заметно присутствие следов хорошего мусса или лака для волос, но все же…
Несмотря на столь почти безупречный вид, всем своим обликом он олицетворял какую-то неуверенность, можно сказать, хрупкость, словно был не мужчиной, а какой-нибудь принцессой-недотрогой из старой сказки братьев Гримм. К тому же волосы у него были с рыжеватым оттенком, а все лицо покрывала россыпь веснушек, что мне в мужчинах никогда не нравилось.
Возможно, этот молодой мужчина решил после напряженного трудового дня зайти в бар и немного расслабиться. Он сидел на самом краешке высокого табурета, попивал пиво из высокого большого стакана и пристально смотрел на меня. Мне это, конечно, польстило, однако я тут же отвернулась, потеряв к этому мужчине всякий интерес.
Сделав последний глоток вина, я поставила стакан на стойку и посмотрела направо.
А вот этот мужчина мне нравился больше. Его яркая внешность сразу привлекла мое внимание. Восточный тип, иссиня-черные брови и ресницы, такие же черные, слегка вьющиеся волосы и ореховые, меланхолично-неподвижные глаза на фоне удивительно белой и, видимо, тонкой и нежной кожи. Ко всему прочему, широкие плечи и сильные руки сразу выдавали себя из-под обычной клетчатой рубашки.
Пожалуй, он в моем вкусе. Я озорно стрельнула глазками в его сторону, но не заметила в ответ никакой реакции. Я мысленно фыркнула и отвернулась, решив подозвать к себе бармена, чтобы повторить бокальчик белого.
– Могу я угостить вас коктейлем? – неожиданно прозвучало справа от меня, что я слегка вздрогнула.
Привлекательный молодой мужчина, которого я только что бесстыдно рассматривала, занял свободный стул рядом со мной и улыбнулся своими белыми ровными зубами.
«Господи, и откуда ты взялся такой красивый!»
– Коктейли не пью, – сухо ответила я.
– Жаль, – смущенно пробормотал красивый незнакомец, явно намереваясь отступить.
Я вздохнула. Какой робкий нынче мужик. Чуть что не так – интонация неласковая, улыбка неширокая, – и все, клиент напуган. Так бойко и неожиданно ввязался, словно голодный петушок за зернышком, и тут же стушевался. Он как будто думал, что я тут же расплывусь в глупой улыбке и отвечу что-то типа: «О да, я обожаю коктейли!» Ничего подобного, я считала, что если мужчина хочет добиться расположения женщины, то не должен обращать внимания на глупые женские выкрутасы.
Да, вот такие мы, женщины, странные создания.
Однако я сама не хотела упускать этого красивого самца, поэтому решила дать ему еще один шанс.
Я слегка коснулась руки незнакомца:
– Давайте пропустим эту часть.
– Простите? – не понял тот.
Я вздохнула и спокойно ответила:
– Обойдемся без прелюдий и расшаркиваний. Меня зовут Татьяна, а вас?
– Вася.
– Какое дурацкое имя, – фыркнула я.
– Почему? – удивился мужчина.
– Не знаю, но на Васю вы точно не похожи, – ответила я и чуть не рассмеялась.
– А на кого похож?
– На Абрека, – ответила я и прыснула от смеха.
– Простите? – Он снова напрягся, словно чувствуя себя не в своей тарелке.
– Боже, да за что мне вас прощать? Вы же не виноваты, что родились без чувства юмора.
Вася молчал, не понимая, как реагировать – то ли рассмеяться, то ли развернуться и уйти.
Я решила помочь ему с этим выбором. Второй шанс он не использовал. Поэтому я сделала глубокий вдох, чтобы не послать этого красивого идиота куда подальше, и, натянуто улыбнувшись, ответила:
– Видите, Вася? – я указала пальчиком на свободный стул на другом конце барной стойки, где этот незнакомец изначально и сидел. – Давайте вы туда сядете и представите, что никогда со мной не заговаривали. Идет?
Несколько секунд он недоуменно взирал на меня своими красивыми выразительными глазами, затем поднялся и поспешно удалился.
«Вот тебе и знакомство», – подумала я.
«Вот тебе и секс, – тут же подхватил внутренний голосок и добавил: – Ну и дура!»
И что я за человек такой? Собиралась завести знакомство и провести вечер в приятной компании и не сдержала свою сволочную вредную натуру. Ни с того ни с сего вызверилась на нормального мужика, который, надо отметить, вполне интеллигентно отреагировал на мое откровенное хамство. Это точно результат стресса и весенней депрессии.
Я с опаской посмотрела налево и поняла, что рыжий лощеный тип намеревается повторить попытку первого незнакомца. По крайней мере, это явно читалось в его блестящих масляных глазках.
Вот этого я уже точно не выдержу.
Я быстро заказала себе вина, отпила полбокала и решительно направилась в сторону Васи.
– Послушайте, простите, что я вам нагрубила. Неудачный день. – Я глупо улыбнулась и добавила: – Или даже год. Нервы на пределе, в итоге срываешься на окружающих. Как считаете, у вас получится выкинуть из головы первую попытку нашего знакомства?
Он поднял на меня выразительные глаза и довольно долго не отводил их, не произнося ни слова.
«Дура, она и есть дура!» – потешался надо мной противный внутренний голосок.
Наконец его губы дрогнули в легкой приятной улыбке:
– Могу я вас чем-нибудь угостить? И меня зовут Мансур.
– Вот это уже совсем другое дело! А то понимаешь ли, Вася…
Я искренне рассмеялась. Похоже, я не зря дала ему второй шанс. Или это был третий?..
* * *
Примерно в четыре часа ночи (или утра) я засобиралась домой. Я не планировала долго оставаться в чужой квартире и чужой кровати, пусть даже весьма удобной и уютной (это я про кровать). Не в моих правилах подолгу задерживаться в гостях у мужчины, к тому же у себя дома в моей маленькой уютной спаленке мне спалось намного лучше и комфортнее.
Голова гудела, тело ломило и требовало полноценного восстановления, однако внутри я вся ликовала и светилась. Организм получил свою порцию эндорфинов, и на данном этапе это уже можно считать началом восстановительных процедур.
Я сладко потянулась, улыбнулась и начала собираться. Мансур полулежал на кровати и с мягкой улыбкой следил, как я одевалась.
– Ты очень
