– Экие молодцы, – кивнул император, поглядев на Эрика, – а ведь я вас знаю, погодите, награждал здесь за абордаж при Дьенбьенфу орденом Доблести, золотым оружием и орденами за сражение при Аль-Анбаре. Ну, тут вы просто так не отделаетесь капитан, орден за вашу сноровку не получится, даже не представляю, как наградной лист составлять «за спасение пьяного руководства» разве что, поздравляю вас камергером при дворе, разумеется, денежной премией и моей благодарностью. Вообще присмотритесь Пётр Аркадьевич к сему капитану: скромен, разумен, быстр, смел, из хорошей семьи, его папинька меня в пух и прах разносил в своё время на научных советах, помнится вы жаловались, что вашему ведомству людей не хватает.
– Как раз об этом и хотел поговорить, Ваше Величество, – кивнул граф, – давно ищу толкового заместителя, может этот сгодится?
– Сгодитесь? – подмигнул император ошарашенно молчавшему Эрику, уже похоронившему мечту тихо дослужить и выйти в отставку, – вижу, что сгодится, молчит, что-то там себе думает. Тогда жалую тайного советника 4-го класса, переходите значит на гражданскую службу, одни пограничники у вас там собрались, скоро границу некому будет охранять. Но всё же, граф, усиленно займитесь выяснением всех обстоятельств пропажи наших выпивох и найдите всех виновных и причастных. Охрана дворца уже всё проверила и ничего не нашла, с другой стороны они всего лишь охрана, здесь же прослеживается политический заговор и попытка создать грандиозный скандал, а это уже ваша компетенция. Тихо и быстро найдите всех этих шалунов, не хватало, чтобы мне травили людей прямо во дворце.
– А вот советника новоиспечённого на это дело и определю, – кивнул Нефёдов, а Эрик понял, что попал гораздо крепче, чем думал, – позволим себе откланяться.
– Да, идите, господа, – кивнул император и пошёл к столу, со словами, – дела не ждут, увы.
Глава 2
«Назначения на должности в Империи происходят с откровенным кумовством, высшими должностными лицами являются чудовищно некомпетентные люди, такие, например, как граф Нефёдов»
Газета «Имперские сведения»
Удалившись из покоев, Эрик направился за графом куда-то наверх по коридорам, где сновали высокие гражданские и военные чины. В конце дворцового крыла обнаружился ещё один пост, только не с гвардейцами, а невзрачными, но глазастыми ребятами, они кивнули графу и продолжили скучать. За постом обнаружилось с десяток небольших кабинетов, в один из них вошёл Нефёдов, миновав новомодное веянье — секретаршу. Секретарши стали появляться везде, это стало модным, хотя общество по этому поводу бурлило и даже местами негодовало, намекая, что при таких порядках, скоро придётся дать женщинам право голоса в парламенте, что, конечно же, признавалось людьми просвещёнными полным вздором.
Граф вынул из стола золотой значок и протянул Эрику, тому не оставалось ничего другого, как взять его. Распорядившись на ходу, чтобы поставили нового сотрудника на довольствие, вызвали портного и сообщили на заставу о переводе в их ведомство, Нефёдов зевнул и поманил новоиспечённого тайного советника за собой, предложив отобедать. Оставив саквояж в приёмной, тот последовал за новым начальством, делать было нечего, да и сетовать на судьбу не приходилось – как-никак значительное повышение, хотя незапланированное. Спустившись в лифте вниз, они попали в столовую, где граф, раскланиваясь с каждым вельможей, плюхнулся за стол у окна и потребовал у стюарда тащить всё что есть. На некоторое время они погрузились в довольно изысканную кухню дворца, мгновенно подаваемую как по волшебству, откинувшись с чашечкой кофе, граф оглядел прогуливающихся в дворцовом парке дам и кавалеров, затем обратил взор на Эрика, расправлявшегося с десертом.
– Предстоит весьма поганенькое дельце, – довольно весело начал Нефёдов, – кого искать и где искать совершенно непонятно.
— Если будет позволено, — осторожно начал Эрик, — думаю, мне придётся начать расследование с поезда, это единственная зацепка.
– У нас конечно людей немного, но не настолько, чтобы бросать с первого дня в сложнейшее дело новичка, – улыбнулся граф, — мы будем расследовать вместе. И начнём, конечно, не с опустевшего поезда, брошенного на каком-нибудь запасном пути, о чём с часу на час сообщит директор столичной железной дороги. Думаю будет достаточно полицейского или жандармского отчёта, там тоже есть толковые ребята, их шеф получил распоряжение направить на поиски и осмотр хороших сотрудников. Хотя думаю, вряд ли они что-нибудь найдут или раскопают, но лишним ничего не будет, а мы начнём с того, кто был во дворце или вернее с тех, кого не было сразу после происшествия. Не вторжение же это, в самом деле, извне, даже убив всех этих министров и генералов, зарубежные шпионы только усилили бы наш военный потенциал, от этих сановных пьяниц толку немного, только разве на параде бакенбардами трясти.
– Версию безумного шпиля разведки Западных королевств или одного из восточных халифатов сбрасывать тоже не стоит, — сказал Эрик, подавив желание посмеяться над отношением графа к высшему руководству страны, — хотя это действительно похоже, скорее, на желание вызвать политический скандал и отнять портфель министра или должность в генштабе.
– Вот и я так думаю, уж больно это выполнено нелепо и явно при свободном доступе во дворец, – кивнул Нефёдов, -- поэтому сейчас мы побредём скучною тропой дознания сторожей, дворников, охраны и затем может, повеселимся допросом заместителей министров и начальников штабов. Денёк предстоит скучный.
Они поднялись назад в кабинеты, где уже дожидался портной, граф кивнул и тут же с Эрика начали снимать мерки, Нефёдов пока отдавал распоряжения собрать начальника дворцовой железнодорожной станции, гвардейцев охраны, дежуривших ночью, стюардов и всех кто мог что-то видеть или слышать. Их конечно уже перетрясли, но вызов в наводящую ужас Тайную службу может заставить их вспомнить даже то, что они ели на завтрак десять лет назад. Портной ушёл, и граф сам показал кабинет тайному советнику, тот был вполне просторным и хорошо обставленным, Эрик повесил свою шинель и поставил саквояж, Нефёдов устроился в удобном кресле, с улыбкой глядя как его заместитель располагается за дубовым столом.
– К вечеру доставят пару-тройку официальных костюмов, пару дорожных, спортивные для поло и игры в мяч, – двигая по столу бронзовый письменный прибор, сказал граф, – формы в нашей службе не носят, но требуется одеваться соответственно уровню проблем. При вашей должности придётся иногда допрашивать министров, поэтому вы должны выглядеть подобающе и не вызывать у них желание прикрикнуть на бедного служащего. Это не моё требование к одежде, это распоряжение императора, причём дедушки нынешнего, так что вам придётся осваиваться со всеми этими условностями. Упорно ходят слухи о тотальном мужеложстве в нашем ведомстве, оттого, дескать, все у нас подтянутые и нарядные, слухи эти не перестают забавлять наших жён. Сегодня можете походить в своём мундире, кстати, если желания служить в нашем ведомстве нет, можете запросто отказаться, отправитесь на заставу вечерним поездом, можете говорить свободно, я всё пойму.
– Ну, прямо скажем неожиданно, утром я ехал дослужить и наконец, подать в отставку, дел дома накопилось, – откинулся в кресле Эрик, – но предложение лестное и видимо скучать здесь не придётся, что меня устраивает, а свои здешние дела уж как-нибудь разберу. Послужу, там видно будет, может сами меня выгоните через неделю.
– И то верно, – кивнул Нефёдов, – как у вас с оружием? Саблю вы не носите, кортик тоже, у нас все агенты вооружены на свой вкус, но всегда отменно. Чем обороняетесь?
– Да вот этим, – Эрик вытащил из саквояжа абордажный револьвер и положил на стол, – как-то привык, плюс страху наводит изрядного.
– Позволите? – граф дождавшись кивка, взял револьвер, – всегда восхищался таким оружием, хотя мне под руку тяжеловато, предпочитаю клинок в трости. Вы же знаете, в наших местностях многие химические и электротехнические эффекты недостижимы или нестабильны, не бывает ли осечек или несрабатывания?
