Но для кардинала Гизлиери все изменилось, когда в ночь на 18 августа 1559 года папа Павел IV неожиданно скончался. Как только эта новость стала известна, мятежная волна прокатилась по улицам Рима. Охота на шпионов превратилась в одно из самых любимых занятий простолюдинов. Многие из тех, кто верно служил Святой инквизиции, были растерзаны толпой, а их тела выброшены в сточные канавы. Но этим дело не ограничилось. Жители Рима атаковали дворец, в котором размещался трибунал инквизиции, и опрокинули статую почившего папы.
Кардинал Гизлиери и несколько его людей смогли уберечь большую часть тайного архива. Спешно покидая Рим, Гизлиери увез свой архив с собой в восьми крытых фургонах.
Жизнь вошла в обычную колею, когда 25 декабря 1559 года кардинал Джованни Анджело Медичи, враг предыдущего понтифика, стал новым римским папой и принял имя Пий IV.
Этот папа обладал твердым характером, был ловким дипломатом и желал очистить католическую церковь от всяких следов деятельности предыдущего понтифика — Павла IV. С этой целью он приблизил к себе двух верных кардиналов, которые были его племянниками: Марка Зиттиха де Альтсмпс и Карло Борромео. Первый был виртуозом шпаги и военного искусства, второй — мастером дипломатии.
Борромео был назначен архиепископом Милана, папским легатом в Болонье и Романье, ответственным за управление папскими владениями и, наконец, личным секретарем самого папы. В первую очередь был отдан приказ задержать и заключить в замок св. Ангела кардиналов Карло и Альфонсо Караффу, а также Джанни Караффу, герцога Палианского и других дворян из герцогской свиты, обвиненных в убийстве его супруги. Во-вторых, по совету Карло Борромео папа Пий IV решил реабилитировать кардинала Мороне и епископа Фоскерари, обвиненных инквизицией в ереси по приказу папы Павла IV. В-третьих, папа приказал изгнать генерала инквизиции кардинала Микеле Гизлиери и распустить «черных монахов»[4].
Его преосвященство нашел убежище в уединенном монастыре и вернулся к пасторской деятельности в своей прежней епархии, в результате чего к нему отнеслись благосклонно, когда конклав собрался вновь после смерти папы Пия IV 9 декабря 1565 года. Интересно, что после того, как конклав прозаседал три недели, кардинал Карло Борромео, доверенное лицо почившего папы, решил поддержать кандидатуру кардинала Гизлиери, которому покровительствовал король Филипп II. Уже в течение долгого времени Гизлиери получал от испанской короны субсидию в 800 дукатов.
7 января 1566 года кардинал Гизлиери был избран папой и принял имя Пий V. Посол Испании сказал тогда: «Пий V — это тот папа, который нужен нашему времени». Филипп II также с удовольствием воспринял восхождение на трон святого Петра своего союзника. То, что выбор пал именно на этого человека, означало победу тех сил, которые хотели иметь понтифика сурового и благочестивого, но в то же время способного бороться с протестантской реформацией и всеми силами ей противодействовать. Что действительно не вызывало сомнений, так это то, что папа Пий V употребит весь свой предыдущий опыт главы инквизиции для создания действенной, неумолимой и слепо послушной приказам его святейшества папы агентурной сети.
Главной задачей шпионов Священного Альянса (такое название папа дал своей секретной службе в честь союза Ватикана с католической королевой Марией Стюарт) был сбор информации о возможных политических действиях и интригах, исходящих из Лондона. Добытые агентами сведения переправлялись тем могущественным монархам, которые поддерживали католицизм и папство в борьбе против все шире распространявшегося протестантизма. Первейшей обязанностью папских агентов было предоставление своих услуг королеве Марии Стюарт с целью предпринять попытку реставрации католицизма в Шотландии, которая в 1560 году объявила себя пресвитерианской державой, и для борьбы с протестантизмом. Пий V понимал, что его главным врагом была отколовшаяся английская церковь, которую представляла Елизавета, дочь короля Генриха VIII и Анны Болейн.
Король Генрих VIII порвал с католической церковью в 1532 году, после того как попросил у папы Климента VII (1523–1534) разрешения на развод с королевой Екатериной Арагонской, дочерью католической королевской четы[5] и теткой германского императора Карла V (он же — испанский король Карл I), и вступление в брак со своей любовницей Анной Болейн. Понтифик изучил послание английского монарха, написанное на старом пергаменте размером шестьдесят на девяносто сантиметров и заверенное семьюдесятью пятыо высокопоставленными лицами королевства: к документу были прикреплены семьдесят пять красных шелковых лент с семьюдесятью пятью сургучными печатями.
Папа Климент VII не удовлетворил это прошение, что нызвало гнев Генриха VIII и послужило причиной его разрыва с католической церковью. Король принял решение самовольно жениться на Анне Болейн и, несмотря на запрещение Рима, аннулировал свой брак с Екатериной.
Окончательный разрыв произошел 15 января 1535 года, уже при папе Павле III, когда Генрих VIII, желая узаконить свое новое положение главы церкви, созвал священнослужителей и ученых из всех университетов королевства, чтобы они всенародно провозгласили, что папа римский не имеет никакого божественного права и никакой власти в Англии. Реально новая церковь была в основе своей англиканско-католической. Верховная власть над ней принадлежала английской короне.
Пять лет царствования Марии Тюдор, вплоть до ее смерти 17 ноября 1558 года, были весьма неспокойными. Это царствование было отмечено войнами, казнями, внутренними беспорядками, государственными переворотами и религиозными конфликтами. В ту же самую ночь, когда скончалась королева Мария, ее сестра Елизавета, дочь Генриха VIII и Анны Болейн, была провозглашена королевой Англии.
Большинство населения восприняло появление новой королевы с восторгом, отчасти потому, что Мария Тюдор оставила о себе дурную память — не зря в народе ее прозвали Кровавой Мэри (Bloody Магу). С момента своего восшествия на трон Мария была полна решимости, при поддержке папы Павла IV и оппозиции посла Испании, огнем и мечом утвердить в стране католицизм. Но для этого ей надо было сначала отрубить головы защитникам религиозной реформы.
В первую очередь по обвинению в ереси должны были сжечь на кострах многих протестантских епископов, которых Мария Тюдор называла «скверными пастырями, которые вели своих овец к гибели». Бывший епископ Лондонский Ридли, тот самый, который незадолго до этого провозгласил Джейн Грей королевой Англии, а Марию Тюдор — незаконнорожденной, был заживо сожжен ил площади в Оксфорде 16 октября 1555 года. Вместе с мим отправился на костер и бывший епископ Ворчестерский Латимер. Еще одной королевской расправой, вызнавшей удивление даже в Риме и в Парламенте, была казнь 21 марта 1556 года бывшего епископа Кентерберийского Томаса Кранмера, который когда-то аннулировал брак Генриха VIII с Екатериной Арагонской и довершил полный разрыв Англии с властью римского папы.
15 января 1559 года Елизавета I была коронована на английский престол; 8 мая она открыла сессию Парламента и представила на утверждение законы, которые позволяли Англии и всем ее заморским владениям вернуться к протестантизму. Рим и католическая церковь, во главе которой стоял тогда восьмидесятитрехлетний старик — папа Павел IV. не имели сил для противодействия грядущим в Англии религиозным переменам.
В одном понтифик был совершенно уверен: единственным остававшимся шансом на сохранение католического островка в протестантской Британии было оказание поддержки королеве Шотландии Марии Стюарт. В последующие годы Марии суждено было превратиться и марионетку для беззастенчивых заговоров и интриг папы Павла IV и его преемников, блюдущих чистоту веры могущественного короля Испании Филиппа II, капризного Карла IX Французского, ничтожного и невежественного Фердинанда Австрийского и предавшего собственную мать наследника шотландской короны — принца Якова.
Тучи начали собираться над головой Марии Стюарт, когда два самых близких ей человека стали агентами могущественных держав, имевших интересы в Шотландии. 29 июля 1565 года Мария вступила в брак с католиком Генри Дарнлеем[6]. Новый король-консорт Шотландии был высок, силен, светловолос, очень привлекателен для женщин, но не слишком образован. Дарнлей, новый властитель Шотландии, деливший ложе с королевой, был марионеткой в руках сэра Фрэнсиса Уолсингема, который возглавлял шпионскую сеть Елизаветы, и шотландской знати. Кроме того, Дарнлей был трусом.
В конце 1565 года Мария Стюарт подружилась со смуглым молодым пьемонтцем, Давидом Риччо, который прибыл в Шотландию в составе свиты, сопровождавшей савойского посланника маркиза де Морета во время его визита в эту страну. Риччо было двадцать восемь лет, у него были большие зеленые глаза, что привлекло к нему внимание королевы — поклонницы мужской красоты. Он владел искусством поэзии и музыки, играл на лютне и слагал стихи, и еще он был священником и одним из самых деятельных агентов созданного незадолго перед этим Священного Альянса.
