демоницей.
— А что в преисподне имеются школы и студенты? — не переставал удивляться лекарь, с интересом глядя на необычайную девушку, которая не выглядела злобно и надменно.
— Еще она поведала о каком-то невро… невре… словом отделение куда может попасть только она.
— А я уже в нем! — огрызнулась заметно нервничая девица. — Вы же явные психи.
— Что она сказала? — разволновался маг.
— Сказала, что мы какие-то психи, — повторил лекарь.
— Она причислила нас к своему адову племени⁈ — не на шутку перепугался маг.
— Успокойся, может не так уж все непоправимо. Демон какого-то отделения? — оглядел лекарь демоницу с головы до ног. — И как называют демона сего отделения?
— У меня ее пайцза, — спохватился маг. — Вот посмотри… довольно необычайная, правда? — достал он из рукава тонкую гладкую табличку, протянув лекарю. — Как впрочем все, что исходит из адова пекла…
— Ты осмелился взять у нее нечестивую вещицу? — ужаснулся лекарь, попятившись от протянутой к нему руки мага.
— Это пластик, — насмешливо пояснили из магического круга и два старца повернулись к демонице, потом переглянулись, не понимая ее.
— Это дерево? — с сомнением переспросил лекарь, вытянув шею, разглядывая гладкий тонкий прямоугольник в руке мага.
Но маг бесстрашно согнул необычайную штуковину, пробормотав:
— Не дерево и не бумага будто…
— Верните мне пропуск, — потребовала непонятная сущность, переживая за судьбу своей чудной пайцзы.
— Так ты человек, как утверждаешь? — повернулся к ней лекарь Бин.
— Да, — тут же ответила демоница, не моргнув и глазом. — Бесите меня просто! Сколько уже можно повторять. Я целый час твержу о том, вот этому дяденьке, — указала она на мага.
— Тогда откуда ты родом и как нарекли тебя родители, ежели они у тебя были? — продолжал допрашивать лекарь, тогда как маг все кивал головой, усердно поддакивая его уверенным вопросам.
— Ли Мин, — ответила девица из преисподни. Лекарь вопрошающе взглянул на мага.
— Значит, она из семьи Ли? Тебе знаком этот род? — спросил он. Маг кивнув по привычке, тут же спохватился.
— Был в здешних местах торговый род Ли из Гоундчжоу, — сказал он и оба старика снова посмотрели на девушку.
— Я не из Гоундчжоу, — покачала та головой. — Я из Пекина.
Услышав это почтенные старцы посмотрели друг на друга и маг деловито осведомился:
— И где же находиться сия местность? Не в преисподней ли, потому что такого города нет в Поднебесной.
— Э-э… из Янтина (старое название Пекина), — поправилась она.
— Нет такого города на свете!
— Ой, мама… — выдохнула девушка, — тут нужно «скорую» вызывать.
Но когда старики попятились от нее видимо решив, что она хочет вызвать демонов, терпеливо пояснила:
— На севере Китая…
Ей стало не по себе, особенно после того, как дед с бороденкой в три длинных волоса уверенно заявил:
— Нет такого города в тех диких краях. Там земли варваров, что кочуют по степи.
— Есть, — последовал столь же твердый ответ демоницы. — Тогда скажите, где я сейчас, по-вашему, нахожусь?
— Ты находишься в Поместье клана Северного Ветра.
— В смысле в Поместье? — нахмурилась девушка. — А возле какого это города?
— Возле благословенной Небом столицы империи Тан.
— Та-ак… а какой сейчас год? — дрожащим голосом спросила потустороннее создание, с явным намерением разреветься.
Старики озадаченно переглянулись. Разве демоны не живут вне времени? И разве демонов должен интересовать какой сейчас год?
— Сейчас второй день девятого месяца третьего года правления У-дэ, — сказал лекарь.
— Третий год правления императора У-дэ? Это же Северная Чжоу, а У-дэ правил где-то с 627 по 650 годах. Ну зашибись! — потрясенно хлопнула себя по лбу девушка. — Я что, угодила в Древний Китай?!!!
— Что значит в Древний? — оскорбился маг. — Мы в современной, самой просвещенной империи, центре мироздания и всего мира!
— Ну да… ну да… точно. Ну все я пошла, — дрожащим голосом проговорила девушка и, повесив на плечо свою необыкновенную торбу, шагнула из круга.
Старики шарахнулись в ужасе, глядя на демоницу, которая вот так запросто, вдруг пересекла невозможную для нее преграду.
— Куда это ты направилась, враг всего живого? — севшим голосом пискнул вслед ей маг.
— Сделай же что-нибудь! — в панике сипло потребовал у него лекарь. — Нельзя впускать темное зло в наш мир.
— Что ты хочешь, что бы я сделал? Сам не видишь сколь силен сей демон, что даже магические символы Неба не в силах сдержать ее, — пожаловался маг, понимая, что оба они обречены. — Или она действительно рода человеческого, если ей все ни почем? — смотрел он вслед вышедшей из пещеры странной девушке.
А Ли Мин, держа туго набитую торбу на хрупком плече, стояла перед темной стеной леса, глядя на возвышающуюся за ним пагоду с красными ступенями изогнутых крыш. Она не улетела черным вихрем, не ускакала балохвостой лисицей-оборотнем.
— Так скажи мне, чадо, что за место такое — Пекин? — спросил подавленную девушку, вышедшей за ней и вставший рядом лекарь Бин, оглаживая редкую длинную бороду.
Глава 2
Ледяная соль
— Как⁈ Как могло случиться, что вместо демона ты умудрился призвать в наш мир человека… девицу из будущих времен⁈ — недоуменно восклицал лекарь Бин, сердито глядя на виноватого мага.
— Ну вот же, — разложил тот перед ним свиток с магическими заклинаниями. — Я все делал строго по записям, не пропустив ни единого иероглифа!
Вдруг замолчав, маг принялся разглядывать надпись на одной из бамбуковых дощечек из которых состоял свиток.
— Разве этот иероглиф не означает «земные недра»? — озадачился он.
— Дай-ка взглянуть, — подвинул его лекарь и оба старика напрягая подслеповатые глаза, склонились над свитком.
— Зрение-то у меня все же получше твоего, — бормотал лекарь. — И этот иероглиф вовсе не «земные недра», а «земной мир».
— Быть того не может! — упрямился, не желавший сдаваться, маг.
Тогда подхватив свиток и подвинувшись к светильнику, лекарь Бин, отставив от глаз нужную дощечку, прищурившись прочел:
— «Земной мир». Это точно «земной мир», а ты сослепу прочел его как «земные недра».
— Да какой же это «земной мир»⁈ — недоверчиво выхватил у него свиток маг. — Глаза, говоришь, лучше моих, а черточку разглядеть не можешь, — ворчал он ехидно.
— Где ты тут черточку увидел? Совсем одряхлел? Это вот, — ткнул лекарь узловатым пальцем в злополучную запись, — не черточка, а зазубрина на дощечке.
Ли Мин сидела за низеньким столиком у стены пещеры на толстой тростниковой циновке и безучастно жевала комковатую просяную кашу, запивая водой из тыквенной бутыли, что принесли ей ругавшиеся сейчас старики. Большей гадости она в жизни своей не ела, но она пропустила обед из-за репетиции восточного танца, который ее группа должна представлять на конкурсе студенческих коллективов. И вместо того, чтобы вовремя быть на лекции
