пришел в себя и увидел рядом Ли Мин, даже прослезился, расчувствовавшись. Он все гладил ее по руке и пытался оправдаться за свои подозрения на ее счет. Ли Мин, смеясь сказала, что зато теперь он будет уверен, что она человек, а не злая сущность.
— Я, конечно, не демон, — говорила Ли Мин, счастливая от того, что Фэй Я очнулся, — но корзину ледяной соли все же набрала.
Вечером второго дня, после того как маг очнулся и начал требовать, чтобы его подняли и усадили, лекарь Бин, отчитал упрямца, а потом предложил Ли Мин все же стать его ученицей, на что она тут же согласилась. На следующее утро лекарь Бин дал ей первое задание: собрать три вида трав и принести ему, вручив для этого корзинку на которую Ли Мин опасливо взглянула. Снова какой-то подвох? Но на этот раз обошлось.
Так Ли Мин стала ученицей лекаря, не чураясь никакой работы. Ведь за делом, не важно каким, время проходило быстрее.
Она убирала в доме и лекаря и мага, готовила им немудрящие блюда, научившись стряпать на открытом очаге, собирала по указанию лекаря ягоды и травы, блуждая в здешнем лесу, четыре раза заблудившись в нем, а вечерами слушала «лекции» лекаря Бина, делившегося с ней своими знаниями о медицине или невероятные истории Фэй Я. Так Ли Мин узнала о придворной медицинской школе где двум медицинским светилам и их помощникам подчинялись четыре класса лекарей, а именно: «и ши» — наставники медицины; «чжэнь ши» — наставники иглоукалывания; «ань мо ши» — наставники, успокавающие и регулирующие дыхание; двое «чжоу цзинь ши» — наставники, пресекающие зло заклинаниями. Под этими двумя работали два «чжоу цзинь гун» — специалисты по заклинаниям.
Порой, что случалось очень редко, сама рассказывала о будущем: про высокие дома, летающие и ездящие без лошадей повозки, про механизмы, делающих за слуг всю работу по дому. Старики слушали все это со скептическим интересом, не веря ни единому ее слову и оба просвещали ее о клане Северного Ветра, членом которого, она невольно стала. Только ее мало волновали дела клана, ведь она здесь ненадолго. И все же слушала мага, когда он рассказывал ей о важных и значимых адептах Северного Ветра. Разговоры же лекаря сводились к тому, кого и от чего он лечил, кто чем хворал и кому в этот день нездоровилось. А нездоровилось чаще всего дафу — главе клана, именно для него составляла Ли Мин большинство лечебных сборов, и лекарь голову сломал, что за недуг его одолевает. Маг же все напоминал лекарю дрожащим голосом, что жить дафу осталось недолго, что приводило стариков в отчаяние, потому что именно ему клан был обязан тем, что успешно отбивал нападки недругов. В Мире Цзянху (мир боевых искусств), Северный Ветер занимал, пусть не явное, но привилегированное положение, что не нравилось очень многим. К Северному Ветру обращались в щекотливых и непростых ситуациях с которыми клан всегда справлялся. К тому же имел он имел четкую организацию.
Вместе с Главой кланом правили три советника — Хранителя. Первый Хранитель ведал внутренними делами, второй — внешними, третий отвечал за сбор и хранение необходимой информации, что собирали шпионы и доверенные люди клана, как и те добровольные соглядатаи, кто был чем-то обязан клану. Маг утверждал, что существовал некий тайный архив к которому прибегал даже сын Неба. Хранителям подчинялись трое мастеров боевых искусств, оттачивающих особую манеру боя Северного Ветра. Освоить эту манеру желали многие, но не каждый допускался к ее изучению. В подчинении каждого мастера находился отряд учеников-воинов. Мастеру и его отряду вменялись свои обязанности. Отряд Первого мастера охранял Поместье, на нем была и безопасность дафу. Отряд Второго мастера снимался туда, куда его призывали, будь то просто разборки или непростые поручения. Отряд Третьего мастера охранял деревню, защищая ее жителей от бродяг и разбойников.
Отряд Первого мастера считался элитным, потому как владел секретными навыками боя Северного Ветра.
И все же, как ни стремилась Ли Мин ограничить свое общение с местным людом, не могла избежать этого, помогая лекарю лечить заболевших жителей деревни Снежные Листопады. В Поместье же сопровождать лекаря отказывалась наотрез, а лекарь Бин и не настаивал.
Глава 3
Трактир «Горный лотос»
Ли Мин возвращалась с городской ярмарки, куда учитель послал ее присмотреть специи, прикупить продукты и зайти в аптекарскую лавку, забрать готовые лекарства. Городок раскинулся у подножия горы Доуфэн, что означало Борьба Листьев, и отличался от деревни лишь тем, что имел немало ремесленных и мастеровых лавок, которые составили аж три коротких улицы: Гончарную, Плотницкую и Ткацкую, в начале этих улочек висели вывески с иероглифами обозначающие эти ремесла, так что найти аптекарскую лавку в небольшом Сюэфэне было немудрено. Помимо них в городе работали лавка скорняка, обувщика, котельщика, черепичных дел мастера, ювелира и, разумеется, ростовщика. Имел Сюэфэн и свою мрачную судебную управу на рыночной площади, куда сходились все улочки города. В эти три дня площадь перед ней была занята торговыми рядами, выставлявшими товары на любой вкус, от того и многолюдной от такого средневекового изобилия.
Неся за спиной целый короб покупок Ли Мин, прежде чем подниматься по пологой утоптанной дороге на гору Доуфэн к Поместью, зашла в придорожный трактир «Горный лотос», что стоял на развилке двух путей и, несмотря на здешнее захолустье, дела у заведения шли неплохо.
Добродушный хозяин вмиг подхватился, когда в зашедшем пареньке узнал ученицу лекаря. Они поздоровалась и он поспешил провести гостью к спокойному местечку, усадил за столик, спросил о здоровье лекаря Бина и как у того идут дела. В свою очередь ученица лекаря поинтересовалась здоровьем самого хозяина, его жены и дочери, которая страдала желудком и непереносимостью к некоторым продуктам. Трактирщик присев напротив, принялся жаловаться на боли в боку. Ли Мин поняв, что его, любителя поесть и выпить, беспокоит поджелудочная, посоветовала воздержаться от пряного и острого, а так же жареного и месяц посидеть на каше из клейкого риса. Хозяин расстроенно засопел и Ли Мин напомнила ему, что речь идет всего лишь о месяце воздержания. Хозяин сам взялся обслужить ее и принес сверх того, что заказала Ли Мин: булочки на пару, завернутые в рисовую бумагу, велев передать их лекарю Бину с его нижайшем поклоном. Ли Мин поблагодарила, с улыбкой предвидя, что все булочки, в конце концов, достанутся магу.
Она уже доедала суп из красной фасоли, когда в трактир вошла группа путников, державшихся неуверенно и незаметно.
